Дополнение: о парадоксе тёмного властелина. (1/2)

«Короче говоря, с образом Злого Агрессора Ужасной Силищи, непрерывно наезжающего на Сугубо Мирный Бронепоезд, попыхивающий себе на запасных путях, тоже что-то не клеится. Тьма больше похожа на остервеневшего котенка, который раз за разом выпрыгивает из своего угла, воюя со шваброй, и каждый раз со все более разгромным счетом отшвыривается обратно. При этом швабра ничем, кроме превосходящей силы, похвастаться не может».

— Александр Аркадьевич Немировский, «Свет, Тьма, Весы» [1]</p>

— Эй, Внешние Боги, ваш засранный геральд жалкий неудачник! Если вы не придете и не надаете ему по его несчастной заднице, я собираюсь всем рассказать, какие вы все лохи!

— чёткий пацан Тодзи Судзухара в натуре отвечает вселенскому ужасу, «Дети Древнего Бога».

</p>

В пропаганде существует такая проблема, как парадокс образа врага [2], заключается он в том, что нарисованный пропагандой враг должен выглядеть достаточно угрожающим, чтобы с ним требовалось бороться и при этом одновременно достаточно слабым, чтобы с ним возможно было бы бороться. В эпических историях присутствует аналогичная проблема, только вместо образа врага тут глобальный антагонист (наиболее наглядный типаж — тёмный властелин, некое могущественное глобальное персонифицированное зло), а вместо необходимости аудитории верить в пропаганду — необходимость с внешнесюжетной позиции разыграть перед зрителями/читателями конфликт в котором Великий Враг одновременно будет грозным и при этом достаточно уязвимым, чтобы с ним можно было бы успешно бороться силами героев. При неумении достоверно выдержать баланс возникает парадоксальная ситуация — враг одновременно велик и жалок, хитёр и глуп, могущественен и слаб. Наиболее яркий пример — это штурмовики из «Звёздных войн», которые одновременно и являются элитными бойцами Галактической Империи, и одновременно не могут с трёх метров попасть в жопу синему киту и терпят поражение от эвоков. Вообще вся франшиза ЗВ страдает от парадокса тёмного властелина (далее — ПТВ) — и именно поэтому в том числе она загнулась на киноэкране: с одной стороны у сил зла всегда есть бесконечные ресурсы на создание ебацких планеторазрушителей и миллиарды бойцов, с другой — маленькое сопротивление всегда их разносит из-за косорукости штурмовиков, тупости командования и фатальных слабостей в конструкции звёзд смерти. Другой пример — вселенная «Warcraft»: Древние Боги и Пылающий Легион целые десятки тысячелетий нависали зловещей угрозой, сокрушая целые цивилизации, пока их за несколько лет не нагнули управляемые игроками абстрактные герои Азерота. В «Doom» армия демонов любит рвать на британский флаг силы человечества, вплоть до того, что она победила все армии Земли и потом была разбита одним морпехом, в последних частях это попытались обосновать уникальностью Палача Рока. При желании примеры можно вспоминать долго. Отмечу, ПТВ касается не только тёмных властелинов, но и любого глобального грозного антагониста и служит первопричиной многих идиотский сюжетов, и мы попробуем его разрешить:

• Толкиновский способ — ещё старик Толкин столкнулся с парадоксом тёмного властелина, потому верно будет назвать его старым дедовским методом. Заключается он в следующей схеме, где у героев и у злодеев есть свои слабые и сильные стороны в плане эффективности в решении конфликта в свою пользу, которые позволяют им балансировать:

• Противоборствующие стороны делятся на абсолютное добро и абсолютное зло — отдельные персонажи могут быть неоднозначными, что позволяет некоторым заикаться про «моральную серость», но неоднозначность эта заключается лишь в том, что такие персонажи либо недостаточно добродетельны, чтобы встать однозначно на сторону добра и недостаточно порочны, чтобы однозначно встать на сторону зла, либо они недостаточно осведомлены о том, что из себя представляют стороны, либо есть иные тому подобные причины, препятствующие твёрдому выбору (если такой персонаж не погибает, то он становится на одну из сторон окончательно и меняется в моральном плане сообразно выбору [3]). При этом если персонаж доброго лагеря начинает действовать методами зла, то он в итоге ослабляет свою же сторону и наоборот!

• Как ясно из выше сказанного, добро и зло очень различны в методах действия. В первую очередь — у зла цель всегда оправдывает средство, для достижения своих целей зло пойдёт на любые жертвы. Если у зла есть цель, то зло без задних мыслей двинется по трупам, не думая о том, какие негативные стороны для себя же самого это будет иметь — понятное дело, что никакого взаимодоверия в подобной группе быть не может и потому злодеи склонны по заветам Макиавелли в интерпретации злодеев де Сада мочить подельников, покуда не сдали, бить друг друга в спину из соображений нанесения удара на опережение, если один злодей окажется в ситуации, когда его злодейскому напарнику окажется выгодно нанести по нему удар, даже если тот злодей и не собирался этого делать. В противоположность ему силы добра ограничены в средствах этическими нормами, которые для них ценны сами по себе и стоят выше практической выгоды по принципу «пусть хоть меня убьют и страну мою спалят, но я не изменю своим принципам!» — зато у них полное взаимодоверие и полная целеустремлённость.

