XXXII (2/2)

Почти сразу же после того, как Грач сообщил мне о миссии, я нашла маму и устроила с ней разговор. Сказала, мол, так и так, буду в стране Чая, а мне ведь очень интересно, какими ещё составами дражайшие родственники могут порадовать, куда надо свернуть, чтобы забежать к ним? Юми помолчала, а потом показала место на карте — я очень предусмотрительно взяла ту с собой.

— И как мне убедить наших родственников, что со мной стоит делиться знаниями? — спросила я. — Потому что из того, что ты рассказывала о своей семье, они не очень-то горят желанием.

— Так и есть, — признала Юми. — И, боюсь, учитывая, что ты шиноби, они будут ещё упрямее. Но ты всё же моя дочь… ты похожа на меня, но я напишу письмо, чтобы не было никаких сомнений.

Письма можно подделать, внешность можно изменить, но я промолчала. Конечно, вызнать правду с помощью всё тех же ароматов не получится — уверена, от своего-то оружия люди способны защититься, но, думаю… получится что-нибудь придумать. Основная миссия в любом случае будет первой.

Сначала нужно было узнать точное месторасположение будущей деревни: всё же страна Чая была достаточно большой, чтобы удобных мест было много. Для этого мы сначала направились в столицу, ко двору даймё, и я под Невидимостью с час шаталась по кабинетам министров, читая чужие бумаги. Новую деревню финансировали, и даже если неофициально, то тогда что-то просто будет не сходиться. Я разбиралась в финансах достаточно, чтобы уловить подобное, хотя, надо признать, ничего особо и не скрывалось: достаточно большие суммы денег вполне официально тратились на различные материалы, материалы отправлялись в некое место, а потом просто… исчезали.

Слишком нагло. Я вздохнула. Ну хоть прикрылись бы тем, что строят новый город по какой-нибудь причине — хоть месторождение откопали какое, не знаю. Теперь я начинаю понимать, почему на такое задание выслали всего одну тройку. Я, не скрываясь, прошла мимо какого-то человека, и выпрыгнула в окно, направляясь к Грачу с Лисой. Легко.

— Эта твоя техника будет очень полезна, — пробормотала Лиса. — Подумать только, гражданские тебя просто игнорируют.

— Если я начну мельтешить перед ними, то заметят, — справедливости ради сказала я. — К тому же, было уже достаточно темно. Это помогает.

— Тени влияют?

— Не тени, а то, что темнота помогает остаться незамеченной, — страдальчески выдохнула я. — Лиса, ты правда думаешь, что клан Нара не успел потыкать в меня палочкой?

— Действительно, чего это я, — развеселилась она. — Прошу прощения.

А вот в обозначенном месте, до которого мы бежали три дня, стало не так весело. Новая деревня выглядела… достаточно живо. Размеры по сравнению с Конохой вызывали жалость, но ведь Конохе уже под сотню лет, да и изначально туда стеклось немало серьёзных кланов.

— Они заручились поддержкой какого-то клана шиноби, — напряженно сказал Грач. — Нехорошо…

— Насколько нехорошо?

— Не настолько, чтобы возвращаться, — сказала Лиса. — У нас всё та же задача.

Конечно, я понимала, что меня взяли не только из-за моего косвенного отношения к стране Чая. Главным было то, что я использовала яды, которые гарантированно выводили из строя даже шиноби, что я не стеснялась использовать на своих тренировках: страдали и сокомандники, и Хаяте-сенсей, и команда Гая, когда мне удавалось задеть кого-то из них. Враги, которые встречались на миссиях, страдали куда меньше.

Идеальный исполнитель. Ещё и вину можно скинуть на Суну, потому что это совсем не стиль Конохи.

Но на данный момент скинуть на Суну ничего не получится: к сожалению, я не могла гарантировать, что даже самый эффективный мой яд, маковый аромат, который вызывал сон или даже кому, вызовет именно второе. Вполне возможно, что шиноби просто уснут, а значит, всё равно придётся их убить с помощью оружия. Вполне возможно, что кто-то не уснёт, и придётся сражаться.

К тому же, даже навскидку шиноби было слишком много.

— У тебя есть всё нужное?

