Амбридж и профессор Хагрид (2/2)

— Да-да, — бодро подтвердил Хагрид. — Рад, что вы нашли нас. Вы это… не знаю… вы их видите? Сегодня у нас фестралы.

— Простите? — громко сказала Амбридж, приставив к уху ладонь. — Что вы сказали?

Хагрид немного смутился.

— Ну… фестралы! — гаркнул он. — Ну, знаете… такие большие лошадки с крыльями!

Для наглядности он помахал своими ручищами. Амбридж подняла брови и стала писать в блокноте, сопровождая это бормотанием:

— «Вынужден… прибегать… к примитивному… языку… жестов».

— Ну, так… это… — Хагрид, несколько волнуясь, снова обратился к ученикам: — Хм… о чём я говорил?

— «По-видимому… легко… теряет… нить… изложения», — бубнила Амбридж, но достаточно громко, чтобы слышали все.

Малфой расплылся в широкой улыбке, а Гарри и Гермиона побагровели от гнева.

— Ага, ну да, — Хагрид бросил виноватый взгляд в сторону блокнота, но мужественно продолжал: — Я хотел вам рассказать, что за то время, что мы не видели фестралов, у них появилось пополнение…

— Вам известно, — громко перебила его Амбридж, — что Министерство магии отнесло фестралов к разряду «опасных»?

«Вот же блин! Северус не такое зелье предлагает варить, а Хагрид не тех животных показывает. Вообще-то фестралы совсем не опасные. Это она ещё соплохвостов не видела! Вот те опасные! Даже пожрали друг друга…»

Хагрид засмеялся:

— Фестралы не опасные! Конечно, куснуть тебя могут, если ты им сильно досадишь…

«Кусните Амбридж!»

— «Проявляет… признаки… одобрительного… отношения… к насилию», — бормотала Амбридж, чиркая в блокноте.

— Да полно вам! — теперь Хагрид встревожился. — Ведь и собака вас укусит, не ровен час…

«Нужно было сказать, что кошка. Судя по её кабинету, она их больше любит».

— …А у фестралов плохая репутация из-за всяких разговоров про смерть, люди держали их за дурную примету. Просто не понимали. Верно я говорю?

— Конечно, верно! — громко произнес Гарри и посмотрел на Амбридж. — Люди боятся того, чего не видят.

Амбридж внимательно посмотрела на Поттера, а потом перевела взгляд на Хагрида и опять очень громко и медленно проговорила:

— Пожалуйста, продолжайте занятие… Я похожу, — она изобразила ходьбу (Малфой и Паркинсон задохнулись от беззвучного смеха), — среди учеников, — она показала на некоторых пальцем, — и задам им несколько вопросов, — она показала на свой рот, изображая разговор.

Хагрид уставился на неё, не в силах уразуметь, почему она ведет себя так, как будто он не понимает нормальной речи. У Гермионы от ярости выступили слёзы.

— Ведьма, старая злая ведьма! — прошептала она, когда Амбридж подошла к Паркинсон. — Я понимаю, что ты задумала, гнусная, злобная, испорченная…

— Гермиона, я уже начинаю переживать, — прервал её Рон. — Ты, надеюсь, не кинешься на неё с кулаками?

Гермиона пронзила Рона недовольным взглядом, но промолчала.

— Как вам кажется, — громко спросила Амбридж у Пэнси Паркинсон… — вы в состоянии понимать речь профессора Хагрида?

У Паркинсон, как и у Гермионы, были слёзы на глазах — только она давилась от смеха и поэтому едва смогла выговорить…

— Нет… потому что… это… большей частью… похоже… на рычание.

Амбридж записала в блокноте. Хагрид побагровел, но он старался вести себя так, как будто не слышал ответа Паркинсон.

Амбридж повернулась к Невиллу.

— Вы видите фестралов, не так ли, Долгопупс?

Невилл кивнул.

— Кто при вас умирал? — равнодушно спросила она.

— Как нетактично, — неодобрительно произнесла Гермиона.

— Мой… мой дедушка.

— И что вы о них думаете? — Она показала короткопалой рукой на лошадей, которые уже обглодали половину туши почти до костей.

— Ну… — нерешительно начал Невилл и оглянулся на Хагрида. — Ну… они хорошие…

— «Ученики… запуганы… настолько… что… не признаются… в своём страхе», — декламировала свою запись Амбридж.

— Нет! — Невилл был явно расстроен. — Нет, я их не боюсь!

