Часть 4. Глава 2 (2/2)

***

Распрощавшись с Су Цы возле усадьбы художника, князь Ци отправился нанести еще один визит. По дороге в столичную резиденцию князя Цинлай адъютант Цинь Сяовэй доложил, что удалось выяснить его людям. К сожалению, заслуживали внимание только слухи о происшествии во дворце, которые кто-то упорно раздувал.

От недавнего оживления в большом поместье не осталось и следа. Слуги сновали притихшие и подавленные. Управляющий с траурной повязкой на рукаве проводил их в домашнюю молельню. Князь Ци остановился на пороге и поклонился.

– Княже, мои соболезнования. – Статная фигура у алтаря осталась неподвижной. – Ваш покорный слуга пришел лично принести извинения.

– Да уж, вам есть за что извиняться. – Медленно повернулся к нему князь Цинлай.

– Вы вправе укорять меня за недосмотр. Своей вины я не отрицаю. Каким бы ни был ваш гнев, я приму его.

Старый воин снисходительно посмотрел на князя.

– Неужели вы решили, что раз мне не удалось уберечь мою кровиночку Чжи’эр, я вымещу свой гнев на вас? Нет, конечно. Ранее я считал вас человеком, свободным от чинопочитания, обладающим холодным рассудком и горячим живым сердцем. Я полагал, что при императорском дворе имеется хоть один настоящий воин. Кто бы мог подумать, что теперь и вас засосало это болото. Скатились до их уровня, молодой человек. Лицемерно полагаясь на свое положение, злоупотребляете властью и прозябаете в праздности.

Князь Ци покорно выслушал упреки, не дрогнув ни одним мускулом.

– Наставник, я виноват.

– Вы, прекрасный стратег и тактик, как сразу не догадались? Некто использовал Вдовствующую Императрицу, чтобы при выборе супруги поймать вас в ловушку. Вы позаботились лишь о том, как вам выкрутиться. А о пешках вы подумали? Что своим бездействием навлечете на них такую опасность? Вы хотели быть недосягаемым, Великий князь, а подумали о том, что станете причиной чьей-то гибели?

Тут уже не утерпел адъютант.

– Княже, вы что-то неправильно поняли…

– Умолкни! – Рявкнул на него князь Ци и снова опустил голову перед старым князем.

– Я думал, вы еще помните слово «честь», и в вас еще жив воинский дух. Но похоже, я крепко заблуждался. Не представляете, как я разочарован!

– Мне очень совестно. – Еще ниже склонился князь Ци.

– Уходите. – Казалось, вместе с кипящей яростью, из князя Цинлай вынули внутренний стержень, так вдруг поникли его плечи и ссутулилась фигура. – Моя бедная Чжи’эр выбрала не того человека.

Князь Ци низко поклонился и вышел.

Когда они спустились с крыльца, Цинь Сяовэй все же не утерпел.

– Князь, но почему вы не ответили ему? Почему не стали оправдываться?

– Князь Цинлай отчасти прав, вот почему. Он всегда был прямолинейным человеком, а сейчас еще и в горе из-за смерти любимой дочери. Вот и сказал все, что думает. – С досадой возразил князь Ци. – Хватит об этом. Идем.

***

Жушуан действительно занялась исследованием загадочного вещества. Но дальше двух ингредиентов: жира и киновари дело не пошло, поэтому она решила привлечь к делу еще одного специалиста. Хозяйка популярной в торговом квартале «Лавки красоты» внимательно изучила крошки, понюхала и определила в них помаду. Но в столице такую не делают. Чтобы Жушуан в этом убедилась, она предложила для сравнения взять образец своей. А потом дала адрес еще одной лавки, куда привозят косметику из разных частей страны и даже из-за границы.

– Я определила, какая помада оставила следы на свадебном платье. Ее делают в северной части страны, в Синцзяне. Их метод сильно отличается от нашего, он сложнее, и помада на коже держится гораздо дольше.

Я посмотрела на кончики пальцев, которыми дотрагивалась до помады. Несмотря на то, что я уже не раз мыла руки, на них остались розовые следы. А ведь я едва дотронулась до малюсенькой крошки. Жушуан продолжала:

– Поэтому она хоть и дорогая, но пользуется популярностью у богатых клиенток. Сегодня мы еще раз осмотрели комнату вместе с командиром Цао Шанем, и нашли там только одну коробочку с помадой, в которой отпечатался цветок. Все это очень странно. Похоже, барышня Сюйчжи не покончила с собой.

