Часть 6 (1/2)

Ровная дорога сменилась сплошными ямами и ухабами. Повозка подпрыгивала и жалобно скрипела, содрогаясь на каждой встречной неровности.

Му Цинфан удобно расположился на лавке и читал какой-то длинный ветхий свиток, бормоча вполголоса и подчеркивая ногтем строчки. Тонкое лицо было крайне сосредоточенным, а мягкие дуги бровей то и дело немного хмурились — одна бровь приподнималась выше в недоумении, другая, наоборот, опускалась.

В отсутствие других развлечений Шэнь Цинцю с пристальным вниманием разглядывал брови своего шиди. Му Цинфан никогда не стремился привлекать чужие взгляды, гардероб имел скудный и весьма — на грани с унылостью — немаркий, волосы убирал туго и даже украшениями пренебрегал, однако утонченно-мягкое лицо и внимательный взгляд темных глаз заставлял многих заклинательниц вздыхать украдкой.

И не только заклинательниц, припомнил Шэнь Цинцю и фыркнул. Этот кроткий и благовоспитанный вид мог обращаться совсем другой стороной — отточенной полосой стали, ледяным сиянием глаз и несгибаемой решимостью. Целители каждый день сражались с чужими смертями, заглядывали тьме в глаза и гнали ее подальше, а давно знакомый враг уже и вполовину не так страшен. В случае опасности изящный шиди первым встанет на ее пути и не отведет глаз, и сердце не дрогнет.

Целитель отвлекся от чтения и поднял голову.

— Не обращай на меня внимания, шиди, — Шэнь Цинцю взмахнул веером и посмотрел на спутника лукаво и с долей ехидства. Му Цинфан едва слышно вздохнул и сложил свиток.

— Если лорд Шэнь снова желает обсудить ту ситуацию, то я покину повозку и буду добираться на мече, — предупредил он, глядя на Шэнь Цинцю с укором.

— Ох, шиди, как я могу обсуждать с вами ваши любовные дела, — с неодобрением отозвался Шэнь Цинцю и покрутил в воздухе сложенным веером.

— Это было недоразумение, — Му Цинфан прикрыл глаза, но говорил по-прежнему ровно и бесстрастно.

— Передача духовной энергии, — понятливо кивнул Шэнь Цинцю, — через рот.

— У лорда Шан были повреждены меридианы, — процедил целитель, — а тело сковано льдом, через который не проходила ци. Мне показалось неправильным класть руки ему на лицо…

— Ну, губами-то правильно, — рассудил Шэнь Цинцю, — шиди Му, все мы здесь взрослые люди и понимающие заклинатели. Если вам так уж хотелось поцеловать…

— Шэнь Цинцю! — взревел хрупкий целитель и швырнул свой свиток на пол. Уши его приобрели насыщенно-розовый оттенок.

— Какая прелесть, — умиленно пробормотал Шэнь Цинцю, прикрываясь веером, — меня окружают исключительно нежные и нетронутые полевые цветочки. Шиди Му, а не хотите ли попередавать энергию Лю Цингэ? Лет через сто он даже возьмет вас за руку, возможно.

Тяжелая склянка темного стекла полетела прямо в голову Шэнь Цинцю, но веер одним изящным движением отбил ее в сторону; осколки градом застучали по полу, а по дверце повозки потекла негустая зеленоватая мазь.

— Змееголов и лунная трава, — Шэнь Цинцю задумчиво втянул яркий травяной запах, — хорошее средство для обезболивания ран.

— Если бы она вытекла вам на голову, это компенсировало бы повреждения от удара, — объяснил Му Цинфан, с грустью глядя на расползающееся зеленое пятно.

Синхронно вздохнув, лорды сделали вид, что ничего не произошло.

— Одного никак не могу понять, — заговорил Шэнь Цинцю, — почему глава дворца Хуаньхуа не попросил нашей помощи?

Му Цинфан нахмурился:

— Лекари дворца не бездарны.

Шэнь Цинцю пренебрежительно фыркнул:

— Не бездарны, но далеко не лучшие. У главы больна единственная дочь, маленькая наследница, а он игнорирует лучших целителей, предпочитая справляться собственными силами. Разве не подозрительно?

— Возможно, он не доверяет другим школам, — пожал плечами Му Цинфан и подобрал с пола забытый свиток, — или ему есть что скрывать.

— У всех свои скелеты по сундукам, — Шэнь Цинцю подобрался поближе к окну и отодвинул занавеску, выглядывая наружу, — проблема только в том, почему эти скелеты он не хочет показывать другим школам.

— Мне не нравится врать, — признался вдруг целитель и поежился, — если меня не приглашали помочь…

— О, шиди, не забивай голову. Мы просто путешествуем в поисках редких трав и совершенно случайно оказались в пределах дворца. Если Лао Гунчжу не совсем погряз в своих попытках скрыть правду, то он воспользуется случаем и попросит нас о помощи. Врать шиди и не придется, иначе зачем бы я отправился с вами?

— Если хозяин дворца действительно скрывает какую-то тайну, то он может попытаться заставить нас молчать, — Му Цинфан рассеянно скрутил свиток в трубочку и снова встряхнул, заставляя распрямиться.

Лорд Шэнь рассеянно расправил нежно-зеленый шелк на коленях.

