Часть 18 (2/2)
— Обними меня. Сделай красиво.
Альфа знает, о чем просит, и почему именно так: объятия с Дуном всегда были яркими, неожиданными. Но вот его подопечный касается легко.
На понимающе мигает и переступает коленями по матрасу ногу старшего, тянется ближе и садится под боком. Одной рукой он опускает голову Джехёна на плечо, чтобы носом к шее, а второй накрывает их ноги одеялом. Омежка потирается щекой об макушку альфы, поглаживает мокрые волосы того, уже естественно подавляя внутренние вибрации от нежности момента.
— Я иногда смотрю на тебя и думаю, что ты похож на ходячую бомбу, — Джехён и сам перехватывает руками торс Джемина, когда делится своим наблюдением, — Настолько преисполнен любви ко всему, что вот-вот — и взорвешься, если тебе не дать человека, куда это выплеснуть.
Чон чувствует, как подопечный сглатывает. Но не слышит ответа. Он оказывается убаюкан ровным сердечным стуком младшего.
/
°°°
— Ребята, как вы все помните, меня зовут Бан Чан. И я все ещё руководитель спортивного клуба, — старшекурсник стоит на кафедре и указательным пальцем потирает нос, обводя взглядом аудиторию инертных до чёртиков первокурсников, — Я напоминаю вам, что в ряде секций есть свободные места, где мы ждём вас. Это фехтование; тхэквондо; спортивное плавание; спортивные танцы…
Пока альфа мерно, но упорно перечисляет, остальные ребята из спортивного клуба раздают прежние листовки, которые раздавали два месяца назад. Только вот никто не откликнулся.
Джено понимающе смотрит на Бан Чана и выдавливает из себя улыбку: спортсменом он никогда не был, просто был бешеным и лёгким на подъем. Был, пока вот не поступил в университет, где вроде как, надо быть солиднее и всё такое прочее.
Парень дожидается, пока закончится агитация, пока спортклуб выйдет вместе с завершением лекции, и всё же догоняет руководителя:
— Эм, сонбэним? Я бы хотел записаться, но не знаю куда.
Бан Чан оборачивается и радостно улыбается, едва не прыгая на месте от первого положительного результата своей работы:
— Приходи после занятий в нашу комнату, там познакомишься с ребятами, поспрашиваешь, выберешь, что по душе. Приходи, пожалуйста!
Ли растерянно улыбается и всё же кивает. Занятий у него сегодня немного, а в связи с последними событиями дома, есть вероятность вернуться в квартиру к аппе.
Альфа прикидывает, что с одной стороны — это большая экономия и его шанс на беззаботную молодость. А с другой — будет тяжело поддерживать родителя, если отец всё же отойдёт в мир иной.
— Сука, не думай об этом! — Джено злится сам на себя и врезается в стену грудью, ударяет по той раскрытыми ладонями, чтобы больнее.
В самом деле, ему такому неуравновешенному необходимы физические упражнения кроме дурацкой физкультуры два раза в неделю.
…
В спортклубе много студентов разного толка. В основном сидят руководители направлений, старшекурсники, и человек десять новичков. Джено бы по привычке спрятаться, сесть в углу и не отсвечивать, только в поле зрения попадает бежевое пальто на коленях Джемина, так что в голове щёлкает 'маршрут перестроен', и альфа садится на диван впритык с На:
— Здоров.
— Джено? Привет. Ты руководишь какой-то секцией? — омежка улыбается до завидного широко.
— Нет. Решаю: куда записаться. Ты тоже первый день? — Ли старается звучать беззаботно, будто это ничего не значит.
— Ага. Из меня спортсмен, как из полена балерина.
— Это ты не знаешь, как обрабатывать поленья, — рядом возникает, очевидно, старшекурсник в обтягивающих черных штанах.
Он перешагивает ножки стульев, пробираясь к руководителю всего клуба, когда всё же оборачивается и моргает пару раз:
— Если захочешь танцевать, то обращайся ко мне — Ли Минхо знает в этом толк!
Джемин неловко выдыхает под шипение-смех Джено. Ли хочет уже выкрикнуть что-то в духе: «когда начнем?», но омега рядом перебивает:
— Давай запишемся на теннис? На большой.
