Глава 7 (2/2)

— Ну... нет? А должно быть?

— А сколько тебе лет? — спрашивает Зейн.

— 20...

— И ты правда не понимаешь?

— Не понимаю чего? Мне пойти переодеться? В чём проблема?

— Ни в чём! — боясь обидеть его, быстро отвечает Малик. — Просто ты же совсем меня не знаешь, неужели ты не боишься, что у меня есть дурные мысли относительно тебя?

— А у тебя есть дурные мысли относительно меня?

— Нет... Но ты выглядишь... ты просто отлично выглядишь, понимаешь?

— Спасибо, ты тоже.

Луи возвращается с двумя большими бутылками колы и одной, немного поменьше, бутылкой лимонада, прося Гарри пойти помочь ему со стаканами, и мальчик без вопросов следует за ним. На кухне немного не прибрано, поэтому Стайлсу хочется поругать альфу за неряшливость, но, когда Луи обнимает его, целуя в щёчку, почему-то Гарри больше не хочется говорить о посуде.

— Извини, если Зейн вдруг обидит тебя, он бывает грубым и прямолинейным, но тебе не стоит принимать это на свой счёт. Ты же понимаешь, да?

— Да. Но он уже второй альфа, спрашивающий меня о том, не страшно ли мне оставаться с вами наедине... я не понимаю этого...

— Просто некоторые омеги могут опасаться за свою неприкосновенность. Ты отличаешься от тех, кто постоянно настороже, ты не запариваешься, когда заходишь с кем-то в лифт... Это не плохо, так и должно быть, но это всё же бывает опасно, понимаешь, милый? Если ты вдруг увидишь кого-то странного, то обязательно звони мне, чтобы я встретил тебя.

— Хорошо... Можно мне стакан со снежинками? — кивая в сторону понравившейся кружки, интересуется Стайлс, и альфа мягко улыбается, говоря:

— Тебе можно абсолютно всё, детка. Можешь даже подписать его перманентным маркером или забрать себе.

— У меня в квартире есть зубная щётка для тебя, пускай у тебя будет кружка для меня.

Они обмениваются флиртующими улыбками, берут кружки и возвращаются в гостиную, где Зейн уже разобрался с приставкой, подключив всё, что нужно. Этот вечер они проводят более, чем хорошо. Малик всё нахваливает омегу: его печенье, его умение побеждать Луи и проигрывать Зейну, его умение петь, когда Томлинсон всё же уговаривает мальчика что-нибудь исполнить. Гарри чувствует себя очень комфортно, когда Луи позволяет ему устроиться у него под боком, пока альфы играют.

— Так у вас всё серьёзно, да? — интересуется Зейн.

Стайлс смущённо смотрит на Томмо, не зная, что будет правильнее ответить.

— Да, всё серьёзно, — альфа поглаживает ногу Гарри, улыбнувшись, и пакистанец понимающе кивает.

— Ладно, уже поздно, — откладывая джойстик, говорит друг Луи, потягиваясь на диване. — Ещё увидимся, Гарри.

— Увидимся, — вежливо отвечает парнишка.

Они провожают парня, и Томлинсон собирается извиниться перед Гарри за лишние вопросы, которые Зейн задавал всё время. Но омега целует его в щеку, обнимая и говоря:

— Хочу познакомить тебя с моими друзьями. Я рад, что понравился Зейну, теперь хочу, чтобы ты понравился Найлу и Лиаму. Вот увидишь, ты точно им понравишься! И Зейн тоже им понравится!

— Ты уверен? То есть... ты правда хочешь познакомить меня с ними? Как... как парня?

— Как альфу, — исправляет его Стайлс, проходя в зал, пока парень плетётся позади, смущённый его словами. — Ты сам сказал, что у нас всё серьёзно! Плюс, мы хотим детей, а это значит, что и с семьёй познакомиться можно будет уже совсем скоро, да?

— Ну... да, я думаю, да, но... ты так спокойно относишься ко всему этому...

— А чего переживать? Я знаю своих друзей и родителей. Я знаю свою сестру. Ты понравишься им, если ты будешь с ними таким же, как со мной.

— Сходим на второе свидание? — взволнованно предлагает Луи, подходя к нему и приобнимая за талию. — А потом познакомишь меня со своими друзьями. — Омега довольно улыбается, кивая, и Томмо интересуется: — Ты когда-нибудь был в ресторане?