11. А именно противоречия как раз и... (2/2)

Всё бы ничего для молодых парней, но есть одна загвоздка. Вивиан была неприступной. Каждого кто к ней подходил, она вежливо и очень даже искусно, отшивала. Это не только начинало раздражать, но и подогревало лишний интерес. А самые несдержанные парни решили сыграть себе на руку. Афродизиак!

Афродозиак растительного происхождения. Вообще, он был слабым и использовался скорее как слабые жидкий прототип духов. Но вот парни умудрились смешать сразу несколько специальных нектаров роз, жасмина и многих других цветов. Отчего получился просто опасный яд, работающий как сильный афродизиак и возможно, со смертельным исходом. Но откуда этим аристократам, не изучающим ботанику, было это знать? Вот они и рискнули, налив в бокал вина, пару капель смешанного раствора. Отдали готовую бомбу замедленного действия в руки одного из слуг и приказали дать его девушке. Конечно, чтобы не вызвать подозрений и не выделять, пришлось поместить бокал среди остальных.

— Вивиан, не видел Рима? Он опять куда-то пропал. Только что был в одном углу зала и опять его след простыл. — подходя к девушке спрашивал Даниэль, осматриваясь при этом по сторонам.

— Нет не видела. Он наверняка стоит где-то в самом дальнем углу и следит за всем. Он часто так делает. Не переживай. — махнув рукой, ответила Византия, даже не переживая об этом. Для удобства и чтобы показать, что она ни с кем сейчас не собирается дальше разговаривать, гречанка облокотилась спиной к стене. Конечно же, это немое сообщение телом, было адресовано тем парням, что глаз с неё не спускали.

— Заметил я их взгляды. Не к добру они. — предчувствуя что-то странное, приметил скандинав.

—Как посмотреть.

— Мадам, не желаете отведать вина? — подойдя к ним, слуга подал поднос с несколькими бокалами хорошего напитка.

— Благодарю, можете идти. — ответил вместо девушки датчан и взял первые попавшиеся два бокала. Ничем не примечательные, ни цветом ни запахом. Совершенно обычные.

— Спасибо. — поблагодарила гречанка и приняла бокал. Чтобы не привлекать внимание и спокойно попить, воплощения повернулись лицом к стене и приподняв маски, быстро осушили напиток. Нет у них времени церемониться. Лицо долго открытым держать нельзя, могут увидеть шею или ещё что. Для Дана ладно, могут посчитать просто бледным. А вот Вивиан с красноватым оттенком придётся труднее. Пока они продолжали общаться, держа уже пустые бокалы, вдалеке слышно недовольное цоканье. Те молодые парни, видели, что их обломили и девушка выпила обычное вино, вот только, тот что с ядом неизвестно где. Они забыли в какую добавляли и сейчас, его мог выпить любой кто здесь находился. Это могло принести немало проблем, так что парни решили сразу же уйти и быть подальше от всего происходящего. Кончено же, решив вообще не пить ни капли.

За последующий час, ничего не произошло, а многие напитки уже были выпиты. Молодые не заметили ничьё отсутствие и решили, что яд либо не сработал, либо вылили, так что, со спокойной душой продолжили своё веселье. А вот когда наступал конец банкет, стало хуже. Даниэль конечно не знал, что то самое вино попалось именно ему! Вино с более крепким и горьким вкусом, словно сок хурмы, ничем не привлёк его внимание. Под конец вечера скандинаву становилось хуже. Стало очень жарко, хотелось снять с себя этот, кажущийся очень тяжёлым в данный момент, плащ. Да и не только его. Голова немного кружилась, а сердце начинало стучать громче. Казалось, что он сильно потеет, а дыхание стало сбивчивее. Датчан не видя альтернативы, просто ушёл из зала к выходу. Благо, что большинство присутствующих были немного опьянены алкоголем и не заметили его состояние.

С каждой минутой, шаги давались всё тяжелее и тяжелее. Ноги стали ватными, а тело очень тяжёлым. В глазах стояла пелена и было мутно, а голова словно в тумане. Кое-как отыскав дверь в свою комнату на ощупь, Дан зашёл внутрь. Сил становилось всё меньше и меньше, а он еле-еле дошёл до кровати и упал на него. Кругом темнота, больше ничего не видно, а вот невероятное возбуждение в штанах чувствовалось очень даже хорошо.