– Почему ты так решила?

– Знаешь, я много ходила по городу, и слышала, как везде об этом говорят. Что это проделки злого духа, который вселился в невесту. Но что интересно, и на торговой улице, и в богатом квартале, и на окраине все повторяют одни и те же слова, как будто читают по бумажке. Я думаю, это делается специально. Кто-то нагнетает атмосферу, распространяет ложные слухи, чтобы ввести людей в заблуждение. И все ради того, чтобы посеять в народе панику и хаос.

Я была горда своей подругой. Столько всего выяснила, да еще и сделала правильные выводы. Нужно обязательно это отметить:

– Жушуан, ты молодец. Ты с каждым днем все лучше обобщаешь факты и делаешь выводы.

Она сильно смутилась, но очень обрадовалась похвале:

– Ящерице и за тысячу лет не стать драконом. Мне еще до тебя далеко, братик Су.

Хотя нас за столом было трое, вопреки обыкновению брат Пэй вообще не принимал участия в разговоре. Он вяло ковырялся в своей тарелке, похоже вообще не ощущая вкуса пищи. В конце концов он попытался взять с общего блюда звездочку бадьяна вместо куска мяса. Я еле успела его палочки перехватить. На мое вмешательство он отреагировал вяло и снова уткнулся в тарелку.

Вдруг хлопнули ворота и через весь двор разнеслось:

– Брат Су, брат Су, смотри, что я нашел! – Это как тайфун примчался Се Бэймин, потрясая листками с записями. Он занимался сбором сведений, как мы и договаривались, когда услышал о происшествии во дворце.

– Этот злодей последний нюх потерял! Протянул свои грязные лапы в святая святых! – Шумел он, воинственно размахивая кулаком.

Я быстро проглядела записи, которые он мне сунул. Воистину, Се Бэймин с усадьбой Фэйюнь – замечательное подспорье. Тот, кто готовил записи, уже обобщил информацию и выделил наиболее важные моменты. На каждый случай был заведен отдельный листок и на нем указаны: имя жертвы, дата смерти, способ самоубийства, сделана отметка о необычном поведении, дан краткий словесный портрет и небольшая заметка личного характера.

– Нет, брат Се. Случай во дворце отличается. Слишком много улик, которые не вписываются в картину самоубийства, например, в платье барышню Сюйчжи одел кто-то другой в отличие от барышень Ду и Линь.

Тут наконец отмер Пэй Чжао.

– Значит, Сюйчжи не…

– Вот, посмотрите. – Я раздала листки участникам застолья. – Бросилась со стены, отравилась, подавилась золотом, утопилась, повесилась и так далее. Способы самоубийства во всех случаях отличаются. При этом вдруг Сюйчжи повесилась – также, как и Цзин Нян.

– Если рассматривать все эти смерти вместе, то создается ощущение, – Задумчиво протянул брат Пэй. – что все эти самоубийства были тщательно спланированы. Словно этот Призрак стремится к совершенству. Продумывает все до мелочей. Такой человек ни за что бы не стал нарушать свой идеальный ритуал.

– Барышня Сюйчжи была самой вероятной кандидаткой. – Включился и Фэй Юань. – После ее смерти недобрые слухи множатся в столице, и теперь вряд ли хоть кто-то из знатных и влиятельных семей согласится выдать свою дочь за Великого князя.

– В этом и есть истинный замысел. Использовать слухи и скрыть настоящий мотив смерти барышни Сюйчжи. – Подытожила я.

– Но ведь… – Брат Се поднял глаза от записей. – Убить кого-то во дворце совсем не так просто.

– Во время отбора невест дворец усиленно охраняется. – Подтвердил брат Пэй. – Убийца не мог проникнуть извне.

– Ну тогда… Высокая популярность барыши Сюйчжи могла спровоцировать кого-то из кандидаток. – Гнул брат Се свою линию.

– Вполне может быть! – Поддержала его Жушуан.

Хотя мозговой штурм шел успешно, я видела, что Пэй Чжао участвует в этом через силу. Вдруг он отодвинул тарелку, встал и извинился:

– Что-то от меня сегодня мало толку. Видимо измотался за день. Пойду-ка я к себе.