Девушка, в которую легко влюбиться (1/2)

Сидя за барной стойкой и раздраженно закуривая вторую сигарету, Муслим сделал два бесполезных вывода. Во-первых, Лара старается казаться ниже рядом с этим американским историком. Муслим так и видел, как девушка слегка округляет плечи, отставляет ножку в сторону и немного сгибает колени. Странная привычка, которая словно унижала не саму Лару, а непосредственно именитого исполнителя Магомаева. Муслим стряхнул сигарету в замененную пепельницу, бросил еще один короткий взгляд в сторону Воронов и историка. После чего с досадой подтвердил вторую свою догадку: он не может двинуться с места, пока рядом с ней этот америкашка. Да, он, Муслим Магомаев, лучший певец Союза, не в силах подойти к своим знакомым пока там ошивается мистер Мид.

А тем временем Лара непринужденно рассмеялась и поцеловала этого низкорослого мужчинку в щеку. Муслим быстро скрылся за прелюбопытнейшей газеткой, заметив, что Мид идет в его сторону. Впрочем, именитом исполнителю впору было бы заметить, что уж больно сильно он спешил, чтобы продемонстрировать прелюбопытнейшую газетенку очаровательной сотруднице Интуриста. Стоило же именитому исполнителю убедиться в том, что историк исчез из ресторана, он встал и как ни в чем не бывало устремился к столику Лары и Кирилла, точно заметил их лишь теперь, а до того был безмерно занят.

Впрочем, стоило Муслиму приблизиться к только что веселой Ларе, его практически ранил раздраженный тон девушки:

— Нет, ну ты это слышал?! — она отбросила вилку с наколотым на нее омлетом. — Знаешь, мне теперь совершенно не хочется завтракать!

Лара явно растеряла все веселость с момента ухода американца. Муслим еще не успел прийти к какому-либо заключению по поводу ее смены настроения. Возможно, и Муслим искренне надеялся именно на это, историк в значительной степени докучает ей.

— Ты, Лариса Константиновна, — Кира неспешно долил остатки кофе в чашку, — в последнее время совсем уж нервной стала. Я и в Петербурге о тебе тревожился, а нынче... О, доброе утро, Муслим, решил все же к нам присоединиться? — мужчина прищурился, явно намекая на то, что промедление Муслима у бара не осталось без внимания.

Лара снова быстро улыбнулась и выученным движением поправила прядь в районе челки.

— К слову, вы уже видели сегодняшнюю Комсомолку? — Муслим расположился напротив Лары и развернул перед ней газету.

Девушка только издала неопределенный стон и откинулась на стуле, практически перевесившись через спинку. Казалось, что девушке желала непременно обратиться какой-нибудь жидкостью и стечь с проклятого стула.

— Ого-го-го, Лариса Константиновна! — усмехнулся Кира и затем перевесился через спинку своего стула, чтобы лучше видеть несчастное лицо: — Ты чем там, сестренка, занималась?

На первой полосе красовалась мутная черно-белая фотография: девушка с распущенными волосами скачет верхом на коне с каким-то копьем в руках. И подпись: «Комсомолка Лариса Ворон задерживает иностранного шпиона». Муслиму статья понравилась, она точно подтверждала какие-то его подозрения по поводу Лары.

— Ну ты не переживай так, фотографию в рамочку повесим!

Она издала какой-то нечленораздельный звук. Отчего-то подобная дурачливость только веселила Муслима.

— Лариса Константиновна, право, в приличном обществе, соберитесь! — Кира шутливо толкнул ее в плечо, очевидно устав смеяться.

— Замечательно! — Лара вернулась в приемлемую позу и снова поправила волосы, постаралась улыбнуться, — простите мою несдержанность!

— Отчего же вас это огорчает? Вы, Лара, получается настоящая героиня. — заметил Муслим.

