3. Порок третий: гнев (2/2)
Кейт как завороженная уставилась на неё, а Вай, увидев её взгляд, вдруг подмигнула и усмехнулась.
— Сколько ты там ещё собралась одеваться, Кейтлин?!
Кейт живо подалась назад от окна и больно ударилась о стул ногой, но, больше не задерживаясь ни на секунду, пошла в гостиную, ощущая, как в груди сжимается что-то волнительное и горячее.
Мама и дамы уже расселись в изъеденных молью креслах и активно обсуждали теперь новую протестантскую диету, заключавшуюся в исключении из рациона всех фруктов и овощей, кроме зелёных.
— Это весьма разумно, — кивнула Кассандра. — Я частенько чувствую себя нехорошо после красных яблок. Так и знала, что этому есть научное объяснение.
Кейт с унылым видом примостилась на табуретке. Ближайшие два часа грозили для неё обернуться страшной скукой, и она погрузилась в свои мысли, в чём давно преуспевала благодаря матери.
В её голове, минуя мечты об обретённой профессии, о своих деньгах и друзьях, которые не знают её прежнюю, неожиданно снова возникла Вай. И Кейт пронзили приятные мурашки по всему телу, когда она подумала об этой небрежной позе девушки, о её насмешливой улыбке и о прямом ясном взгляде. «Она ведь смотрела на меня. Опять смотрела на меня. Она мне подмигнула!»
Кейт поверить не могла, насколько приятно было думать о другом человеке, насколько интересно было пытаться разобрать её в своей голове, точно сложную головоломку. И впервые в своей жизни Кейт действительно хотелось, чтобы этот человек думал также и о ней.
Собрание кончилось неожиданно скоро, дамы стали неспешно одеваться, и Кейт даже решила, что день, в целом, не так уж плох. Но мама внезапно тоже натянула своё пальто и резко кинула:
— Поспеши, Кейтлин, обуйся, ты сегодня очень уж медлительная.
— Но куда мы? — тоскливо спросила Кейт, подумав, что им придётся провожать дам до метро.
— Мы сейчас все вместе пойдем в этот омерзительный магазин. Может быть, одна верующая для той девчонки недостаточная сила, но посмотрим, что она скажет нам всем.
Кейт ощутила, что её стукнули по голове со всей силы. Она полагала, что грань позора не может быть больше, чем та, что уже была пройдена, но, оказалось, мама желает побить свой рекорд. Кейт на секунду почувствовала в себе силы для сопротивления, но они быстро угасли, когда мать посмотрела на неё с суровой твёрдостью.
На улицу Кейт плелась позади всех, надеясь провалиться в открытый люк, но только он, к большому сожалению, по дороге не попался. Дамы были настроены напротив по-боевому, и миссис Урри даже первая дёрнула дверь, вваливаясь в полутёмное помещение сексшопа с явным намерением его разгромить.
Но когда все они оказалась внутри, праведный настрой немного поутих. Их всех, включая Кейт, поразило разнообразие всего того, что некоторые приличные люди вообще не видят никогда в своей жизни. На полках примостились фаллоимитаторы разной величины, странные игрушки неизвестного назначения, наручники, костюмы на любой вкус и фантазию. За стёклами стояли дорогущие вибраторы, цена которых равнялась цене приличного смартфона.
Сам магазин был приятных чёрно-красных цветов, а около прилавка стояла Вай, разговаривая с молодым мужчиной, судя по всему, покупателем. Она подняла голову на шум, и на её лице тут же отразилось изумление.
Миссис Урри шагнула вперёд и обличительно подняла палец на покупателя:
— Пришли в вертеп разврата потакать своим порокам? Позор!
Мужчина поражённо посмотрел на Вай и поспешил прочь, явно не желая участвовать ни в каком конфликте. Дамы победно проводили его до выхода криками «позор», в то время, как Вай резко двинулась к ним навстречу с видом настолько злым, что Кейт испугалась, что всё кончится насилием.
— Вы с ума сошли? Какого хуя вы творите?
Мама Кейт не обратила внимания на нецензурную брань, хотя обычно это повергало её в бешенство. Сейчас у неё был удивительно довольный вид, и она сама приблизилась к Вай почти вплотную.
— Дорогая моя, мы защитники веры для этого дома. Мы будем гнать всех твоих развращённых покупателей, пока ты не съедешь отсюда, потеряв все свои грязные деньги. Это я тебе обещаю!
Вай сделала ещё один шаг вперёд, нависая над Кассандрой и глядя ей точно в глаза.
— Я вам обещаю. Вы пожалеете, что вообще открыли рот в моём присутствии, — она обвела взглядом остальных дам и Кейт, и в глазах её был дьявол. — Когда я с вами закончу, вы будете молиться на коленях передо мной, а не перед своим богом, чтобы я оставила вас в покое.
Кассандра Кирамман испуганно отступила.