Альфа давится комком эмоций: от возмущения до вопроса «какого хера?», и обратно — от желания согласиться и недоверия.
— Почему туда? Тебя позвали на танцы.
— У них там так-то хватает людей, а вот с ракеткой бегать не все хотят. Посмотри, вон плакат на стене, — Джемин нагибается ближе к соседу, чтобы указательным пальцем ткнуть на конкретное место с его позиции, и теперь говорит тише, — Там список людей в каждой секции. В теннисе их всего трое. А в других по шесть человек и больше. Давай запишемся в теннис? Будем вместе учиться.
И Джено задумывается. Он не хотел руководствоваться благими намерениями, когда шёл сюда. Парень хотел выбрать что-то не напряжное, может даже тупой футбол, мяч пинать.
— Слушай, Джено, ты имеешь право отказаться. Я же не заставляю. Просто позвал. К тому же, если буду один, то будем играть по двое. А пятый окажется лишним.
Джемин щурится в улыбке и переводит все свое внимание на удивлённое лицо Минхо. Между омегами завязывается разговор, так что Ли пользуется шансом подумать о своей внеурочной деятельности.
°°°
…
•••
— И вот мы тут.
Джемин заливается смехом, когда видит перед собой Джено. Вчера омежка убежал сразу после собрания, чтобы сходить в кино с Бонхеком, так что не знал, куда же записался его вредный сосед. Зато сейчас перед На стоял одетый в уныло синие треники и широкую черную футболку Джено, пряча руки за спину, будто нашкодивший ребёнок. Разумеется, что омега веселился вовсю.
И пока Ким Чону, занимающий должность руководителя этого кружка, выжимал из себя всё возможное, чтобы растолковать план тренировок и все плюшки участия в весенних соревнованиях, Джемин поглядывал на Ли, оборачиваясь каждый раз, когда тот рассматривал его самого.
— Ах, вы же меня совсем не слушаете, да? Молодёжь! — Чону хлопает в ладони, привлекая к себе внимание, — Будка для поцелуев дальше по коридору направо, тут у нас теннис!
Джемин коротко смеётся и кивает:
— Давайте начнем, Чону-сонбэ?
Разминка, пробежка, отжимания, приседания.
— Эх, мля. Мы точно в теннис записались, а не пауэрлифтинг? — альфа падает всем собой на холодные доски пола после ещё одного круга пробежки.
На усмехается и подсаживается к нему:
— Везде тяжело.
— Не-ет. Дартс — вот куда надо было идти, — Ли стонет и переворачивается на спину, — Ренджун сказал, что я занимаюсь фигнёй. И зря записался. Я согласен. Будет жалко расстраивать Чан-сонбэ, но куда деваться.
— Почему сдаёшься сейчас? — Джемин почти возмущается и готов даже слезу пустить с досады, когда Ким подходит к ним с мазохистсткой улыбочкой на тонких губах, а потому шепчет, выделяя имя руководителя, — Не думаю, что теперь Чону-сонбэ тебя отпустит.
/
В четверг Джемин узнаёт прежние треники на прежнем Джено. Альфа хоть и пучит глаза, ожидая издевок со стороны На, но тот молчит. Подозрительно послушно выполняет все упражнения, отжимается положенное число раз и:
— Оу, вау!
Ли резко оборачивается на него, так что омежка отводит взгляд и краснеет. Потому что на руках у Джено вздулись вены. Насколько пугающе, настолько же привлекательно это выглядит. Джемин просто не мог сдержать восхищения!
Довольный реакцией омежки парень рядом цокает языком и сгибает левую руку в локте, резко выпрямляет, открыто демонстрируя синие кровяные пути поверх сухожилий. В голове у На заклинивает, и он смотрит искоса, всё ещё боясь развернуться полностью и при этом боясь не доглядеть.
— Я знаю, как быть красивым, — хмыкает Джено, выбешивая своим зазнайством.
Омежке хочется возразить, но, пережевав пару идей, он выдаёт что-то другое:
— Жаль, что не знаешь, как быть умным.
Из последних сил Джемин натягивает на губы улыбку и поднимается с пола, где они всё это время отдыхали. Он уже идёт к лавкам, где лежат личные вещи, когда слышит в спину:
— Я согласен на один-один! Открывай счёт, ты, На Джемин!
•••