Часть 1 (2/2)

— Вряд ли тебе вообще известно, что такое друзья, — Виктор нервно выдохнул, швыряя Джокера прочь, подальше от инструментов и Альфреда. Джей облизнулся, мешая во рту вкус крови, пыли и дешевой красной помады, которой на губах не имел ещё с попадания в Аркхэм, но слишком хорошо помнил ее вкус. Он не мог успокоиться, впервые прибывая к архиврагу так близко, находясь в его пещере, погруженный в саму суть его существования как летучего зверя. Как же здесь устоять?

Темный рыцарь, скрывшись за дверьми кабинета, наконец смог позволить себе расслабиться, избавившись от тяжелой брони и маски. Тело жутко ныло, почти везде его покрывали синяки, но сильнее всего болели колени, каждый раз намереваясь подвести брюнета, лишив равновесия. Как бы Брюс не хотел, как бы ни старался, он был всего лишь человек. И как однажды он сам сказал, единственная его суперспособность — это деньги. А деньги во времена апокалипсиса были, увы, простым мусором. Он осторожно приподнял эластичную часть костюма, ощупывая ребра, которые кажется повредил, уклоняясь в сегодняшней схватке от летучих демонов. Обезболивающее было сейчас на вес золота, потому заменой ему служил алкоголь, мерно выжидающий на столе своего часа. Бэтмен припал к бутылке, жмурясь, в надежде на кратковременное забытьё.

— Привет, Брюс, — на распев проговорил клоун, проникая в кабинет героя и закрывая за собой дверь, — Тяжёлые деньки, м?

— Чего тебе? — брюнет покосился на маску, но понял, что смысл в ней давно уже утерян, ровно как и в символике, которую она должна была нести, защищая личность хозяина и пугая преступников. От прошлого мира, от старого Готэма, осталось лишь кладбище некогда важных структур. Урбанистика города канула в лепту в след за ними, и Брюс начинал забывать, за что он теперь вообще сражается.

— Подумал, ты захочешь поболтать, распростись о моих делах, мы ведь не виделись почти год, Бэт-бой, — клоун шагнул глубже в комнату, устраиваясь на широком подлокотнике кожаного дивана.

— Не называй меня так, — Герой шагнул ближе угрожающе выставляя указательный палец перед лицом Джея.

— А то что, убьешь меня, Брюс? — Джокер разразился смехом, обхватывая палец Бэтмена рукой в кожаной перчатке, — Мира больше нет, все грани стёрлись, остались лишь мы, а ты все ещё носишь эту дешёвую маску морали и чести? И я говорю не только о твоём ушастом шлеме.

— Такой как ты, не способен понять нечто подобное, — Уэйн дернул руку, высвобождая ее из цепких пальцев клоуна, он наклонился ниже, презренно всматриваясь в зелёные глаза, — Мне тебя жаль, Джокер. Похоже одного года в Аркхэме мало, чтобы тебе помочь.

Зеленоволосый раскрыл рот, чтобы засмеяться, но смех застрял где-то в глотке, даруя лишь безмолвное хватание воздуха ртом. Голые брови нахмурились, и Джокер все же издал одинокий хриплый смешок.

— Мы же теперь команда, тебе стоит быть повежливее со мной, — клоун поднялся с дивана, отталкивая Бэтмена в грудь, — Ты ведь не забыл, как легко я избавил тебя от приемного сына? Твой дворецкий тоже кажется мне беззащитным лакомым кусочком.

Брюс вмиг озверел, схватив со стола полупустую бутылку из-под бурбона, он ударил ее об стол, создавая острое оружие, именуемое «розочкой». Герой толкнул клоуна на диван, а затем вжал в кожаное покрытие, приставляя самодельное «оружие» к тонкой бледной шее, — Если ты тронешь его хоть пальцем, клянусь, я не убью тебя, но покалечу так сильно, что гадить ты сможешь лишь под себя, — брюнет надавил на стекло сильнее, заставляя пару жемчужин крови стечь вниз по коже, пачкая когда-то белую одежду Джокера.

— Ох, ты же знаешь как я люблю тебя злым, Бэтс, вся моя плоть каменеет от твоих угроз, — Джей облизнулся выдыхая в губы врага, а когда тот опешив отступил, разразился смехом, поднимаясь, — Позволишь мне принять душ, мышка? Я бродяжничал почти неделю, боюсь ещё чуть-чуть и во мне заведутся жуки.

— Я уже пожалел, что взял тебя с собой, — Бэтмен осел на стул, растирая лицо ладонью, словно пытаясь проснуться от жуткого сна, в котором его снова и снова преследуют кошмары, сотворённые клоуном-психопатом в прошлом, —Прямо и направо, вторая дверь, одежду тебе даст Альфред. И Джокер, ты должен помогать нам, иначе отправишься на «поиски Квинн».

Клоун кивнул, не оценив тупикового юмора, коим он и не являлся, и развернувшись покинул Брюса, направляясь под горячие струи воды, мечтая наконец смыть с себя грязь и пыль нового Готэма, вернув коже привычный бледный вид и приемлемый запах.

