Часть 25: Пришел, увидел, победил (2/2)

— За надом, — нравоучительно оттопыривает указательный палец змеюка. — Вот еще, все веселье двум унылым рожам оставлять. Контрабанда! Из леса Смерти! Одобренная хокаге!

— Он одобрил только многоножек, — тактично напоминает Сан, запихивая в хранилище кипы экспериментальных печатей.

— Не важно, одобрил же. Ирьенины за такое друг другу глотки перегрызут, — мечтательно заканчивает она. — Потом, правда, сами же и залечат, но не суть.

Сан смотрит с читаемым скепсисом, натягивая на ноги сандалии, и, сдувая со лба топорщащиеся пряди волос, дает пинком ускорение в сторону окна. Митараши, разумеется, уворачивается, но наружу выскакивает. Посмеивающийся Шисуи следует за ней.

***</p>

— А это точно должно так быть? — нервно пробормотала Сан, косясь на огромную лиану, подозрительно похожую на силки. Ткнула пальцем. Та с хлюпаньем сомкнулась.

Шисуи безразлично мазнул взглядом и прошел мимо, вогнав кунай куда-то в землю. Щупала ослабли и сдулись.

— Без понятия.

— Миленько.

Анко задумчиво глянула себе под ноги и пнула что-то похожее на кость в дальние кусты. Беззаботно просвистела прилипчивый мотивчик с едва различимым «там и остались во веки веков».

— Ты тут самая маленькая. Просто не суй пальцы куда не надо и слушайся папочку-Ехидну, — весело подытожила Митараши, сплюнув подозрительного вида травинку. Шисуи крякнул невнятно, но не возразил.

— Когда это Шисуи стал Ехидной, да еще и отцом? — язвительно осведомилась Сан, делая попытку обтереть пальцы о футболку Митараши. Безуспешную, к слову. Пришлось цеплять огромный и на первый взгляд знакомый лопух.

Анко отмахнулась, упрыгивая на ярус выше. Замерла, прислушиваясь. Сделала несколько выразительных жестов в нужную сторону и нырнула туда же, скрывшись между деревьями. Сан спешно двинула следом, затылком чуя усталый и непоколебимо спокойный взгляд Учихи.

Они вместе затормозили на широкой ветке, припав к коре. Внизу, в темноте листвы, мерзко щелкало и копошилось кубло из длинных темно-фиолетовых тел. Инстинктивно хотелось дернуть плечом, скинув напряжение. Сан с Шисуи даже сделали это почти одновременно. Одна Анко фыркнула и осталась спокойна.

— А ты не можешь, ну там… Просто подбежать и засунуть их в свиток до того, как они сообразят что к чему? — шепотом произнесла она, стараясь не спугнуть пакость. Сан покосилась на нее и на темноту внизу.

— …Нет. Это не так работает. Не с сопротивляющейся чакрой, — скривилась она. Твари были небольшими по меркам Леса Смерти, но все еще могли отцапать пару пальцев как минимум.

— То есть, поймать так в свиток шиноби невозможно? — заинтересовалась Анко, поворачиваясь к ней всем телом.

— Возможно, только чакрозатраты будут дикими. Иначе это кончится плохо или для мастера печатей, или для шиноби… Или для всех сразу, — забормотала Сан, погружаясь в любимую тему. — С гражданским такое сработает, да. Если шиноби не нужен тебе после живым… Тоже можно придумать кое-что. Но не в этом случае. Эти нужны живыми. Пока что.

— Ты стремная, — доверительно шепнула Митараши. Ее призывная змея, указавшая на это место, нежилась, обвив шею хозяйки, и неотрывно смотрела на Сан.

— Ты мне уже говорила это сегодня.

— Ну, чего застыли, — кивнул им Шисуи и хлопнул по спине.

— А ты? — грустно спросила Сан, смотря на него с мольбой.

— А я вас прикрою, дети мои, — не скрывая садистского наслаждения подтвердил Ехидна. — Вперед и с песней.