— Я сделала много, конечно, но именно этот яд я никогда не проверяла ни на ком, кроме обычных людей, — призналась я. Как-то миссия столкнула нас с обычными бандитами и им… не повезло. А потом я дошла и до добровольцев среди банды, решив всё же не трогать тех, кто был из числа ниндзя. — Доза в три капли достаточно быстро погружает в сон, тройная — в кому. У меня с собой семь флаконов.

— Считать капли будет бессмысленно, шиноби нужна доза побольше, — сказал Грач. — Хорошо. Вечером я возьму одного под контроль, выйду к вам, ты дашь мне четыре флакона. Я травлю всех, кого могу, вполне возможно, что шумно. Енот в этот момент пытается сделать то же самое с оставшимися. Лиса остаётся сторожить моё тело, а когда я в него возвращаюсь — мы вдвоём идём Еноту на помощь. Понятно?

Очень грубый план к вечеру оброс подробностями: пришлось потратить целый флакон на гражданских-рабочих, чтобы не убежали и не мешались под ногами. Я осторожно колола их обильно смазанным в аромате кунаем. Тоже действовало, пусть и намного медленнее. Нескольких не сдержалась и уколола иголками того ежа из Леса Смерти, потом пообещав себе проверить, что же с ними стало.

Пока я бегала под Невидимостью и Скоростью (чтобы как можно быстрее всё успеть) по заготовке деревни, удалось выяснить число шиноби и место, где они обитались. Чуть больше тридцати, и две трети — какой-то клан. Никаких выраженных особенностей у них не было, я успела и на шиноби поглазеть, но всё равно — кланы могут преподнести много неприятных сюрпризов.

Шиноби, понятное дело, после быстро разошедшихся по своим спальным местам гражданских напряглись. Ещё больше они напряглись, когда поняли, что разбудить людей не получается. Ещё больше они напряглись, когда поняли, что целых одиннадцать шиноби страдают тем же, а ещё один куда-то запропастился — это Грач подсыпал яд в еду клана, но часть уже успела отужинать, так что полегли не все. Мальчишку же, в голову которого он вломился, ждала незавидная судьба — после этого Грач вывел его к Лисе.

Но оставалось ещё двадцать шиноби. Настороженных и очень внимательных — я больше не рисковала шататься по улицам даже с помощью Невидимости и метнулась обратно к своим напарникам. Раздала им оставшиеся флаконы.

— А вот теперь становится шумно, — прокомментировала Лиса. — Енот, как я понимаю, держится в тени?

— Да, пусть сбегает добьёт тех, кто уже спит, а потом поможет нам, — кивнул Грач.

Я поперхнулась. Вдвоём против двух десятков? Ну, предположим, им очень повезёт, и они смогут тайно вырезать половину, всё же шиноби рассредоточились, но в какой-то момент убитые будут обнаружены! Если не тела, то кровь, если не кровь, то отсутствие человека…

— Не стоит так удивляться, — Грач покачал головой. — Никто из них не дотягивает до уровня джонина по запасам чакры, а уж по навыкам — и подавно. Сильных кланов вне скрытых деревень не осталось.

Спящих сложили в одно из уже достроенных зданий, так что носиться туда-обратно в поисках тех, кого мне поручили устранить, не пришлось. Их охраняло двое. Я заползла в дом через одно из окон в дальней комнате, перебралась на потолок и дальше передвигалась только по нему. Двери, к счастью, ещё не завезли — очень удобно. А вот то, что охранники смотрели исключительно в дверные проёмы и окна — почти обидно. Как-то это… даже не проверяет мою Невидимость лишний раз.

Оба полегли быстро: одному я снесла голову, другой ещё подрыгался, но так и не успел закричать. Воткнув меч в ножны, я вздохнула, вытащила кунай и потопала резать чужие горла. Кунаем оно как-то удобнее… Когда я была уже на седьмом человеке, на улице что-то грохотнуло. Значит, Грач и Лиса перестали действовать тихо. Покосилась на спящих — так и не проснулись. Нужно будет позже спросить у Грача, как много аромата он им дал и как быстро они отрубились.

Я даже успела к общему веселью, точнее, к самому концу: техникой Земли заставила одного из противников застыть и позволила Лисе его убить, пропустила над собой чью-то технику Ветра, отскочила подальше, метнула кунаи… и всё закончилось. Я заозиралась.

— Грач догоняет парочку сбежавших, — пояснила мне Лиса, подходя ближе. Выглядела она потрёпанной, но без каких-либо серьёзных ран. — Он вернётся, мы всё сожжём и уйдём.

