Глава 22. Мудрейший Бахам (2/2)
— Да, Хранитель Нат дал нам своё благословение, — кивнул воодушевлённый юноша. — Так проводи же нас, пожалуйста, к Мудрейшему Бахаму. Очень тебя просим, Евдора.
— Конечно, мой дорогой, — ответила сова. — Именно это я тебе и обещала. Жаль только с чтением не успела закончить. Но доброе дело превыше всего.
С этими словами цуру потушила стоящую на столе лампу и, вспорхнув, бесшумно пронеслась над головой Эрика в сторону выхода. Би-джу никак не ожидал, что из здания на него вылетит такая крупная птица. Юноша забыл об этом упомянуть. Однако ещё больше ящера удивило то, что он увидел следом: облетев его кругом, сипуха сделала широкий размах крыльями и, сомкнув кончики маховых перьев вместе, резко свела их перед собой; тогда от удара всё её тело точно бы рассыпалось пухом, и перед зверем предстала юная темноволосая красавица, тело которой укрывало тёмно-пёстрое платье свободного пошива.
— Да возрадуются Небеса! — поприветствовала Хранителя явившая свой истинный облик Евдора.
«Да… возликует Земля…» — растерянно ответил ей Би-джу, глядя на прекрасную незнакомку широко распахнутыми глазами.
Вышедший следом Эрик оказался не менее потрясён увиденным, хоть и знал маленький секрет совы. Если бы не спавшее оперение, россыпью укрывшее землю вокруг неё, он мог бы и не признать, кто на самом деле стоит перед ним. Девушка была точно его старшая сестра. По крайней мере, могла бы быть.
Извинившись, что смутила их разыгранным представлением, она быстро перешла к волнующему гостей вопросу. Для встречи со Старейшиной им следовало лететь в соседнюю часть леса, и для цуру было честью показать новому Хранителю туда дорогу. И хоть такое обличие, вне всяких сомнений, имело много преимуществ, однако путешествовать проще всего было именно в виде птицы, и оборотень, недолго думая, вновь приняла свою любимую форму.
Уже в воздухе сипуха сравнялась с резво взмывшим ввысь зверем, на протяжении всего пути следуя с ним почти что вровень. Сидя на загривке у ящера, Эрик время от времени посматривал вниз, лицезрея густое зелёное убранство крон бесчисленных деревьев. Смотря на них, юноша не мог не вспомнить их с Би-джу странствие. Было холодно, было голодно, порой страшно и многое непонятно. Вместе они немало повидали и через многое прошли, чтобы получить ответы на появившиеся у них вопросы, и открывшаяся им правда оказалась не менее жестока, чем произошедшее с юношей несчастье. И всё же, если ещё существовал хоть маленький шанс всё изменить, он искренне хотел бы попытаться это сделать. Если бы… Если бы… С такими мыслями человек явился в обитель Хранителя Знаний.
«О, Мудрейший, позволь нам задать тебе вопрос, — почтенно обратился юный Хранитель к своему старому сородичу. — Неужели, человечество, правда, обречено, и ничего с этим уже нельзя сделать? Не верится, что милостивый Создатель готов так поступить со своим любимым творением…»
«Юный Хранитель, — молвил в ответ охотно принявший гостей Бахам. — В нашу первую встречу, мы открыли вам истину о том, что происходит в этом мире. Он болен и нуждается в исцелении. Именно человечество — та самая хворь, что поразила его. Некогда чистые сердцем, люди попросту растратили дарованные им таланты, предпочтя всей той доброте себялюбие и власть. И теперь мир готовится победить эту скверну, что под любым предлогом продолжает его истязать. Но это вовсе не означает гибель всего и навсегда. Твой наставник должен был это доходчиво тебе объяснить».
— Но ведь это не правда, Мудрейший! — выждав, воскликнул Эрик. — Мои родители не были такими! Сколько себя помню, мы жили бедно, но как могли, трудились и радовались тому, что имели. Они не были завистливы или корыстны, не лгали и помогали всем, кто их попросит, чем только могли. И они… погибли! — от этих слов на глаза юноши навернулись горькие слёзы. — Потому что любили меня… Они пожертвовали собой, чтобы мы с Би-джу могли жить… Так разве это не доказательство их чистоты? Разве этого недостаточно?
«Именно так! — вступился ящер. — Если бы не эти люди, я мог бы и вовсе не появиться на свет, Мудрейший. Они дали мне всё и стали для меня всем. Не может быть, чтобы во всём мире больше не было таких же, как они».
«Ты очень добрый юноша, раз так сильно беспокоишься о тех, кто из-за своей ненависти лишил тебя самого дорогого, — заглянув глубоко в сердце молодого человека, ответил Старейшина. — Но вы правы. Есть способ, если не остановить, так задержать, то, что грядёт. Но цена за это будет высока».
— Пожалуйста, Хранитель, расскажите нам всё! — вытирая ладонью мокрые глаза, решительно вопросил Эрик. — Что нужно будет для этого сделать? Я готов рискнуть!
«Найти и вернуть камень Жизни на надлежащее ему место, — ответил Бахам. — Стонлайф давал энергию этому увядающему от греха миру, а человек его забрал и поплатился за это. Но лес сберёг столь ценный дар. Ветвями и корнями он укрыл его от посторонних глаз, и теперь тот явит себя только тому, кто будет искать его с благими намерениями и сам тоже будет чист душой».
«Эрик именно такой!» — был уверен юный Хранитель.
«Я вижу это, Денеб. Поэтому у вас может всё получиться, — согласился с Новорождённым Старейшина. — Однако, как камень даёт силы, так он их и отнимает. Стоит только взять его в руки, как он начнёт ослаблять своего носителя. Человек не сможет вернуть камень до того, как тот полностью истощит его жизненные силы. Он умрёт».
«Я не позволю этому случиться!» — воспротивился сказанному зверь.
«Стонлайф повлияет и на тебя, — предупредил его Мудрейший. — Уверен, что эта затея сейчас того стоит? Ты не в том положении, чтобы рисковать собой, брат мой. Подумай о чуде, что зреет внутри тебя. Не пренебрегай им».
«Я… и не думал, — смутился Би-джу; конечно же Хранитель Знаний знал о том, что на него уже легло благословение небес. — Я… просто дорожу своим человеком… И это дело… важно для нас обоих».