— Ничего, ничего, — сказала Амбридж, похлопав Невилла по плечу и изобразив понимающую улыбку. Она повернулась к Хагриду и опять заговорила громко и раздельно: — Ну что ж. Я достаточно тут увидела. Вы получите, — с таким жестом, как будто взяла что-то из воздуха, — результаты инспекции, — показала на блокнот, — через два дня, — она растопырила два кургузых пальца и с широкой улыбкой двинулась прочь, оставив позади себя хохочущих Малфоя и Паркинсон, трясущуюся от ярости Гермиону и растерянного, огорченного Невилла.

— Урок окончен! — расстроено объявил Хагрид.

— Подлая, лживая, старая горгулья, — злобно пробормотала Гермиона, шагая обратно к замку. — Вы поняли, к чему она клонит? Это её помешательство на полукровках — хочет представить Хагрида каким-то безмозглым великаном, а всё потому, что у него мать великанша… Нечестно — урок был весьма не плохой… Конечно, если бы опять соплохвосты… а так мы Хагрида предупредили по поводу Амбридж. Он выбрал фестралов. Они славные — в смысле, для урока то, что надо.

— Амбридж сказала, они опасны, — возразил Рон.

— Это она опасна! — нахмурился Гарри и скрестил руки на груди.

— Хагрид и сам сказал, что они умеют за себя постоять, — сказала Гермиона. — Конечно же, будь у нас обычный преподаватель то мы бы их не увидели. А так как у нас Хагрид, любящий всех зверушек вне зависимости от их опасности и зубастости. Но ведь они интересные, правда? Хагрид их сам развел. Кто-то их видит, а кто-то — нет. Хотела бы я их увидеть, но только чтобы я не видела ничьей смерти, конечно.

— Ну, я готов посмотреть на смерть Амбридж, — сказал Рон.

— Как вам урок? — спросил Хагрид, поравнявшись с троицей гриффиндорцев.

Гарри, Рон и Гермиона дружно повернули головы и посмотрели на лесничего.

— Нам понравилось, — за всех сказал Гарри. — Были приятно снова увидеть фестралов. Спасибо.

Рон и Гермиона согласно кивнули головами.

— Хагрид, ты бы поосторожнее с Амбридж, — начала Гермиона. — Трелони уже оставили с испытательным сроком.

— Об этом не беспокойся, я много чего наметил, — с энтузиазмом сказал Хагрид. — Держу тут пару зверьков для вашего СОВ. Увидишь, это что-то особенное.

— Слушай, Хагрид, — Гермиона заговорила настойчиво, отбросив вежливость, — Амбридж будет рада, если ты принесешь на занятия ещё кого-нибудь опасного.

— Опасного? — искренне удивился Хагрид. — Глупости какие — фестралы же совсем не опасные. Ну, конечно, они могут за себя постоять… и не все их могут видеть… Тем более я вам сроду ничего опасного не принесу.

— Сопло… — начал было Рон, но Гарри быстро наступил ему на ногу.

— Хагрид, ты должен благополучно пройти инспекцию, и лучше всего, если ты нас поучишь ухаживать за глипоклоками, отличать нарлов от ежей, чему-нибудь в этом роде.

— Но это не шибко интересно, Гермиона. У меня для вас есть кое-кто позадорнее.

— Хагрид, прошу тебя, — сказала Гермиона с подлинным отчаянием в голосе. — Амбридж ищет любого предлога, чтобы избавиться от учителей, которых считает близкими Дамблдору. Прошу тебя, Хагрид, учи нас чему-нибудь скучному, что могут дать на СОВ.

— Ты за меня не беспокойся, — сказал он, ласково потрепав Гермиону по плечу, отчего колени у неё подогнулись и погрузились в снег. — Ох, извини… Давайте-ка в замок, а то уже скоро колокол прозвенит.

— Не знаю, дошло ли до него, что ты говорила, — сказал немного погодя Рон, когда Хагрид скрылся в хижине, Гермиона растапливала в снежной целине тропинку к теплицам.

— Ничего! Я составлю для него план уроков! — решительно сказала она. — Мне всё равно, если уволят Трелони, но Хагрида ей не удастся выжить!

— Что значит, всё равно на Трелони?! — имитируя возмущение воскликнул Рон. — Это же Гаррина любимая преподавательница!

— Отстань, — хмыкнул Гарри и надвинул Рону шапку на глаза.