— Жаль, что не получилось убить их по-тихому, — вздохнула я. — Слишком много.

— Я скорее ожидала увидеть с дюжину слабеньких бродячих шиноби или даже нукенинов, — согласилась Лиса. — Те, кто поумнее, понимают, что существующие селения не позволят появиться новым деревням.

— А как же Звук?

— Выгодное соглашение между страной Рисовых полей и страной Огня, в том числе и Конохой. К тому же, страна Рисовых полей бедна, население не может оплатить миссии. Считалось, что деревня загнётся через десяток лет, шиноби разойдутся…

Я покивала, уловив невысказанное «кто же знал, что за это дело возьмётся Орочимару». А вот и ещё одна причина уничтожения новой деревни — Коноха умеет учиться на своих ошибках. Вряд ли она теперь допустит появление новой скрытой деревни, даже если по всем прогнозам эта деревня не проживёт долго.

Сжигали всё и Лиса, и Грач — оба владели техниками стихии Огня. Я стояла в сторонке и грелась. Не то чтобы в стране Чая было холодно, но почему-то морозило. Я передёрнула плечами. Неужели Шинигами приглядывает? Учитывая, сколько человек я убила за такой короткий срок — вполне возможно… Шиноби и больше убивают, но для меня такой кровавый пир произошёл впервые, да и связей у меня с этим существом чуть больше, чем у среднестатистического ниндзя.

— Думаете, они не попытаются ещё раз?

— Я очень удивлюсь, если попытаются, — отозвался Грач. — Мы не только убили всех, но ещё и сожгли постройки так, что ничего не останется. Зачем бы нам это делать, если бы мы просто сразились с враждебно настроенными шиноби? Нет, даймё должен понять, что о его намерениях узнали и пресекли их.

Чтобы дойти до моих родственников, требовался достаточно большой крюк, из-за которого придётся потерять целых два дня. А сколько я буду выпытывать из остальных Каору рецепты… лучше об этом не думать. Надеюсь, характером мама пошла в свою родню, а я — совсем нет, иначе грустно.

По пути обсудили с Лисой и Грачом план действий. Решили так: я снимаю маску и переодеваюсь в свою обычную одежду, а они прячутся. Если спустя двое суток у меня не получится ничего узнать — уходим. Если для того, чтобы что-то узнать, мне понадобится больше времени, то нужно будет встретиться и решить, стоит ли оно того. Стоит — Грач и Лиса уходят отчитываться, я возвращаюсь позже, не стоит — возвращаемся все вместе.

Каору жили в достаточно большом городе в нескольких домах, построенных рядом. Одно из зданий было явно не жилым, а рабочим, очень уж интересная планировка… и вентиляция… Я подавила в себе желание совершить акт вандализма и залезть внутрь и постучалась в первую же попавшуюся дверь. Мне ведь не положено точно знать, где тут живёт главный, верно?

— Что… — начал было открывший дверь мужчина, уткнулся взглядом в хитай-ате и начал заново: — Что от нас нужно шиноби Конохи?

— Здравствуйте! — как можно дружелюбнее улыбнулась я, включая Обаяние и надеясь, что оно поможет. — Меня зовут Тори Каору, я дочь Юми, и мне бы хотелось…

— Дочь Юми стала шиноби… — оборвав меня, протянул мужчина. Вздохнул. — Ладно, заходи, если не врёшь.

Недоумевая — с чего бы такой тёплый приём? — я всё же зашла. С меня не потребовали письма, меня не стали расспрашивать о Юми, меня просто… попытались накормить. Я тяжело вздохнула, достала универсальный антидот от всех ароматов (по крайней мере, так уверяла мама) и поела, периодически запивая антидотом. Посидела, помолчала. Ничего не происходило.

Выждав какое-то только ему ясное количество времени, мужчина удовлетворённо кивнул:

— Хорошо, вижу, чему-то Юми тебя научила. Как я понимаю, ты хочешь узнать больше?

— Как вы сами сказали, я шиноби, — я развела руками. — А эти ароматы — уникальны. Было бы очень удобно ими пользоваться.

И вот тут пришёл черёд и письма, и расспросов. Но в целом… всё прошло куда лучше, чем я думала. К вечеру собрали подобие кланового совета, где меня через всё те же круги «А повторите…» и «А точно ли…» провели другие люди. Под конец я уже начала сомневаться, что люди в клане Каору — не шиноби, потому что такая придирчивость к деталям не снилась, наверное, даже Ибики Морино.

