Глава 12 (1/2)

Стоило им, поочередно направляя парную трансгрессию, прыгнуть на задний двор дома Дамблдоров, как горестные мысли слетели с Альбуса словно шелуха. Что то было не так.

Как минимум - в окнах второго этажа не было стекол, их сверкающие осколки самоцветами блестели в траве, разодранные занавески висели лоскутами, по пыльным деревянным рамам разошлись трещины. Изнутри дома не доносилось ни звука, и тревожное предчувствие обратило сердце Альбуса в свинец. Опасаясь самого худшего, он ворвался в заднюю дверь и чуть не сбил с ног маячившего у лестницы с совершенно потерянным видом Аберфорта.

- Альбус? Где тебя носи…

Крепкие объятия старшего брата тисками сжали его ребра, выдавив из легких весь воздух.

- Что случилось? Где Ариана? - Альбус все еще не мог заставить себя выпустить из рук жилистое, бесконечно нескладное, пропахшее потом, но такое родное, такое живое тело брата.

- Наверху, - прохрипел тот, не предпринимая попыток высвободиться. - С Батильдой.

- Что?! Почему не с тобой? - от удивления Альбус все же ослабил хватку, чтобы заглянуть в будто оглушенное, сохранившее еще следы потрясения, бледное лицо Аберфорта. - Ты ранен?!

- Нет, - качнул головой тот, медленно подняв руку, и провел ею по затылку, поморщившись. - Меня почти не задело...

- Да что случилось, Берт? Скажи уже наконец, Мерлин тебя дери! - тряхнув брата, сорвался на крик Альбус. Неведение растягивало и без того тугие струны его нервов.

- Я был в спальне, когда она закричала, - начиная, кажется, приходить в себя, послушно сказал Аберфорт. - Забегаю к ней, а у нее кровь… Я думал, она что-то сделала, думал она умирает. И я… я так испугался, Ал! Не смог ее успокоить, - он пристыженно умолк, поджав выпятившуюся губу.

- А тетушка прибежала на шум? - стоило Геллерту появиться в поле зрения Аберфорта, как к лицу того тут же вернулись краски. Хоть брат и промолчал, оно живописно сообщило, куда конкретно Гриндевальд может пойти поиграть в детектива. Мисс Бэгшот, впрочем, как раз в этот момент спустилась по лестнице, и все трое синхронно повернули к ней головы.

- Как Ариана?! - хором потребовали Альбус и Аберфорт.

- В порядке, я с ней поговорила. Аберфорт, она зовет тебя, - устало махнула рукой Батильда, и брат, триумфально глянув на Альбуса, метнулся наверх, перепрыгивая через три ступеньки за раз. Мисс Бэгшот, тем временем без приглашения прошествовала в столовую и вынула из неприметного бокового ящика серванта початую бутылочку шерри, о существовании которой не знал даже Альбус. Плеснув в наколдованный бокал жидкость цвета темного янтаря, Батильда заправским жестом опорожнила его одним глотком*, наполнила снова и только затем уселась на стул, поманив к себе Альбуса. - Геллерт, а ты пойди погуляй, будь добр. Тут дела семейные.

Гриндевальд наверняка хотел возразить, ведь по сути его уже посвятили во все секреты семьи Дамблдоров, но Альбус был настолько встревожен, что совершенно забыл о своем друге, послушно присев напротив соседки, морально готовясь услышать что-то ужасное. Едва ее племянник закрыл за собой входную дверь, мисс Бэгшот вперилась в Альбуса убийственно строгим взглядом.

- Вы двое чем думали, когда решили скрыть от меня, что Ариана не сквиб?!

- Но мама…, - начал было Альбус.

- Ух, была б Кендра жива, уж я бы ей высказала! Прятать бедную девочку, оправдываясь слабой психикой, когда та в любой момент может вспылить и разнести все вокруг! Что за безответственность! - сама того не ведая, Батильда повторяла почти дословно пламенную речь своего племянника. Альбус еще никогда не видел ее настолько разозленной. - Ариану нужно срочно показать специалистам из Мунго. У меня как раз есть хороший знакомый…

- Вы никому ничего не скажете! - перебил ее Альбус, сам поразившись ультимативности своего тона. Светло-карие глаза ведьмы округлились, отражая смесь потрясения и возмущения, и Альбус смягчил конец фразы. - Пожалуйста, мисс Бэгшот. Наша мать отдала все, чтобы обеспечить Ариане спокойную жизнь. Буквально все.

Батильда, хмурясь, глядела на него с минуту, а затем на ее лице постепенно начало проступать понимание, и она ахнула, прижав обе ладони ко рту. Выскользнувший из ее рук пузатый бокал лишь чудом не разбился о стол.