Лара приподняла бровь:

— Пусть мне Дэвид только посмеет еще раз сказать, что у нас в стране есть хоть какая-то цензура! Как? Как они такое вообще могли выпустить?! Тем более сейчас.

Муслим так и не смог понять, что именно ее злит.

— Так не ко времени!

— Ну, как наша знакомая любила говорить: в России все тайна и ничто не секрет? — Кириллушка рассмеялся. — Перестань драматизировать. Если боишься, что Мид узнает...

— Он уже знает! Я не хочу чтобы еще кто-то знал! Муслим, скажите, какому мужчине приглянется девушка, которая и убить может? — Лара испытующе посмотрела на мужчину, сидящего напротив.

— О, поверьте, вы кажетесь просто сильной и независимой! — поспешил утешить ее именитый исполнитель.

— А хотелось бы быть загадочной!

— Лар, не переживай, ты для нас всех та еще загадка! — Кира похлопал ее по плечу.

— Но я все равно не понимаю, отчего у вас нет настроения. — вновь заговорил Муслим. — Ведь сегодня прием, к которому вы готовились...

Лара нервно усмехнулась и обрушилась на стол, очевидно, на этот раз желая провалиться под землю.

— Лара! — Кира отдернул руку, залитую кофе. — А ты, приятель, сегодня в ударе!

Прикладывая салфетки к запачканному рукаву, Кирилл пояснил:

— Мистер Мид поведал нам приинтереснейшую историю: на сегодняшнем приеме в посольстве Ларе следует быть в маскарадном костюме…

— Именно! Если бы он только соизволил сообщить раньше, я бы свое подвенечное платье взяла!..

В сердцах заявила девушка. Муслим с недоверием приподнял бровь: «Неужели она замужем? Кто же тогда Мид? Любовник? А может она уже разведена?». Лара заметила некоторое шевеление в мозгу кумира и поспешила добавить:

— Должно же оно хоть раз пригодиться?!

Впрочем, подобная ремарка никакой ясности не внесла: «Кто-то бросил Лару в ЗАГСе? Лара разочаровалась в возлюбленном накануне торжества?». Вопросов в его голове становилось все больше, а ответов все меньше.

— Послушай, у тебя ведь наверняка припасено с собой какое-нибудь очаровательное платье? Надень его, никто не осудит…

— Странно слышать такое от тебя! Мне порой кажется, что все наши деньги на твои тряпки уходят! А к моему костюму никакого внимания! — она прикусила губу, хотела замолчать, но не выдержала: — Ты верно не понимаешь, куда именно и зачем я иду?! — прервала разумный голос брата Лара. — Там же будет его дядя! Я должна быть идеальна!

И столько боли было в этом «Я должна», что Муслим, до конца не обдумав своего предложения заявил:

— Мы можем одолжить костюм на Мосфильме.

Лара быстро вскинула голову, так, что сперва не было ясно злится она или радуется, и перехватила взгляд Муслима. Мужчина для себя сделал сразу же два открытия. Во-первых, Лара умеет смотреть не в глаза, а в душу. Этот прямой смелый взгляд цеплял: смотреть Ларе в глаза нельзя! Она как мифическое существо: если уцепится за тебя взглядом — ты в ее власти. Быть может, Лара Ворон куда опасней всякой иной женщины. Смотреть Ларе в глаза нельзя. Второй же вывод, к которому пришел Муслим, — Лара Ворон уже успела посмотреть ему в глаза и теперь он пленен ей навсегда.

— Правда?! — глаза девушки расширились, будто она только что получила нежданное спасение. — Я имею в виду, вас это не затруднит? — Лара взяла себя в руки, не желая казаться навязчивой.

— Думаю да, — Муслим также изобразил мыслительный процесс, будто еще в чем-то сомневался, словно мог ей отказать. — Я еду в Останкино к одиннадцати, это недолго, можем поехать вместе, а потом отправимся прямиком на киностудию...

— Это чудесно! — она хлопнула в ладоши.

***</p>