К счастью, моя кандидатура всё же была одобрена. И — что странно — никто не возражал, что я шиноби.

— Мама говорила, что могут возникнуть сложности с моей… профессией.

— Все ли твои дети станут шиноби? — хмыкнула какая-то женщина (честно говоря, я не трудилась запоминать их имена, да и меня величали не иначе как «дочь Юми»), в доме которой я должна была остановиться на день. — Думаешь, у нас в роду не появлялись шиноби? Появлялись, конечно. Потом их дети или внуки возвращались обратно… А если не вернётся твоя ветвь, то у тебя есть брат. Его семья обязана знать.

Я сдержала свои сомнения — какой дурак вернётся в страну Чая, когда уже живёт в Конохе с процветающим бизнесом? — и промолчала. Может, часть и возвращалась.

Завтра же мне планировали передать все известные на данный момент ароматы. Делалось это устно — никаких записей, никаких повторений. Один раз показали рецепт, проследили, чтобы то же самое правильно получилось у меня, перешли к следующему. Я благодарила свою память и систему (систему, впрочем, иногда и ругала, любила она открыть сообщение о получении опыта прямо там, куда я смотрю), которые помогли мне запомнить всё с первого раза.

Как итог: я добыла три новых состава. У меня уже был водный аромат, то есть сыворотка правды, маковый аромат, то есть снотворное, и гурманский, то есть антидот. Цветочный аромат был самым обычным афродизиаком, я чуть не рассмеялась, когда об этом услышала. Цитрусовый разъедал живые ткани, как кислота, но совершенно не трогал обычные вещи. Зелёный аромат показался мне самым опасным, но одновременно самым неприменимым в бою — если споить жертву достаточный количеством, то весь иммунитет сойдёт на нет. СПИД в пробирке, фактически. Если надо кого-нибудь незаметно убить…

Получается, это шесть ароматов. Я опять посмотрела на задание. Всего их должно быть десять, три нужно создать самостоятельно. Получается, где-то валяется ещё один?

— Это всё, что вам известно? — как можно менее подозрительно спросила я. — Я почему-то думала, что их будет больше.

— Знаю, что один потеряли. Забыли, если хочешь, — пожала плечами женщина, у которой я училась. — Он был смертельным. Пара минут — и нет шиноби. Его кто-то придумал, и в клане сразу заволновались. Решено было не передавать знание дальше.

— Оу, — после недолгой паузы сказала я. — Как я понимаю, антидотом выступал исключительно наш аромат?

— Да.

— Страшно.

Действительно, за такое шиноби могли бы весь клан обычных гражданских перерезать. Пока люди балуются со странными составами исключительно ради своей защиты, раз в поколение выпуская одного не самого сильного шиноби, это не так уж и страшно. Но как только кто-то узнал бы о такой страшной вещи, как «пара минут — и труп, если мы тебе не дадим чудодейственный состав» в руках обычных гражданских… Точно перережут. Сначала попытаются выпытать, а потом перережут.

Теперь понятно, почему на меня накинут дебафф «Опасение», если я сама не найду, где или у кого спрятан рецепт. То, что рецепт всё-таки сохранился, я не сомневалась — уверена, это как раз тот последний, который мне нужно найти. Что же до «сделать»… Буду надеяться, что те ягодки из Леса Смерти помогут. И тот мох-лишайник-что-это-такое-вообще. Или же придётся искать ещё одно аномально-опасное место, которое подкинет мне похожее задание.

— До свидания! — решила я быть вежливой до конца и попрощаться со своей невольной наставницей. — Хотя, наверное, мы и не увидимся больше…

Она каким-то образом услышала моё бормотание и усмехнулась:

— Это ты так говоришь.

К Лисе и Грачу я вышла, уже переодевшись в форму АНБУ. Сделать это было легко: предметы из инвентаря перемещались хоть мне в руки, хоть мне в ноги, хоть уже надетые на меня. Заменить свою обычную одежду на серо-черную форму было делом пары секунд.

— Нужно ещё время?

— Нет, — я отрицательно помотала головой.

Грач и Лиса переглянулись.

— Это… странно, — медленно проговорил Грач. — Ты уверена, что они тебе всё рассказали? Не обманули?

