Глава 12. Метла (2/2)

Гарри нашлась в библиотеке, куда его с большой неохотой, следя за каждым его движением, все-таки впустила мадам Пинс. Девушка сидела за столом, подперев голову кулаком и лениво листала учебник. Рядом яростно строчила что-то в гигантском свитке Гермиона, Уизли на горизонте видно не было. Грегори нервно покашлял и подошел к Поттер, чувствуя, как с каждым шагом его сердце начинает биться все сильнее и сильнее. Все-таки он слишком сильно любил ее, расстояние и время, отстраненность это ничуть не исправили.

— Привет, — нервно кашлянул Гойл, старательно говоря шепотом.

Девочки вздрогнули и посмотрели вверх. Гермиона тихо охнула и зажала рот ладошкой, Гарри же молча воззрилась на него, словно бы говоря: «Ну, давай говори, зачем явился!» Грегори снова откашлялся, не зная, с чего бы ему начать. Решил не придумывать и просто протянул девушке коробочку с крокетами, отчаянно замахал, когда она сразу же сунула в нее свой любопытный нос. Внутри разливалось тепло, и Грегори невольно улыбнулся:

— Не открывай, пожалуйста, иначе мадам Пинс станет кричать: в коробочке крокеты, мама снова прислала тебе посылку.

— Я думала, она больше не будет ничего мне отправлять, — нахмурилась Гарри, скрестив руки на груди. Девушка нерешительно смотрела на коробочку, затем все же убрала ее в сумку и заколебалась. Гойл тоже чувствовал себя неловко: обычно, получив подарок, Гарри звала его и Гермиону перекусить где-нибудь на берегу озера или же в часовой башне Хогвартса, туда, где двигались диковинные механизмы.

— А вот это… В общем, от мамы в посылке пришло еще вот это, — и Грегори протянул девочке метлу. — Я слышал, что твоя разбилась на маленькие кусочки. Наверное, нужно было завернуть ее обратно, чтобы никто не увидел, но об этом я подумал только что.

Гарри машинально взяла метлу и заскользила взглядом по рукояти с названием модели, по номеру, по идеально подогнанным прутьям. Ее рот чуть распахнулся от изумления, пока изящные, но сильные пальчики поглаживали подарок.

— Ты сказал маме, что моя метла сломалась? — тихо спросила она, и ее взгляд, сперва такой радостный, сейчас потускнел. — Она — очень добрая женщина, но эта метла стоит так дорого, что я не могу ее принять, особенно теперь. Наверное, скоро я закажу какой-нибудь «Нимбус» через каталог, у меня достаточно денег, не стоит беспокоиться.

— Но… но ведь… — Гойл замялся, он не хотел говорить, что метлу через маму передал кто-то другой, тот, кто прислал ту записку. Он не хотел рассказывать о назначенном свидании в Хогсмиде, но должен был отдать подарок девушке, ведь она действительно была достойна самого лучшего.

Так, стоп! Грегори не доверял человеку, пославшему метлу, настолько, что решил сам сходить в деревню, встретиться с ним, узнать, что тот на самом деле хочет от Гарри, и при этом… При этом, да, он хотел передать девушке метлу, чтобы та летала быстрее всех. Это было настолько нелогично, что подросток едва не заплакал от собственной тупости.

— Тогда… тогда ладно, — забормотал он, попятился, пока Гарри не передумала, и бросился к выходу, преследуемый гневным окриком мадам Пинс.

Чувствуя себя полным идиотом, Грегори бежал куда глаза глядят. Метла в его руке делала его очень заметным среди школьников. Многие уже окликали его, узнавая знаменитую «Молнию», и несколько раз Гойл избежал собирающейся толпы только чудом. В итоге он начал передвигаться тайными коридорами и лестницами, напрягая всю свою память и припоминая множество легенд, рассказанных ему отцом. Когда Грегори двумя переходами пересек три этажа вверх, затем два вниз, потом еще несколько вверх, он понял, что окончательно заблудился.

Подросток нерешительно остановился в коридоре и принялся прохаживаться туда-сюда. Забавные тролли в балетных пачках угрожающе хрюкали, отвлекая Грегори от его мыслей, и он так и не мог сообразить, где именно находится. В какой-то момент его взгляд привлекло нечто странное. Гойл повернул голову и заметил большую ручку. С интересом подросток прикоснулся к ней, потянул дверь на себя и вошел в огромную, просто гигантскую комнату, заваленную всяким хламом.

Судя по пыли, покрывающей горы вещей, валяющихся тут (Гойл увидел книги, старые котлы, порванные мантии и прочую ерунду), сюда не заходили уже давно. Подростка осенило: все это время, пока бежал, он на самом деле никак не мог придумать, куда можно деть метлу. В памяти встали заинтересованные лица слизеринцев, повстречавшихся ему на пути, и Гойл соображал достаточно хорошо для того, чтобы понимать: как только метла вернется в спальню для мальчиков, принцесса Драко либо сломает ее, либо присвоит себе и не отдаст ни в каком случае. Если заставят вернуть — опять-таки, сломает. А здесь метла могла дождаться того момента, когда он снова решится предложить ее Гарри. В конце концов, только Поттер и могла на ней летать.

Стоп! Мальчик едва не подпрыгнул на месте и развернулся к небольшому шкафу, в глубинах которого и спрятал метлу. Ему в голову как раз пришла еще одна запоздалая догадка: если он сам не писал своей маме о падении Гарри и о катастрофе с метлой… То откуда она или человек, пославший записку, узнали о случившемся?

За Гарри следили? Теперь Грегори был абсолютно уверен в том, что поступил правильно, когда промолчал про записку, когда не стал настаивать на передаче метлы, когда спрятал ее куда подальше, когда решил сам встретиться с неизвестным человеком возле Визжащей хижины в Хогсмиде. Встреча, кстати, должна была состояться в тот же день, когда в волшебную деревню собирался прилететь отец. Было ли это связано?

Вопросов становилось все больше, Грегори нервничал и пытался объяснить себе хоть что-нибудь, когда напоследок его накрыло еще одно откровение: он воспринимал проблемы Гарри, как свои собственные. Это значило, что он был полным идиотом, когда решил отстраниться от любимой, чтобы перестать от нее зависеть.

И как это исправить-то?