9 (2/2)
Апория набрал номер на телефоне.
— Спенс, мне нужна информация обо всех, кто проходил PCL-R тест. Частная практика, заключённые под стражу, военные и полицейские академии, медицинские учреждения. Все, что сумеешь отыскать.
— Ну у вас и запросы, господин прокурор. Тест на определение психопатии? Пфф! Тайсун, ты никогда не слышал о конфиденциальности информации? Врачебная тайна и все такое… Если есть кто-то конкретный на примете, тащи ордер.
— Нет никого. Просто хочу проверить… в голову пришло… — мужчина закрыл ладонью глаза.
— Без ордера с нами даже говорить не станут. Все хранят свои секреты. Особенно грязные.
— Найди, что сможешь. По мертвым уже сняты запреты. Покопаемся в генетике… Может, это и ничего, но… Слишком уж все гладко. Так не бывает, — он сбросил вызов.
— Так не бывает. Не может быть, чтоб совсем ничего. Он же не призрак, он живой человек. Но даже с финансовой стороны все до безобразия чисто. Мы что-то пропустили… и это что-то точно лежит у меня перед носом. Блядство…
***</p>
— Тайсун, я выслал тебе все, что сумел найти за это время по твоему запросу. Имей в виду, это то, что удалось добыть плюс-минус легальным путем, — Спенс стучал пальцами по голографической клавиатуре, отсылая последние файлы. — Не знаю, что ты хочешь найти, но это как искать иголку в стоге сена.
— Согласно теории вероятности, мои шансы найти зацепку равны 33,3%.
— Ты со мной еще про вероятности поговори, — фыркнул Спенс и отключился.
Тайсун улыбнулся, раскрывая высланные документы и выводя сотни досье в голо-формате.
— Компьютер, убери всех, кто не перешел показатель в пятьдесят процентов. Выборка по датам смерти, — файлы пришли вокруг альфы в движение, группируясь. — Выборка по гендерному признаку среди живых. Раздели по тем, кто взят под стражу и на свободе по последней дате обновления в досье. Кто в Идзине и за его пределами.
Прокурор внимательно посмотрел на семь групп фотографий с данными о PCL-R тесте. Следует хотя бы проверить…
***</p>
— Привет, волчонок! — Тайсун показался на пороге дома Бореалис в пятницу вечером. Дихар бегал по двору с собакой и весело смеялся.
— Отец! — малыш, услышав знакомый голос, сразу кинулся к альфе.
Из большого дома вышли родители покойного супруга. Привычно неприветливые, постные лица и прохладный взгляд встретили прокурора. Демонстративно сверившись с часами, старший Бореалис поджал губы, выражая этим жестом все свое отношение к зятю. Тайсун уже привык, поэтому даже не прореагировал на подобное проявление неприязни.
— Отец, что у тебя с лицом? — Дихар коснулся маленькими пальчиками широкой полосы пластыря на носу. Тайсун игриво цапнул детскую ручку зубами, улыбнувшись.
— Ударился, — и еще раз цапнул пальчики зубами, наблюдая за тем, как Дихар заливается смехом.
Омега Бореалис хмыкнул.
— Хороший же ты пример подаёшь сыну.
— Мы пойдем. Всего доброго, — Апория удобнее перехватил ребенка и развернулся.
— Слушание через двенадцать дней, — громко прилетело в спину. Тайсуну показалось что это были не слова — копья, настолько болезненным оказалось сказанное.
— Мы заберем Дихара, слышишь, ты, ты… — голос омеги дрожал от сдерживаемой злости.
Дихар испуганно посмотрел на альфу: твердый подбородок был напряжен, губы плотно сжаты в линию. Мальчик прижался сильнее к мужчине, пряча личико в вороте пальто, утыкаясь носом в шею, вдыхая знакомый запах. Альфа крепче сдавил сына в объятиях, словно давая ему понять, что бояться нечего.
Объектив камеры крупным планом фокусировался на лице прокурора Апории. «Щелк», «щелк», «щелк». Специфический звук фотосьемки растворился в тихом рокоте двигателя автомобиля прокурора.
***</p>
— Бореалис, говоришь…
— Да. Родители покойного омеги Дайки, Бореалис, всеми доступными способами хотят забрать ребенка у прокурора. Как вы знаете, проведено было пять слушаний, но пока без желаемого результата для одной из сторон.
— Интересно.