— Неужели вы не верите в счастливое воссоединение семьи? — иронично спросила я, прекрасно понимая их опасения. Шансы на то, что мне просто так всё выложат, действительно были призрачными, тем страннее то, что они оправдались. Не будь у меня системы, которая чётко показывала прогресс задания — сама не поверила бы. — Они странные. Постоянно говорили мне, что я вернусь, а если не я, то мои дети, а если не мои дети, то мои внуки…

— Похоже на какое-то проклятие, — протянула Лиса. — Жутко.

— Разве проклятия на самом деле существуют?

— Единственный раз, когда я слышала что-то о проклятии, был от члена клана Учиха, у них есть такая присказка... что-то связанное с ненавистью, — помотала головой Лиса. — Они всегда были на своей волне, так что вряд ли это правда. Но гражданские вполне могут в такое верить.

А гражданские, которые вполне понимают, как пользоваться чакрой, а потому не строят иллюзий? Я не стала задавать этот вопрос, не желая выдавать совсем уж все секреты своих ядов, даже если они уже на самом деле известны этим двоим (хотя во время своего обучения я их не замечала, а Интуиция подсказывала, что комната, в которой мне рассказывали и показывали рецепты, была хорошо защищена). С другой стороны… не то чтобы они хорошо понимали, как можно использовать чакру вне ядов. Может, и верят в проклятия.

Может, не верят, и большинство уехавших просто слишком часто возвращались обратно, чтобы считать это совпадением.

По возвращению в Коноху меня быстро взяли в оборот: сначала Грач и Лиса под предлогом «учись!» свалили на меня написание отчёта, к чему я подошла с энтузиазмом и фантазией (даже жаль стало того, кто потом будет это читать), потом мама, обеспокоенная общением с дражайшими родственниками, не давала убежать к себе. На следующий день Сакура потащила меня на экзекуцию в госпиталь прямо с утра, чуть ли не сорвав с кровати, и домой я вернулась только к обеду, с печальными, уставшими от чтения глазами… и из дома меня забрал Грач, ласково напомнив, что в АНБУ у меня тоже есть тренировки.

Честно говоря, я не знала, от чего уставала больше: от бесконечных строчек в книгах и свитках, где описывались человеческие органы в нормальном и ненормальном состоянии и как из второго получить первое, или от таких же бесконечных тренировок в АНБУ. Я хотя бы проходила не полный курс — услышав, что я и так уже почти-ирьёнин по распоряжению самой Цунаде, один из сенсеев-АНБУ просто ушёл. Я проводила его задумчивым взглядом и спросила, кто же это был.

— Каждый из нас должен в совершенстве знать строение человеческого тела и уметь лечить, — скучным тоном поведал мне другой сенсей. Как я уже начинала догадываться, на самом деле эти «сенсеи» были такими же членами спецкорпуса, просто куда более опытными и готовыми (или добровольно-принудительно готовыми) натаскивать молодёжь. — Но ирьёнины знают даже больше, чем мы, так что тебе повторение той же информации ни к чему. Мы можем потратить время с большей пользой.

Вырваться из этого круга ада (Сакура-АНБУ-дом в произвольном порядке) я смогла только через неделю, когда Сакура смиловалась и дала мне несколько дней отдыха. Правда, после этого отдыха она собиралась принять у меня экзамен… К моей чести стоит сказать, что я даже не попыталась её подкупить. Я собиралась сдавать всё собственными силами!.. Что было не так уж и сложно, учитывая, что поднимающийся уровень Медицины обеспечивал мне запоминание прочитанного.

В дни отдыха я, конечно же, не отдыхала — половина этих дней всё ещё была занята тренировками в АНБУ, где в меня то вбивали принципы боя с разными противниками и активно выбивали привычку, чуть что, хвататься за вакидзаси, то чуть ли не лекции о шиноби других стран читали, то пытались подсунуть мне танто. С танто было отвратительно, так что я активно сопротивлялась: слишком лёгкое, слишком короткое, слишком непривычное оружие! А я ведь так хороша с вакидзаси!

Танто мне всё же всучили, потому что не дело это — ходить не в форме. Я страдала, но уже тише, потому что никто и не собирался меня слушать.

