Глава 17. День второй (2/2)
***
Алиса вернулась в общежитие к трём часам дня. Скинув обувь у порога, она, не переодеваясь, легла на кровать. Тело и мысли сковывала отупляющая усталость, хотелось забыться хотя бы на несколько часов, но сон почему-то не шёл.
«Интересно, что делают в таких ситуациях? — равнодушно думала она. — Звонят друзьям, чтобы выговориться и выплакаться?» У неё не было настолько близких друзей. Были те, с кем можно хорошо и весело провести время, но ни одного, кто смог бы понять, когда ей плохо. Как же так получилось? Большую часть жизни Алиса занималась тем, что создавала и поддерживала вокруг себя связи с другими людьми. Это дарило ощущение уверенности и нужности, иллюзию, что не одинока. Её мало заботило качество этих связей, главное — количество. Главное — быть в центре, только для того, чтобы всегда чувствовать: люди смотрят на тебя и видят тебя, говорят с тобой и слышат тебя, что ты не пустое место, а существуешь для них. Мало кто из тех, кто был знаком с ней, мог представить, какая бездна страха и неуверенности в ней кроется. И если бы все они только узнали, какой жалкой она является на самом деле, сразу бы отвернулись от неё. Поэтому души своей она не открывала никому.
День незаметно близился к концу. Квадраты света на полу от лучей заходящего солнца укорачивались с каждой минутой, пока вовсе не исчезли. Сумерки, опустившиеся на город, просочились и в комнату Алисы, но прогонять их искусственным освещением она не спешила. Она включила глупые комедии, надеясь, что они помогут забыться и уйти от своих мыслей. На второй час происходящее на экране начало нещадно раздражать, а от идиотского закадрового смеха уже тошнило. Алиса захлопнула крышку ноутбука, не заботясь о том, чтобы выключить его правильно, и села на кровати.
В комнате стало тихо. Алиса буквально физически ощутила навалившуюся на неё тишину, и тут ей стало страшно. Комната показалась ловушкой, в которой она добровольно себя заперла. Алиса никогда не испытывала проблем с дыханием, сейчас же ей казалось, будто что-то сильно сдавило грудь так, что ещё минута — и она задохнётся. Нужно сбежать отсюда как можно скорее, куда угодно, только бы не быть одной. Алиса вскочила на ноги и, схватив сумку, быстро обулась и покинула комнату.
Улица встретила её вечерней прохладой, здесь тиски, сковавшие ранее её грудь, ослабли. Дышать стало легче, и страх временно отступил, стоило ей оказаться среди людей.
Алиса шла вперёд, пересекая улицу за улицей, не давая себе труда даже определить, куда направляется. Всё, что она сейчас чувствовала, — это потребность просто идти, пока наконец не окажется там, где должна.
***
«Интересно, смерть от воды, она какая?» — Алиса стояла на середине моста через реку и, облокотившись о перила, смотрела вниз. Вода притягивала взгляд. Сейчас, когда совсем уже стемнело, она пугала своей чернотой и мнимым спокойствием. Как затаившийся хищник, который ждёт, что добыча сама угодит ему в лапы.
«Это так больно, что в те последние минуты, должно быть, нет места возвышенным мыслям об утерянной любви, правда? Пусть это мерзко, но мне хотелось бы знать, о чём ты тогда думала… И что заставило тебя выбрать море».
Вода не давала ответа, она будто бы звала своим молчанием: «Приди ко мне и узнаешь. Только я могу всё прекратить, потому что ничего нет сильнее меня в этом мире. Я всегда забираю себе то, что хочу».
Алиса сжала ладонями уши, словно надеялась, что это поможет заглушить собственные мысли. «Господи, что за бред лезет в голову. Нужно уходить отсюда». Она не сдвинулась с места. Казалось, для того, чтобы сделать хоть шаг, нужно приложить титанические усилия. Да и что изменится от того, что она куда-то уйдёт? Ровным счетом ничего. Ей некуда уже спешить, поэтому… можно постоять ещё немного.
Как она оказалась здесь? Как допустила, чтобы в один из худших эпизодов жизни она осталась наедине лишь только с самой собой. Неужели все шаги, которые она когда-либо делала, вели лишь к тому, чтобы остановиться на мосту в этот вечер и смотреть на воду, думая, что один прыжок мог бы прекратить всё. Не таким она когда-то представляла своё будущее, в нём не было места полной растерянности и абсолютному незнанию, что делать дальше и куда идти.
— Иди домой.
Голос был реальным, чужим и пришедшим извне. Не галлюцинацией и не собственными мыслями. Алиса резко обернулась: незнакомец, произнёсший эти слова, уже прошёл мимо, и теперь она смотрела лишь на его удаляющийся силуэт. Просто прохожий, зачем-то бросивший эту фразу, но на какой-то миг что-то внутри неё горячо отозвалось на его слова. Конечно же, всё, что ей сейчас нужно, — это оказаться дома! Почему она не подумала об этом раньше? Почему…
Осознание накрыло её слишком быстро. Алиса рассмеялась и тихонько сползла по перилам вниз.
— Но у меня нет дома, нет…