Глава 23. (1/2)

Под ногами – твердь, как Дугава и хотела. Друзья исчезли: ни их рук, ни даже аур рядом не ощущалось. Воздух густой, напоенный ароматом свежего сена. Шорохи, лошадиное фырчанье.

Дугава распахнула веки и зажмурилась от яркого света, но глаза быстро привыкли к нему.

Она оказалась посреди просторной, но пустой конюшни. Лишь в углу у входа обладатель мощной ауры седлал вороного коня. Длинноногий, статный, по крутой шее струилась густая грива, в шкуре сверкали отблески луны.

Харысай? Так похож, но вряд ли это он, ведь из лопаток коня росли мощные крылья.

Конюший тщательно счищал с него грязь и расчёсывал слипшуюся от пота шерсть. Щётка ударялась об скребницу, и пыль разлеталась в стороны, клубясь в солнечных лучах.

Конь щёлкал зубами и сверкал бельмами, не слишком довольный остервенелым грумингом. Сам конюший одет в тёмные суконные штаны и такую же рубаху – ничего приметного. Только лицо скрывала овальная маска с диагональными алыми полосами, как от когтей.

Снаружи донеслись шаги. Конюший вскинул голову, но посмотрел сквозь Дугаву. На пороге появился ещё один мужчина с мощной аурой. На нём были штаны и рубашка из мягко выделанной оленьей кожи, а на лице – маска сокола.

- Что стряслось? – удивился конюший.

- О, я вижу, голос к тебе вернулся. А лицо?

Сокол потянулся к маске, но конюший оттолкнул его руку.

- Боюсь, это очень надолго, если не навсегда.

- Жаль. А почему на тулпара пересаживаешься? Неужели цильинь тебя разочаровал?

- Он слишком стар, чтобы скакать по долам и весям. За верную службу я назначил его старшим над духами. Но ты ведь распахнул врата Червоточины не для того, чтобы интересоваться моими питомцами, правда?

- Ворон назвал меня предателем, а я не могу ничего ответить. Устал я от ваших игр. Хочу уйти.

- Ладно.

- Ты не будешь меня отговаривать?

- А это поможет? – скептично хмыкнул конюший. – Если хочешь, я переправлю тебя по Червоточине в другой мир. Отец передал мне память предков.

- Правда? И каково это?

- Здорово. Я могу увидеть даже его родину: как она развивалась и создавала такие технологии, что даже представить сложно. Жаль, чтобы понять увиденное, придётся потратить много времени и сил, а их сейчас нет вовсе.

- Жаль. Мне бы тоже хотелось… увидеть.

- Если свет старого мира ещё не погас, я могу отправить тебя туда. Вместе с женой и ребёнком, конечно.

- А… Ворон?

- Ты же с ним поругался. Да и не согласится он уйти.

- Твоя жена?

- Она ясно дала понять, что останется со мной до конца. А я не могу всё бросить. Слишком много наших общих усилий было вложено в этот мир. Несмотря на его несовершенство я хочу, чтобы он жил. Или ты снова не одобряешь моё самопожертвование?

- Спасать мир лучше, чем вытирать сопли Сове и по сотому разу получать от него удар в спину.

- Может, я плохо старался? Нужно было попробовать что-то другое, быть более настойчивым и внимательным.

- Издеваешься? Все поняли, что его не спасти, когда он принял в себя Мрак. И только ты стал выпрашивать у него прощение, хотя извиняться должен он.

Конюший неуютно повёл плечами.

- Всё равно я хотел бы, чтобы он обрёл гармонию. – Он поспешил сменить неприятную тему: - Так что, готовиться к твоему отбытию?

- А твоих сил хватит?

- Хватит. Я не стану никого делать заложником собственных решений. Хочу начать своё правление с того, что дам всем свободу выбора: следовать за мной или уйти. Пускай новая эпоха, если она всё-таки наступит, ознаменуется доброй волей.

- Да какой тут выбор? – горестно вздохнул Сокол. – Я же пришёл для того, чтобы ты меня пристыдил и уговорил остаться. Не могу я бросить родных на произвол судьбы!

Конюший усмехнулся.

- Зачем тебе я, если ты всё решил сам? Ворону нужна твоя защита и советы, даже если он сопротивляется крыльями и лапами. Проследи, чтобы он не вызывал Сову на поединок. Ни один клинок его не возьмёт, даже если он выкован в Горнем мире из звёздного металла.

- А как с ним собираешься бороться ты?

- У меня есть время до зимы, чтобы придумать способ.

- А что будет зимой? Парад планет? Звездопад? Может, Червоточина расширится и выделит много энергии?

- Последнее - лучше не надо. Большего сказать не могу. Каждое лишнее слово играет против нас.

- Для своей жены ты на них не скупился.