Вторую половину я тратила на всё то же, чем занималась ранее: Теневых клонов и артефакты. Плотные Теневые клоны, наконец, получились, но чакры жрали столько, что мне после такого легче было поднять флаг «не способна к созданию техник» и лечь в гробик. Причём соотношение плотность-затраты были какими-то очень уж сомнительными, я считала, что вполне реально сократить последние, но как? Какую печать поменять? Какую добавить? На какую заменить?

Ночь перед экзаменом была ознаменована тем, что меня разбудил один из шпионов Аянами. Я мгновенно проснулась, стоило ему только подойти поближе, и недовольно уставилась на парня, сонно прищурив глаза. Тот примирительно поднял руки:

— Это не моя идея! Тебя зовёт Сакура.

С постели меня смыло словно ветром, и оделась я, наверное, секунд за двадцать, совершенно не обращая внимания на вежливо отвернувшегося шпиона. Да пусть хоть изглядится, мне-то какое дело… Тут у Сакуры ЧП! И, судя по всему, связанное с Саске!

— Где она?

— В парке. Южном, где фонтан ещё, — тут же уточнил парень, потому что больших и маленьких парков в Конохе было так много, что хоть вешайся. — Не одна, с командой.

— Отлично. Кто-нибудь из наших ещё за ними смотрит?

— Да, Сато.

Сато — это та, кого поставили следить за Саске, отлично. Я махнула рукой разбудившему меня шпиону, мол, беги следом, как сможешь, и включила Скорость, чтобы добраться до названного парка в кратчайшие сроки.

Картина была прекрасная: команда номер семь оккупировала скамейку. Наруто сидел не как все нормальные люди, а на спинке, Саске прислонился боком с другой стороны, Сакура стояла прямо перед самой скамейкой, время от времени её попинывая. И все трое о чём-то шепотом спорили. Меня, спрыгнувшую с дерева за несколько метров до них, встретили гробовым молчанием, и только спустя пару секунд разродились:

— Ну, наконец-то…

— Ты?! Зачем?!

— Хм.

— Будь тише, Наруто, — почти прошипела Сакура. — Мы ведь не хотим привлекать внимания?

— Да вроде никого рядом нет, парк пуст, орать можно, — пожала плечами я. — Если кто появится, нас сейчас охраняют двое, я привела с собой Акихико.

Сакура быстро кивнула, прежде чем я поняла, что она-то всю банду по именам не знает.

— Нам нужна твоя помощь, — сказала она и махнула рукой на вскинувшегося Наруто. — Сначала я объясню ей ситуацию, потом будешь возмущаться. Тори в любом случае рано или поздно узнает, так пусть лучше рано.

— Неужели это как-то связано с, — я подвигала бровями, — Орочимару?

— Ты что-то знаешь, — констатировал Саске.

— На самом деле, нет, — не моргнув глазом, соврала я. — Я пыталась спросить Мизуки-сенсея о твоей печати, но он не захотел мне рассказывать. Пытался отговорить меня лезть в это, ха. В прошлый раз у него это не получилось. Но я так и не смогла ничего от него узнать.

Я ещё раз разговаривала с Мизуки-сенсеем и, на самом деле, пыталась выбить из него как можно больше информации, делая разные предположения: от самых бредовых и ненастоящих до не менее бредовых, но на самом деле настоящих. Он, конечно, не зря был тем ещё изворотливым засранцем: ни на что, что я высказывала просто как мимолётную идею, пришедшую мне в голову, подозрительно не отреагировал.

— Орочимару прислал своих людей, чтобы они забрали Саске, — сказала Сакура. — Этой ночью. Он хочет уйти.

— Ну пусть уходит, — равнодушно повела плечами я. — Сходи домой, разбросай вещи так, будто ты сражался и тебя украли, не особо резвись там у Орочимару, вернёшься без проблем. Если я стану Хокаге к тому времени, обещаю оправдать.

— Я всё же надеюсь, что он вернётся раньше, чем через десять лет, — сухо сказала Сакура. — Видишь ли, лично я вообще не хочу, чтобы он уходил.

— И я не хочу! — не выдержал Наруто. — Не понимаю, зачем мы вообще просим помощи у Тори! Сами справимся! Если Саске так сильно хочет уйти — хорошо, даттебайо, я дам ему фору до утра и сам отправлюсь за ним! Найду, поколочу и верну!