Ночь выдалась долгой и беспокойной, Альфред без отдыха работал над усилением кевларовой брони, надеясь закончить к утру. Виктор занимался машиной, о чем-то разговаривал с ней, устанавливая апгрейды и подготавливая к следующему бою. Флеш не отставал от Джокера, с тех пор как тот вернулся из душа. Альфред выделил психу чёрный облегающий костюм из неопрена, один из тех что Бэтмен надевал под броню, позволяющий свободно двигаться, при этом тонкая ткань защищала кожу от небольших повреждений. Джей был в восторге, рассматривая себя в зеркале. Оружие и острые предметы в пределах пещеры ему не разрешили, потому волосы Джокера по прежнему оставались длинными, и клоун решил собрать их в небрежный зелёный пучок мокрых волос. Грим, если можно было назвать так круги из угля вокруг глаз и собственную кровь вместо помады, после душа стерся, оставляя на выбеленной токсином коже только шрамы и вечные рисунки. Губы без помады были совсем бледными и их контур можно было рассмотреть лишь вблизи. Пока Джей зачарованно рассматривал себя нового, к нему подлетел Барри, что-то быстро тараторя и жуя сэндвич, любезно приготовленный Альфредом.

— Ты и правда сумасшедший? Ну то есть, я имею ввиду ты это осознаешь? Когда ты убивал людей, что ты чувствовал? Наверное что-то вроде удовлетворения, или может радости?

Зеленоволосый закатил глаза, поднимая руки в защитном жесте. Болтовня мальчишки безумно раздражала его, а необходимого острого предмета, чтобы вырезать тому язык, он под рукой увы не имел.

— Пожалуй Бэтмену стоит получше дрессировать своих дворняг, кажется одна из них совсем отбилась от рук, — клоун резко развернулся к парню, многозначительно заглядывая в его глаза, — Убивая тебя, я бы чувствовал скорее облегчение, возможно с толикой безмятежного счастья.

Барри по-наивному улыбнулся, медленно кивая головой, — Ого! Ты и правда такой, как рассказывают, абсолютный псих. Или это сценический образ? Ну знаешь, как например у Бэтмена. Грозный молчун, а ты типа его полная противоположность. Наверное поэтому вы так друг-друга ненавидите.

Клоун ошарашено оскалился, сверкая металлом на зубах. Умозаключения мальчишки, считающего, что он все понимает, казались ему до ужаса раздражающими. Что он мог знать? Джей провел рядом с Бэтменом столько лет, знал его так же хорошо, как себя. Да, между ними была ненависть, но граничащая с тесной связью, привязанностью, любовью, безумием. Они делили все эти чувства на двоих, и лишь им было дано понять это. Короткие разговоры в бою, вязкое молчание по дороге в Аркхэм, липкая скверна, окутывающая Летучего Мыша, каждый раз когда кулак слишком сильно врезался в шутовскую плоть, или бэтаранг слишком глубоко рассекал белую токсичную кожу. Все это было лишь между ними. Джокер не заметил, как погрузился в свои мысли, перестав слышать происходящее вокруг.

— Барри, хватит, не хватало ещё разнимать вас, — Брюс наконец вернулся в общий зал, перед этим позволив себе короткий сон в кабинете.

— Да ему меня не поймать, не переживайте мистер Уэйн, — мальчишка весело улыбнулся и метнулся к миллиардеру.

— Не недооценивай его, и я просил не называть меня так, — герой принёс несколько свернутых чертежей и карт, разложив их на поверхности ромбовидного стола, — По недавним показателям, портал, через который твари сюда попадают, находится в районе Старого Готэма, в Чайнатаун. Мы должны закрыть его, иначе количество демонов будет лишь увеличиваться. Долго нам не продержаться, боеприпасов все меньше.

— Что насчёт оружейного склада? — Джокер наконец вернулся в реальность, бесшумно подкрадываясь к столу.

— Он давно пуст, как только началась война, все истратили, — брюнет недоверчиво покосился на маньяка, напряжённый его присутствием.

— Нет-нет, заброшенный склад. Там мой тайник, и думаю его содержимое значительно облегчит нам задачу, — шут провел тонким пальцем по карте, останавливая его на чёрной точке рядом с доками Диксона, — Пока твои щенки ищут дыру, мы можем отправиться туда.

— Как ты нас назвал, сраный фрик?! — Виктор сжал роботизированные кулаки, надвигаясь на психа.

— Успокойся, Виктор. Он прав, нам нужны припасы, — Брюс нахмурился, заглядывая в глаза киборга, — Нам придётся разделиться, вы отправитесь в Чайнатаун, мы возьмём необходимое и догоним вас там. Подготовьте передатчики, нужно быть на связи.

— Я не стану терпеть его выходки, Бэтмен, клянусь как только он перейдёт черту, я разможжу его голову руками, — темнокожий скрипнул механизмом и развернулся, возвращаясь к машине.

Дворецкий коротко вздохнул, издалека слушая обсуждение. Его работа над броней была почти завершена, и теперь удары, приходящиеся по ней, имели наименьшую силу сопротивления, поглощая их, увеличивая отдачу ударов самого Бэтмена.

— Выступаем с рассветом. Убедитесь, что все необходимое готово, — Брюс одарил команду, полным надежды, взглядом, а затем развернулся к Джокеру, — Веди себя хорошо, клоун, иначе останешься один подыхать там, наверху.

Зеленоволосый скривился в улыбке, бегло пообещав быть «хорошим мальчиком», на перед осознавая, что манипулировать измотанным героем, ему будет куда проще, надавив в нужных, уязвимых, местах.