— А лучше с богом, — хихикнула Анко, вызывая у Сан еще один приступ паники.

— Желательно все-таки без, — сдержанно отозвалась она.

У них было пол тонны кунаев, пачка взрывных печатей, столько же параличек и десять различных свитков для запечатывания на троих. Не то, чтобы это все нужно, если ты идешь охотиться на многоножек. Но Сан всегда было сложно остановиться при подготовке.

— Зуб даю, что-то пойдет не так, — напоследок шепнула она.

— Если бы ты действительно давала мне зуб каждый раз, когда что-то идет не так, то у меня уже было бы из них ожерелье, — прекращая скрываться выпрямилась во весь рост Митараши. — А они целыми нужны?

— Нет, только живыми, — дернувшись от омерзения ответила Узумаки. — Давай по одной. Ты фиксируешь, а я пакую.

— Будешь должна мне по гроб за такую работенку, — срываясь вниз и припечатывая ногой в землю голову отбившейся от гнезда твари крикнула она. Сан спешно бухнулась рядом, накладывая прототип доработанного свитка и окутывая чакрой. Затраты были… Внушительными. Едва хватит на десяток свитков — и это учитывая, что на барьер-кокон, технику А-ранга, ей хватало тоже до десятка применений при полном резерве. Сколько будет нужно при запечатывании человека в подобный свиток… Думать не хотелось. Весь ее резерв? И это при отсутствии сопротивления со стороны реципиента. Дядя мог себе это позволить. Кушина-сан тоже.

Но не она. Не в текущем состоянии.

Анко метнула несколько кунаев с леской куда-то за спину Сан и резко отскочила, как только запечатывание закончилось.

То, что по результату работы фуина им не оторвало руки или ноги, не разорвало многоножку на глазах и не сгорел к чертям свиток уже обнадеживало. Но таких заходов предстояло еще… Девять. Сан откинула волосы и скакнула к ближайшей зафиксированной многоножке, доставая следующую печать. Эти особи были по размеру с руку взрослого и явно не худого человека. Или недавно вылупились, или скудно питались… Судя по кучности — все же первое.

Вторая печать тоже сработала успешно, отобрав, правда, на треть меньше энергии. Получится ли из нее извлечь что-то — непонятно. Но очень интересно.

— Давай шустрее, я тут не молодею, — прикрикнула Анко, отпинывающая одну тварь и прикалывающая к земле вторую кунаем. Последняя мерзко застрекотала и принялась биться в агонии.

— Все мы не молодеем, — философски рассудила Узумаки, доставая очередную печать и пристраивая на прибитую к земле многоножку. Касаться ее не хотелось критически, но кунай выдернуть все же пришлось. Оставшиеся твари, видимо, поняли, что расклад сил не в их пользу и поспешно улепетывали. В другой раз Санран бы даже этому обрадовалась, но не сейчас.

— Вы бы пошевеливались, девчат, — окликнул их сверху Шисуи.

— Стой, падла, — пробормотала Сан, прижимая ногой еще одну и поспешно запечатывая. От резкого оттока чакры слегка звенело в голове. Все было не так плохо, как она прогнозировала — не все свитки съедали чакру как техника А-ранга. Но по прежнему с непривычки тяжело. — Еще четыре!

— Если ты не ускоришься, — как-то настороженно и многообещающе произнесли сверху.

— То? — взмокшая от нагрузки, Сан шлепнула еще одну печать, освободив Анко. Последних трех тварей придется, видимо, догонять — расползлись…

— То будешь иметь дело с их мамочкой. Вот прямо сейчас.

Сан инстинктивно взметнулась по дереву вверх вместе с Анко, чуть не сталкиваясь в прыжке. За ними бухнулось что-то большое и фонящее чакрой и злостью. «Явно не Шисуи», — с легкой досадой мелькнуло в голове у Сан. — «Но он же джонин, верно? И справился с такой в прошлый раз».

