Глава 17. Пиршество при погребальном костре (1/2)
Только сейчас Би-джу заметил, как сильно за это время исхудал Эрик. Юноша осунулся, стал бледен. Казалось, в нем почти не осталось сил. Сейчас он спал, вернее, так казалось Би-джу. Ящер упустил момент его пробуждения. Открыв глаза, Эрик увидел сквозь спадающую с него пелену сна смутно выделяющуюся на фоне полумрака комнаты фигуру дракона. Он мирно лежал подле стены и что-то высматривал в просвет окна.
— Что там? — тихо поинтересовался Эрик.
«О, так ты не спишь, — обернулся на голос Би-джу. — Жители города празднуют. Похоже, им очень весело… Хочешь на это посмотреть?»
— Да, пожалуй, — ответил юноша.
Ящер подступил к кровати и аккуратно помог Эрику подняться, подставив ему как опору собственную шею. Юноша, обхватив его обеими руками, с легким кряхтением подтянулся и сполз вниз. Достигнув цели, он смог удобно расположиться, опираясь на небольшой выступ окна, которое на удивление было расположено не слишком высоко над уровнем пола.
Эрик заглянул в просвет. Там вдали, у подножья башен, среди непроглядной ночной тьмы он увидел чарующий блеск огней. Разросшийся вокруг величественных строений город был наполнен мерцающим переливом сотен горящих точек, точно сами звезды спустились к ним с небес. В вышине витали пленяющие слух звуки музыки. Ликующие жители Альвиора, высыпав на улицы из своих домов, заполонили главную площадь города, в центре которой был разведен впечатляющий своими размерами костер. Его неистовое жаркое пламя вздымалось высоко в небо, потрескивая под ритмичный топот ног и активные всплески рук собравшихся.
Разнотонные голоса эльфов, гномов и хоббитов сливались в единый хор, распевая простую, но бодрящую дух песню. «Ла! — Ла-ла! — Лай! — Ла-ла-ла!» – звучал припев, следом за которым следовала распределенная между главными певчими череда слов. Под сопровождение музыкальных инструментов полулюди устремились в неудержимый энергичный пляс. Снующие следом за ними тени, искажаясь в свете трепещущих языков пламени, кривлялись в ответ производимым их телами движениям.
То тут, то там был слышен звонкий смех взрослых и детей, нарядившихся по случаю торжества в яркие праздничные одежды. Перестук переполненных пивных кружек сливался с ритмичными хлопками ладош. Кисловатый запах напитка удачно гармонировал с ароматом свежих фруктов и готовящейся тут же выпечки.
«Похоже, это гулянье в нашу честь», — предположил Би-джу, глядя на блеск мерцающих вдали огней.
— Нет, только в твою, — поправил его Эрик. — Ты их новый Хранитель. А я… — юноша неожиданно смолк, потупив взгляд вниз.
«Что такое?» — обеспокоенно спросил ящер.
— Нет, ничего, — с некой потерянностью в голосе произнес в ответ Эрик. Он выглядел потерянным, даже больше — подавленным. — Просто… Я вдруг подумал, что мне так и не представилось подходящей возможности как следует помянуть своих отца и мать… К тому же теперь я знаю о многом… И как теперь дальше жить с этой правдой? Мир умирает, а мы…
«Ты ведь ничего не можешь с этим сделать, — заговорил Би-джу с той же прорезавшейся тоской в голосе. — Ровным счетом как и я. Прошу тебя, не думай об этом… Давай сегодня просто насладимся видом праздника, хорошо? Совсем как это было раньше…»
Юноша утвердительно кивнул в ответ. Он все еще помнил то переполняющее его чувство радости, когда время от времени в их маленьком селении проводились народные торжества.