• У зла и добра свои методы организации, как следует из указанного выше. У зла оно держится на страхе и на силе, у добра — на следовании принципов взаимодоверия и взаимоуважения. Зло всегда стремится к тоталитаризму и порабощению, которые сильны насаждением дисциплины бесчеловечными методами. У добра — уважение свободы, в том числе невозможность до определённого уровня эффективно контролировать свои силы.

• Зло абсолютно и потому саморазрушительно — оно склонно к гордыне, которая не позволяет объективно смотреть на вещи, оно стремится к жестокости, которая ополчает против него тех, кто ранее не стал бы против него сражаться. Добро в свою очередь сковано рамками морали — добродетельный герой щадит молящего о пощаде злодея, который потом вонзает ему нож в спину и т.д., добро доверчиво к злодею, маскирующемуся под добродетельного человека и т.д. «Я даже орка не стану обманом выводить на чистую воду»© Фарамир.

• Добру идут служить за честь и за совесть, потому что люди уверены, что поступают правильно, одновременно, к слову, отстаивая свои интересы, в том числе и потому что зло сделало гадость лично им. Злу идут служить ради личного обогащения, из отчаяния, потому, что больше не к кому обратиться, но никто не пойдёт к нему за честь и за совесть, кроме совсем уж идиотов.

• Наконец, зло не может понять добра и добро не может понять зла — потому герои и злодеи плохо способны предугадывать мотивы и действия друг друга, герой будет думать, что злодей не поступит как злодей, а злодей будет думать, что герой не поступит как герой, по крайней мере, до тех пор, покуда они как следует друг друга не узнают.

Всевозможные правила «Тёмного властелина» [4]. Такова схема Толкина в идеале, не будем рассматривать то, как Профессор реализовывал её на практике, там у него будут нарекания вне поля схемы, вроде извечной проблемы орлов, — смысл схемы в том, что в силу морального облика на каждую сильную сторону зла одновременно приходится и слабость — и наоборот. Проблема у этой схемы, как вы наверное догадались, в том, что для её работы необходимы абсолютное зло и абсолютное добро. Но в жизни в глобальном плане не бывает ни того, ни другого — на роль абсолютного зла в реальности могут претендовать жестокие бандитские группировки и культы насилия (вроде тех, которые проповедуют расстрелы в школах типа «Колумбайна»), но они по причине своей людоедской сути много людей не соберут и быть глобальной угрозой не могут. В средневековых сеттингах как вариант на подобную роль подойдут дикие кочевые племена, в частности Монгольская империя Чингисхана, сформированные в тяжёлых условиях из племён, ранее боровшихся друг против друга на истребление во имя выживания, они поддерживают свою дисциплину крайней жестокостью и творят лютые зверства с врагами ради запугивания и по привычке [5]. Если же говорить о современной истории, то наиболее известное приближённое к империи зла сообщество в обозримой истории — Третий Рейх — зло как самоцель не восхваляло и не бравировало злыми делами прямолинейно в духе Макиавелли о том, что надо мочить подельников пока не сдали, вместо этого тамошняя идеология проповедовала бредовые представления о мире, которые могли бы оправдать их действия в моральной парадигме, которая могла была быть разделена широким кругом населения: если евреи и низшие расы действительно способны творить только насилие — то их истребление это следствие оправданной самообороны и т.д. То же самое делают христиане и мусульмане, когда, например, проповедуют, что существуют колдуны, которые могут насылать порчу — потому что плохого в том, чтобы сжечь или побить камнями вон ту тётку со странной родинкой, которая наверняка обозначает клеймо дьявола, или вон тут бабку, которая за деньги делает привороты? Если существует всемогущий гомофоб-психопат, который за добровольный секс между лицами одного пола мучает на том свете, то что тогда плохого в том, чтобы выступать против ЛГБТ, так как они реально приносят людям зло на том свете? Нет ничего плохого в том, чтобы карать всех, кто выступает против нашего режима, потому что только наш режим защищает наш народ от вездесущих агрессоров, которые спят и видят, как пытаются нас уничтожить. Короче, в реальной жизни строители «империй зла» вроде Рейха с Северной Кореей или ИГИЛ с теократическим Ираном оправдывают свою жесткость необходимостью обеспечения наибольшего комфорта и счастья, мешая правду и бред, в который они сами верят — так что их (идеологическое) зло не в том, что они восхваляют насилие как самоцель или отрицают добродетель, а в том, что они позволяют себе верить в бред, который оправдывает их насилие. Склонные к самоценному насилию и к самоценной жестокости сообщества были бы нежизнеспособны в реальности — они просто не прошли бы естественный отбор, предлагающий более сложные механизмы для оправдания жестокости — например, психологическое расчеловечивание истребляемых с помощью самовнушения образа врага и т.д. Нет, конечно, если у нас фэнтези, то тут могут существовать полностью злые существа — демоны-шмемоны, нежить и т.д, имеющие магическое, а не эволюционное происхождение — другое дело, нам надо ещё как-то иначе решать парадокс тёмного властелина.

Есть ещё несколько способов это сделать, которые все при плохом отыгрывании могут быть закрыты обоснуем, который, напомню, плох тем, что вызывает вопрос сам по себе. Например, почему штурмовки не могут попасть в центральных героев ЗВ? Потому что они нужны для реализации целей Силы, которая их защищает и ведёт! Вопрос, а что у Силы за планы, почему она не может осуществлять их каким-то иным образом, кроме как манипулировать героями? Почему у такой крутой Силы вообще есть мотив что-то делать?