Это… было достаточно странной формулировкой. Почему Наруто вообще готов его отпустить? Я, конечно, понимаю, что догнать и вернуть — это куда интереснее, чем просто уговорить не уходить, но разве такие игры свойственны Наруто?.. Я поймала усталый взгляд Сакуры, и она одними губами мне сказала: «Они поспорили». Я ненадолго прикрыла глаза.

Поспорили. Ну, да. Это всё объясняет.

— За мной пришли четверо сильных ребят, — флегматично сказал Саске. — Я сомневаюсь, что тебя хватит на всех.

— И вот именно для этого я тебя позвала, — выдохнула Сакура и саркастично добавила: — Как же долго мы до этого доходили.

— Так вы хотите, чтобы я вошла в команду спасения… — всё ещё не веря ни своим ушам, ни своим глазам, сказала я. И не стоит меня винить! Картина была сюрреалистичной. — Хорошо. Ладно. Как я понимаю, с утра Сакура пойдёт к Хокаге-сама и скажет: «О нет, Саске украли!», верно? И тут появляюсь я… беру с собой кого-нибудь… и мы берём на себя сопровождающих Саске, пока он с Наруто выясняет, кто же круче?

Все трое промолчали. Я вздохнула. Небольшая логика в этом была: и Наруто с Саске выясняли свои отношения, и Четвёрку Звука можно было вывести из строя, после помощи в убийстве Третьего их в Конохе очень невзлюбили. Но почему бы просто не сдать эту Четвёрку и выяснить свои отношения где-нибудь на полигоне?

Саске так хочется неприятностей, если его всё же вернут?

— Так. Хорошо. Я точно знаю, что Кирю в Конохе, а вот Кеншин сейчас на миссии. Сакура, ты тоже идёшь с нами, ирьёнин может понадобиться. Дальше… Шикамару остаётся в Конохе, но можно попросить Неджи и Ли, думаю, они согласятся мне помочь…

— Зачем тебе Шикамару?

Я встретилась взглядом с Наруто и подумала: может, расставить все точки над «и» сейчас, когда я уже спокойна? Ведь если так подумать, ну не мог он мне так подгадить исключительно из-за того, что я когда-то от него отвернулась. Должно быть что-то ещё. Учитывая, что сейчас не спокоен как раз-таки он, время — самое подходящее.

Первой отвела взгляд именно я. Время, конечно, подходящее, но у нас планируется миссия по спасению, и перед ней нужно ещё поспать. А то есть у меня подозрение, что у таких болтунов, как я и Наруто, спор может затянуться очень надолго. Да и после этой погони существует немаленький шанс, что Саске всё же выиграет — и тогда покопаться у Наруто в душе (опционально: ещё и плюнуть) будет намного легче.

Значит, решено. Ненадолго отложим наш разговор.

— Шикамару будет делать то же, что и вся банда, только ещё и среди ваших одноклассников, — сказала я, невольно усмехнувшись. — Он сделает большие глаза и скажет: «О, нет, Саске точно не мог сбежать по своей воле, его наверняка украли, он ведь последний Учиха, чьё местоположение известно, да ещё и без защиты клана». Ну, или любой другой аргумент, который смогут придумать его гениальные мозги.

— Зачем?

— Чтобы когда ты вернулся, ты вернулся не как мой сенсей, идиотина, — устало пояснила я Саске. Ну, и чтобы под шумок протолкнуть что-нибудь оправдательное для Мизуки-сенсея, но это — моя компенсация за потраченные силы и нервы, так что не считается. — Или твои сокомандники хотят пожить в моей шкуре, когда вся Коноха считает, что дорогой для тебя человек — предатель?

— За исключением того, что я на самом деле собираюсь сбежать.

На этот раз мы играли в гляделки с Саске.

— Ты меня специально из себя выводишь? — вкрадчиво спросила у него я. — Ты ведь не отрицаешь, что вернёшься. И лучше бы тебе вернуться. Не понимаю, по каким причинам ты вообще считаешь, что вне Конохи тебе будет лучше, но делай как знаешь. Главное — не доставляй проблем деревне, мне в ней ещё править.

— Кому ещё править… — пробурчал Наруто, усмехаясь.

Я даже не стала на него смотреть лишний раз, только махнула рукой Сато, чтобы она проследила, в какую сторону Четвёрка Звука уведёт Саске. Операция «Спасение Саске», в которой я зачем-то приняла участие и которую я теперь не могла воспринимать всерьёз, началась.