Глава 8. Дементоры (2/2)

— Мисс Поттер, мистер Гойл, какая встреча, — вкрадчивый голос заставил ребят подпрыгнуть и медленно обернуться.

Люциус Малфой собственной великолепной персоной разглядывал их обоих с вежливым отстраненным интересом.

— Добрый вечер! — Гарри с вызовом вскинула подбородок, глядя прямо в глаза своему недоброму знакомцу.

— Здравствуйте, мистер Малфой, — поспешно отозвался Грегори, невольно вспоминая стародавний прием, зареванного Драко и извиняющийся взгляд отца. Несмотря на показную вежливость, в голосе Гойла слышалась ненависть.

— Обзаводишься новыми знакомствами, Грегори, — Люциус с интересом приподнял бровь. — Интересно, как же быстро некоторые люди забывают о благодарности. Впрочем, это неважно. Удачных покупок, не ошибитесь в выборе.

С этими словами Малфой величественно удалился, а Гарри и Грегори, не сговариваясь, повернули в сторону «Дырявого котла».

— Домой, — в один голос сказали они.

Дома отец внимательно выслушал рассказ Грегори о встрече с Люциусом Малфоем и печально покачал головой.

— Не хотел я, чтобы Люциус принялся доставать нашу семью так рано, но ничего не поделаешь.

— Почему он против?

— У него были какие-то планы на Гарри, — отец пожал плечами, — но ничего не получилось, вот он и бесится. Кроме того, он даже предположить не мог, что мы с мамой расплатимся с ним и перестанем зависеть от его милости. Да и министр в последнее время не слишком его жалует.

Грегори внимательно слушал отца, но понимал из его слов не слишком много. Правда, кое-что он все же понял: в этом году Драко будет особенно невыносим.

— Сын, — после недолгого молчания непривычно серьезно сказал отец. — Я понимаю, что у тебя с Драко сложные отношения, но прошу тебя не слишком сильно шокировать его в этом году. Не нарывайся на неприятности, пожалуйста, Люциус все еще школьный попечитель, кроме того, настроение министра слишком переменчивая вещь, чтобы на него полагаться. Будь осторожен.

— Я понимаю, — сказал Грегори и тяжело вздохнул. Он-то уже представлял себе, как все время после уроков будет проводить вместе с Гарри. Похоже, его планам не было суждено сбыться.

— Не огорчайся, наболтаетесь еще, — снисходительно улыбнулся отец и отправил сына заниматься своими делами.

Остаток лета неприятная встреча не омрачила. Гарри и Грегори по-прежнему прекрасно проводили время вдвоем, только теперь вместо догонялок и ухода за животными они предпочитали забраться в какой-нибудь потаенный уголок и сидеть вместе, болтать, целоваться.

Они нацеловались, казалось, на несколько лет вперед и все никак не могли остановиться. Мама наблюдала за ними с теплой улыбкой, но Грегори то и дело ловил на себе ее предупреждающий взгляд. Странная она какая-то, что такого могло случиться, когда им с Гарри было так хорошо обниматься, сидя в укромном месте, и строить планы на будущее, порой совершенно нереальные, а порой такие теплые и сладкие, что даже дыхание перехватывало.

Совершенно неудивительно, что они оба не заметили, как пришло время отправляться в школу.

На платформе они перехватили Гермиону и утащили ее вместе с собой в одно купе, чтобы всю дорогу рассказывать о том, как прошло лето, и вообще провести остаток каникул в приятной компании. Вслед за Гермионой увязался Рон, и он пришелся как нельзя более кстати потому, что он с семьей как раз летом ездил в Египет и взахлеб рассказывал о том, что успел повидать.

За окном уже стемнело, начался мелкий противный дождь, но даже он не смог испортить умиротворение, царящее в вагоне. По долине пополз густой туман, а затем поезд внезапно остановился. Стало холодно, очень холодно, а еще освещение в один момент погасло, и ребята оказались в полной темноте. Грегори наощупь нашел руку Гарри и притянул девушку в свои объятия.

— Что происходит? — с дрожью в голосе спросила Гермиона.

— Как будто я знаю! — немедленно отозвался Рональд. — Мы же еще не приехали?

— Нет, конечно, нам еще пару часов ехать, — испуганно ответила Гермиона и потянулась к волшебной палочке. — Люмос!

Крошечный огонек на миг зажегся, но почти сразу же погас. Теперь стало еще страшнее, но Грегори больше беспокоила Гарри, которая молчала и только мелко дрожала. Даже в воцарившейся тьме Гойл подмечал, что ее лицо выглядит неестественно бледным.

— Гарри, тебе плохо? — Грегори немного потормошил девушку, положил ладонь на ее лоб, покрытый холодным потом. — Что с тобой?

— Мне… — еле слышно прошептала девушка, но не договорила.

По входной двери поползла изморозь, послышался тихий лязг, а затем дверь медленно начала открываться. Темная тень окутала купе холодом, и Грегори показалось, что мир перестал существовать, что дома случилось что-то страшное, что Гарри уже ничем нельзя помочь, а еще, что в его жизни больше никогда не будет никакой радости. Все было кончено.

— Здесь нет Сириуса Блэка! — раздался громкий крик, а затем серебристая вспышка осветила вагон. Тень дрогнула и поспешила прочь из вагона. Холод постепенно отступал, все понемногу приходили в себя.

— Что это было? — дрожа и едва ли не плача, спросила Гермиона.

И еще раньше, чем незнакомый мужчина, отогнавший тварь, открыл рот, Грегори тихо прошептал:

— Это был дементор, один из дементоров, охраняющих Азкабан.

Страшная память о Сириусе Блэке нагнала Гарри даже в Хогвартсе. Гарри?

Грегори охватило отчаяние, ведь Гарри пока не пришла в себя.