— *От чего такая реакция? Что со мной? Я не мог бы напиться до такого состояния, так не бывает. Мне явно что-то подмешали в вино, надо было быть внимательней.* — думал про себя Даниэль, проклиная свою неосторожность и нынешнюю ситуацию. Голова заполнялась самыми неприятными мыслями, а именно, ?Я хочу!?. Уже по неестественной реакции датчан понял, что это афродизиак. И лишь вопрос времени, когда он потеряет контроль не только над телом, но и сознанием. Хоть какое-то внимание, привлёк звук открывшейся двери. Неспешные шаги, слышались как они идут в сторону кровати и прямо перед Даном, предстал он!

Ремус стоял без своей маски, явно немного напуганный происходящим. Видимо он тоже не мог понять, что тут происходит.

— Даниэль? Что происходит? Что это... — не успел он спросить, как почувствовал сильный запах, резко ударивший в голову. И это был не просто запах, это было благоухание. Оно действовало на сознание так, что просто туманило всё, что видишь и чувствуешь.

Страны I поколения имели свою,ещё не открытую ими силу. Физически они гораздо сильнее, чем их потомки в лице современных воплощении. Несмотря на их телосложение, силы у них было немерено, ведь в такое время, боевые навыки и сила ценились и имели очень важное значение. Интеллект повышать они не могли, он у них и так высокий был. Но главная способность, это не их физическая сила. Их особенность, это — феромоны! Да, да. Пока что, никто из этих воплощении не раскрыл свои способности к использованию феромонов, ведь их нужно научиться контролировать. Они могут использоваться, как контроль разума. Выпуская их, воплощения могут влиять на инстинкты своих жертв, пугая их до животного ужаса. Настолько, что от одного лишь вида люди бы боялись даже сдвинутся. Но прямо сейчас, когда скандинав не способен их контролировать, находясь под эффектом афродизиака, его феромоны были неустойчивы.

Это можно было понять и по лицу Империи, что лишь вдыхая их частицы, сам начинал терять отголоски разума. Инстинкты взяли вверх и он, словно животное в период гона, набросился прямо на жертву. Датчан даже не имел сил сопротивляться, настоль его тело пало под натиском этой дряни. А вот с желанием оприходовать свою жертву, с таким манящим до безумия запахом, придавало римляну огромное количество сил. Грек не терял времени зря, снимая с себя и с Даниэля всю одежду. Он не слышал ничего, ни мольбы последнего, ни просьбы и жалобы. Он уже не слышал ничего, что могло бы лишить его удовольствия. Было лишь это тело, что манило словно запретный плод.

— Умоляю, хватит! Ремус! — молил его скандинав, но тот и не слышал. Каждое прикосновение Империи, отдавалась дрожью во всем теле. Хотелось просто взять и сдаться этим рукам, вот только, сознание ещё пыталось держаться. Но это ненадолго. С каждым движением по груди, животу и шее, заставляли содрогаться от удовольствия.

— Прошу... не надо. — уже сквозь сбитое дыхание просил Дан, но его вновь не слышали. Слёзы невольно наворачивались на глазах от страха и непонимания возможного исхода.

— Ты так вкусно пахнешь. Я не могу сдерживаться. — игнорируя любые слова, сам себе говорил Рим, продолжая целовать шею своей жертвы. Но попытки датчана оттолкнуть его, всё-таки мешали и пришлось запрокинуть его руки за голову. Уже скованный и ограниченный в движениях Даниэль, не имел и шанса на спасение. Он даже не может пнуть его или ещё что, лишь терпеть и содрогаться, от нехватки сил. А Ремус не терял время, вводя рукой по всем возможным местам и дальше...

Слышалось тяжёлое дыхание по всей комнате. Негромкие скрипы кровати, что растворялись на фоне этих стонов, были отведены на второй план. Тело под римляном дрожало от удовольствия, когда он в него так грубо и быстро проникал, задевая самые чувствительные и потаенные места. Скандинав уже давно потерялся в счёте. Сколько раз они уже это сделали? Сколько ещё он может продолжать? Сколько времени прошло? Ответы на эти вопросы он пока не получит, ведь Империя ещё был полон сил и энергии. Феромоны даже не думали ослабляться. Наоборот, они становились только сильнее и сильнее, и теперь, уже двое воплощении отдались своим инстинктам и желаниям. Сегодняшняя ночь, станет самым, тяжёлым для обоих...