- Её тоска разрывала мне сердце. Надеюсь, ей стало легче.

Они оба понурились. Повисла удушливая пауза.

- Лучезарные захватили Ланжу. Будет очень сложно оборонять штаб Компании до зимы, - нарушил тишину Сокол.

- Если мы усилим натиск, его усилит и Мрак. Нужно сохранить преимущество неожиданной атаки. Постарайтесь обойтись своими силами.

- На их стороне демоны. Ну, кроме твоей подружки-ведьмы из-под холмов, - подначил его Сокол. – Что случилось, ведь раньше ты их презирал даже больше нашего?

- Пообщался поближе, осознал, что с ними можно и нужно договариваться. После фиаско с Аруином многие из племён относятся к Мраку с недоверием. В случае чего помогать союзникам Лучезарные не станут. Мы предложим демонам долгосрочный мир, сотрудничество, места для жизни, где их не будут преследовать, и даже защиту.

- А если они потребуют большего? Кровь, рабов, месть?

- На такие уступки мы не пойдём и будем искать других союзников. Уверяю тебя, они найдутся. В том числе благодаря королеве Эйтайни. Но чтобы удержаться в Норикии, тебе придётся искать помощь ближе к Дюарлю. Свяжись с местными племенами и уговори их примкнуть к нам.

- Я? – недоумённо переспросил Сокол. - Раньше ты держал меня от переговоров как можно дальше.

- Потому что ты лез куда не просят и всех раздражал. Когда тебе нужно, ты даже с Жерардом общий язык находишь. Ни мне, ни Ворону этого не удалось.

- Потому что вы велись на его ворчание и не понимали, что иногда полезно выслушать его до конца. А после всегда можно поступить по-своему.

- Вот видишь, - усмехнулся конюший, показывая на Сокола щёткой. – Идеальный переговорщик. Хитрый, изворотливый, недоверчивый и своевольный.

Конюший откинул крышку деревянного ящика. Развернув солому, он вынул оттуда маску в виде лисьей морды. Фигурная, мохнатая, обклеенная рыжей шерстью – как живая. Конюший вручил её Соколу. Тот повертел маску в руках, внимательно изучая.

- Значит, в царстве зверей я стал бы лисом, Ворон – волком, ты – мелькарисом. А кем был бы Сова? – спросил он из чистого озорства. – Гиеной?

- Борзым псом, охотящимся на волков и лис ради хозяйской любви и раздирающим котов на части ради удовольствия, - зло отшутился конюший.

Снаружи снова раздались шаги. На пороге показалась старая женщина в белоснежном халате, украшенном перьями цапель.

- Я слышала голос моего мальчика. Двух моих мальчиков, - сказала она, щурясь выцветшими глазами.

- Мама! – бросился к ней Сокол и закружил на руках.

- Ох! Я уже не надеялась тебя застать! Мне бы ещё с Вороном повидаться и… и всё. Можно за грань уходить со спокойной душой.

- Ну, ты чего! – он аккуратно поставил её на пол. – Тебе ещё жить и жить!

- Внуков нянчить, - продолжил за него конюший.

- Всё бы отдала, чтобы подержать девочку на руках, - мечтательно сказала женщина. – Как она?

- Хорошо… наверное.

Женщина посмотрела на него недоуменно.

- Не относись к семье, как к должному, дуралей, - укорил его конюший. – Не повторяй моих ошибок. Пока есть возможность, дари близким все улыбки и объятия, которые можешь. Ведь в любое мгновение нас всех может не стать.

Сокол неловко отвёл взгляд. Видимо, выслушивать поучения ему не нравилось. Да и проявлять привязанность открыто у него получалось только к матери.

Их снова потревожили шаги. В конюшню заглянул мужчина в синей маске с нарисованный белыми красками завитками бороды, похожей на морскую пену.

- Сколько можно ждать? – сказал он недовольно. – Не время сейчас для семейных собраний. К тому же, на вас смотрят, если вы не заметили.

Все обернулись в сторону Дугавы, будто заметили её. Она попятилась, пока не наткнулась спиной на стенку.

В конюшню забежал белый лис с девятью пушистыми хвостами и стал громко тявкать, отвлекая на себя всё внимание. Конюший подхватил его на руки и всучил Соколу.

- Зачем мне детский спутник? – вскинул брови тот.

- За особые заслуги я повысил его до духа-хранителя. Отдашь моей жене, чтобы она не сводила нас всех с ума своей тоской. Забирай и возвращайся в Дольний мир.

- Но мы ещё не закончили разговор! – запротестовал Сокол.

- У нас целая вечность впереди. Если мы, конечно, выживем, - отмахнулся конюший.

Взяв подмышку лиса и маску, Сокол направился в сторону Дугавы. Не бежать! Конюший, старуха и морской дух перекрыли выход.