- Ты же не хочешь сказать, что когда Кендра… что это Ариана…

- Это все равно несчастный случай, - Альбус твердо взглянул ей в глаза. Не хватало еще того, чтобы ведьма помчалась в отдел магического правопорядка. Батильда моргнула, затем еще и еще, и вскоре ее глаза наполнились слезами, смывшими последние остатки гнева.

- Так значит, вот как она погибла, - всхпипнув, она уронила несколько слезинок в свой бренди. - Я могла бы и догадаться... Кендра, бедная девочка, и ведь ничего мне не сказала, не попросила о помощи! Но как же вы теперь, Альбус? Что ты собираешься делать?

- До этого дня я планировал постепенно снизить дозу зелий и, наверное, осторожно начать обучать Ариану колдовству, - признался Альбус, сокрушенно покачав головой. - Понимаете, сестре ведь стало намного лучше. И с Геллертом она легко подружилась, так что я думал, что уже можно пробовать выводить Ариану в свет. Но теперь не уверен. Два приступа за такое короткое время это совсем не улучшение. Еще и Аберфорт так и не смог внятно объяснить мне, что произошло.

- Ах, это, - утерев слезы и опустошив второй бокал, Батильда задумчиво глянула на бутылку, но, видимо, решила, что на сегодня хватит. - Ничего особенного, просто Ариана взрослеет. Наверное, Кендра не успела поговорить с ней об этом, и, конечно, бедняжка испугалась. Но эта тема не для мужских ушей. Вам с Аберфортом лишь необходимо знать, что раз в месяц вашей сестре будет нездоровиться, и следует проявлять чуткость и не беспокоить ее попусту.

- О, - только и сказал Альбус, далекий от этой темы, как Аберфорт от значка старосты школы. Внутренний голос совершенно не к месту шепнул, что вот Гриндевальд наверняка в курсе всех этих женских штучек.

И причем тут Геллерт вообще?

Остаток дня Альбус потратил на то, чтобы привести дом в порядок, приготовить ужин и снимающее болезненные спазмы зелье по рецепту Батильды. Когда он отнес и то и другое в спальню сестры, Ариана, серые глаза которой на бледном лице казались еще больше, слабо улыбнулась и приложила палец к губам, чтобы не разбудил Аберфорта, уснувшего, сидя на коленях у ее кровати, и посапывающего лицом в одеяло. Распластанная книга сказок лежала тут же, на полу у его ног.

В итоге ужинал он в одиночестве - Гриндевальд то ли обиделся, то ли нашел на вечер занятие поинтересней - так что Альбус получил возможность сполна измотать себя душевными терзаниями, подобно эквилибристу накреняясь то в необъятную пропасть вины, то - в бездну спутанных, безрадостных размышлений о Геллерте и его чувствах. Еще вчера он был безвозвратно очарован волшебством, творящимся между ними, но теперь, единожды допустив мысль об обратном, уже не мог так просто от нее отделаться. Так и не ощутив вкуса приготовленной еды, Альбус ушел к себе в комнату, по пути еще раз заглянув к сестре. Та спала, убаюканная зельем, сжав пальцами грубую ладонь брата.

А вот к Альбусу сон не шел. Отрешенно просидев за подаренной ему Батильдой «Новой теорией транссубстанциональной трансфигурации» весь вечер и так и не осилив даже нескольких страниц, он чуть было не написал Геллерту письмо, подробно описывающее все его внутренние переживания, но, к счастью, передумал, взамен, от греха подальше, улегшись в постель.

Наступила уже полночь, когда, зло сдернув с себя одеяло, он все-таки вскочил с кровати, наспех натягивая штаны и рубашку. Так больше не могло продолжаться. Он должен увидеть Геллерта прямо сейчас, взглянуть в насмешливые голубые глаза и найти в их небесной глубине ответ на один простой вопрос. Ведь не могло же все это ему привидеться, ведь правда? Наплевав на все приличия - разве так неоднократно не поступал сам Гриндевальд? - Альбус трансгрессировал прямиком к нему в спальню, уверенный, что тот еще не спит.

- Геллерт, нам нужно поговорить!

- Игнорируем двери, Альбус? Кажется, я плохо на тебя влияю, - усмехнулся тот с такой беспечностью, словно в этот момент не ласкал себя в ленивом, рваном темпе, развалившись на кровати** и параллельно листая биографию Лукреции Безжалостной. Голубые глаза заинтересованно пробежались по застывшему Альбусу с головы до пят, задержавшись на незаправленной рубашке и босых ногах. При этом свое увлекательное занятие Гриндевальд не оставил. - Так и о чем ты хотел поговорить?