— Попытается заманить нас в ловушку, чтобы выставить в невыгодном свете и заполучить доказательства, а после обменяет наше молчание на свое, — мурлыкнул он с предвкушением, — мне стоит поблагодарить главу Юэ за это развлечение. Иначе сейчас сидел бы в забытом богами городишке и выслушивал жалобы на призраков, буйных демонов и ужасных чудовищ, ворующих кур. Надеюсь, Лю Цингэ еще не сократил поголовье страдающего населения…

Граница владений дворца невидимой нитью протянулась меж невысоких гор и густых лесов. В тени древних деревьев до сих пор таилось множество редких трав и странных животных, чем решил воспользоваться лорд Му.

Старший ученик пика целителей послушно тормозил каждые две минуты, слезал с повозки и брел вслед за воодушевленным Му Цинфаном, в очередной раз углядевшим то нежные голубые колокольчики какого-то редкого цветка, то высохшие пруты кривого, но непременно ценного куста. И сушеным веткам, и цветам он радовался одинаково, осторожно пробирался вглубь зарослей и срезал очередной дар леса, бережно передавая его в руки ученика вместе с короткой лекцией.

Покидать удобную повозку Шэнь Цинцю отказался и только посматривал в окно, щурясь от солнечного света. Ожидания его не обманули — спустя некоторое время на дорогу ступили несколько юношей в ярко-желтых одеяниях. При виде неподвижно стоящей посреди дороги повозки и скучающего в окне заклинателя ученики ордена Хуаньхуа поклонились с легким недоумением на лицах.

Со щелчком захлопнув веер, Шэнь Цинцю изобразил неподдельное удивление.

— Эти леса слишком богаты чудесными травами. Мой спутник немного увлекся, — лорд пика Цинцзин распахнул дверцу и выбрался наружу, — мы пересекли границу? Прошу простить нам это непочтительное вторжение.

— Для нас честь приветствовать лордов прославленного ордена, — с легким смущением заговорил старший ученик. Его одежды были ярче, а на поясе виднелась тонкая, едва заметная золотая вышивка. — Если господа в чем-то нуждаются…

На дорогу вывалился Му Цинфан. Он шумно отдувался, порастеряв свой неизменно изящный и опрятный вид; туго стянутые волосы разлохматились, в них застряли сухие еловые иглы, а на щеке прилип лоскут паутины. Ученик выбрался следом, слегка покачиваясь под тяжестью туго набитых сумок.

— Раз дворец Хуаньхуа столь гостеприимно предлагает нам свою помощь, то мы не станем отказывать, — заметил Шэнь Цинцю. Взгляд его преисполнился самых разнообразных эмоций при виде растрепанного лорда Му. — Мой спутник… нуждается в отдыхе, да и я не откажусь привести себя в порядок после долгой поездки.

Лицо ученика, выражавшее сдержанную учтивость, вмиг стало озадаченным. Дворец и впрямь в последнее время совсем не принимал гостей, но как отказать двум пиковым лордам, не нанеся оскорбления?

С любопытством наблюдая за причудливой игрой эмоций и оттенков на лице юноши, Шэнь Цинцю обмахнулся веером и утомленно закатил глаза:

— Природа здесь просто восхитительна, но жара и влажность…

— Я вернусь во дворец и сообщу о вашем визите, а мои братья сопроводят вас и укажут дорогу, — решился юноша, учтиво поклонился и мигом взлетел на меч.

Му Цинфан попытался влезть в повозку, но Шэнь Цинцю сложенным веером преградил ему путь.

— Позвольте сначала войти мне, — с улыбкой заявил он и поднялся на ступеньку, — иначе вы перемажете все сиденья, и мне придется добираться на мече, разрушив весь наш образ отдыхающих ленивых заклинателей.

Целитель только вздохнул и посторонился. Оставшиеся ученики неуверенно поднялись на мечи и клином выстроились впереди повозки, указывая путь.

У входа во дворец выстроилась целая процессия. Возглавлял ее сам Лао Гунчжу, благообразный и царственный в своих золотых одеждах. Вид его портила некая бледность лица и темные полукружья век, словно заклинателю давно не удавалось толком отдохнуть.

— Какая неожиданная встреча, — с улыбкой шагнул вперед глава дворца Хуаньхуа. Обычно ухоженная борода его выглядела неопрятно, и Шэнь Цинцю едва заметно поморщился. — Если бы лорды сообщили о своем визите заранее…

То ты придумал бы отговорку, чтобы нас не впускать, язвительно закончил Шэнь Цинцю про себя, скрывая эмоции под толстым слоем ровной доброжелательности. Му Цинфан ощущал себя немного неловко и улыбался скованно, но на целителя обращали не слишком много внимания.

— Мы и предполагать не могли, как далеко заведет нас охота за ценными растениями, — повинился Шэнь Цинцю, не теряя достоинства. Лорд Му кивнул, против воли отмечая землистый цвет лица и нервное напряжение, в котором пребывал хозяин дворца.

— Прошу меня извинить, в последнее время столько дел свалилось на мою голову, а я ведь уже немолод, — глухо усмехнулся Лао Гунчжу и развел руками с беспомощным видом, — ученики покажут вам ваши покои, а я покину вас до ужина, с вашего дозволения.

Помощи просить достопочтенный заклинатель явно не собирался — взмахнув длиннейшими многослойными рукавами, он отдал несколько коротких распоряжений сопровождавшим его ученикам и готов был откланяться. В глазах Му Цинфана мелькнула тень растерянности.

— Прошу простить мне мою наглость, однако не могу не поинтересоваться, — Шэнь Цинцю настиг уже готового уйти заклинателя и ненавязчиво пристроился рядом с ним, — но вы выглядите болезненно. Разве проблемы стоят вашего здоровья? Праведные секты всегда сталкиваются с огромным количеством бед, но глава в первую очередь должен позаботиться о себе. Разве без вашего чуткого управления справятся ваши ученики?