— Шустрее валите, если не хотите стать закуской! — гаркнули им из-за спины и резко дернули за шиворот на соседнюю ветку, уводя из-под атаки разозленной большой многоножки. Санран почти плача подумала, что ее преследует злой многоножьий рок, иначе это не объяснишь.

— Может быть ты ее убьешь? — крикнула она, уворачиваясь и отскакивая на другое дерево.

— Я без понятия как это сделать! — с неподходящим для ситуации радостным тоном обнадежил Учиха.

— В смысле?! А в прошлый раз?! — начиная паниковать заорала Санран, тут же привлекая к себе внимание вообще всего живого в лесу, а не только Ехидны.

— Я тогда сбежал с тобой.

Санран издала истеричный вопль и отпрыгнула опять, отчаянно пытаясь сообразить на ходу что им делать. Даже если кинутся врассыпную — кому-то не повезет и будет большой и разъяренный хвост.

Мысль была дикой и одновременно гениальной. Требовалось всего-ничего, вся ее оставшаяся чакра…

Она развернулась лицом к многоножке, выставив печать перед собой как щит, и, молясь всем богам, жахнула чакрой, едва тварь ломанулась в ее сторону. Где-то на фоне очень душевно матюкнулась Митараши, завоняло паленым и воздух обдало жаром. Многоножка издала скрежет, с которым металл скребет о камни, и изогнулась, пытаясь спрятаться от огня, чем подставила бок.

Печать с хлопком приняла добычу, вбирая всю оставшуюся чакру до дна. Свиток в руке ощутимо нагрелся, требуя еще, но не затлел. Перепаханная вдоль и поперек катоном и многоножкой поляна погрузилась в тишину.

— Пиздец, — емко охарактеризовала Анко, стирая пот со лба. — А у вас так всегда?

Шисуи тяжело вздохнул, встряхнул за ворот оседающую на землю Сан и потащил их к выходу.

— Нет. Только по праздникам, — ответил он.

— Ты катоном нахрена жахнул? — едва ворочая языком спросила Сан.

— Думал ты увернешься. Кто ж знал, что у тебя отказало самосохранение, — недовольно цокнул он.

— Я тебя тут закопаю. Так, что никто никогда не найдет, — процедила Узумаки, прикрывая глаза, как только они оказались за границей леса и ее отпустили обратно на ноги.

— Для этого меня надо сначала поймать, — подмигнул мальчишка, сочувственно похлопал по плечу и исчез в вечернем зное, словно его тут и не было.

— Ехидна, сволочь ты такая! — от всего сердца крикнула Узумаки в пустоту изо всех оставшихся сил. Где-то вдалеке послышался смех. В руке сиротливо оставался свиток. Чакры не было даже на то, чтобы спрятать его в хранилище на запястье.

— Что, развлекаетесь? — вкрадчиво произнесли за спиной. Анко и Санран вздрогнули одновременно.

— С-сенсей? — чуть нестройным голосом произнесла Митараши, прежде молчавшая, сразу же принимая вид настолько невинный, что только иконы писать оставалось. Это ее не спасло.

— Уже давно сенсей, несносная ты девчонка, — прошипел саннин, вздергивая ту за ухо. Митараши зажмурилась, но только одним глазом. Даже не пискнула.

— Мы гуляли! Под присмотром джонина!

— Но без разрешения. Мне будет некогда возиться с твоим калечным трупом в следующий раз, когда что-то пойдет не так.

Сан уловила острый, скользящий взгляд, но ощущение тут же растворилось.

Фигура великого и ужасного Орочимару стремительно отдалялась таща ученицу за собой, по дороге змеилась длинная чернильная тень от них обоих. Санран смотрела им в след до первого поворота, за которым оба скрылись. Нашкодившая Анко откровенно фонила довольством, словно ей только того и нужно было — чтобы оттаскали за ухо.

Санран оглушительно чихнула от дорожной пыли и неспешно пошла домой. К черту все, будь как будет. Другая деревня — значит другая деревня. Контракт с богом — ну и ладно. Присяга хокаге… Ну и черт с ней.

Терять ей по сути было нечего.

Зато было что приобрести.