- Я…, - побагровев, Альбус с трудом отвел взгляд в сторону. Вид Геллерта, беззастенчиво удовлетворяющего себя у него на глазах, вытеснил из головы все прочие мысли. В обратной ситуации, застань он Альбуса за подобным занятием, тот испарился бы от смущения на месте, так что сейчас, по-видимому, испытывал стыд за них обоих. Захотелось метнуть в бесстыдника чем-нибудь тяжелым. - Эм...

- По весьма настойчивой просьбе Батильды я решил сегодня не навязывать тебе свое общество, - видимо, пожалев его упавшие до минимума когнитивные способности, Геллерт соизволил прекратить отвлекающую гостя деятельность и сел на кровати, не потрудившись, впрочем, ничем прикрыться. - Так что если ты обиделся…

- Я не!..

- ...или соскучился? - понимающе улыбнулся юноша, склонив голову. - Иначе зачем примчался ко мне прямиком из постели?

Осознав, как унизительно выглядит в его глазах, Альбус перевел на Гриндевальда строгий, слегка плавящийся от жара покрасневших скул взгляд.

- Геллерт, что все это для тебя значит? - спросил он, слыша собственный голос словно откуда-то издалека.

- О чем ты?

- О нас с тобой, - нетерпеливо пояснил Альбус, с проступающей сквозь смущение злостью наблюдая в хитрых голубых глазах отчетливое понимание происходящего.

Хватит играться, Геллерт!

Резко сорвавшись с места, он сделал несколько шагов к двери, а затем обратно, хоть подобные метания во время разговора никогда не были ему свойственны и даже раздражали, и снова замер, спрятав лицо в ладони.

- Что я для тебя значу?!

Ответ дался Геллерту куда легче, чем Альбусу - вопрос.

- Ты мне нравишься, - просто сказал он, прожигая его пытливым взглядом. - Я не знаю никого, такого же как ты. Ты уникальный, в тебе есть черты и таланты, которых мне не хватает. Я уверен, что мы встретились не случайно, и что наши судьбы связаны. Ты это хотел услышать?***

ДА!

Отрывисто выдохнув, Альбус шагнул к юноше, едва не упав к нему на колени, и с облегчением приник к его губам. Все сомнения и тревоги, все подозрения теперь казались смехотворными. Ведь как глупо пытаться понять сердце другого человека, да и собственное, руководствуясь исключительно логикой и рассудком. Рациональности нет места в любви, только вере. А Альбус всей душой верил, что Геллерт - его вир унда еще до того, как об этом пропели русалки. Он не смог бы объяснить, почему, не вспомнил бы, когда обрел эту уверенность, но чувствовал - так же ясно, как тепло и обманчивую податливость алых губ сейчас - что Геллерт прав. Они связаны. Навсегда.

- Люблю тебя, - выдохнул он сладко, не сразу осознав, что озвучивает свои мысли. Ну и пусть! Какой смысл скрывать? Геллерт все равно видит его насквозь.

И действительно - алые губы под его губами медленно изогнулись в торжествующем полумесяце. Вспыхнув с новой силой, Альбус поспешно прижался к ним снова, не позволив испортить момент ни единым, наверняка ехидным комментарием.

Да! Я люблю тебя, чертов Гриндевальд! Доволен? А ты это хотел услышать?

Под отголоски его приглушенного, самодовольного смеха, Альбус забрался к нему на колени и, погрузив пальцы глубоко в жесткие светлые локоны, крепко, но нежно прижал к себе, осыпая трепетными поцелуями, неотразимое в нахальном ликовании лицо - смеющиеся губы, подбородок, скулы, веки, снова губы. Весело щурясь, Геллерт сносил этот приступ безудержной нежности, поглаживая Альбуса теплыми ладонями по спине не ниже поясницы и не перенимая как обычно инициативу, несмотря на то, что его возбуждение становилось все заметнее. И вскоре даже упоенный светлыми чувствами Альбус не смог оставить его без внимания.

Ощущая острую необходимость как-то продемонстрировать, доказать реальность этих, наконец, всецело признанных чувств в первую очередь самому себе, Альбус под гулкий стук своего изнемогающего от любви сердца разорвал поцелуй и опустился перед Гриндевальдом на колени. Моментально смекнув, что он собирается делать, и ничем не выказав удивления, Геллерт слегка отклонился назад, опершись на руку, второй неспешно отведя рыжие пряди Альбусу за ухо. Алые губы дрогнули, сдерживая усмешку.

Ты ждал этого, да?