XI (2/2)

— Не могли бы вы съездить со мною к модистке? — спросила Натали.

— К модистке? — удивилась Лариса.

— Да, — кивнула Натали. — Видите ли, Лидди скоро устроит праздничный прием. Она каждый год дает в конце сентября большой бал, это старинный обычай, принятый у них в семье: однажды ее дед устроил праздник в честь рождения сына, отца Лидди, и с той поры так и повелось. Ну, вот… Мы, как вы понимаете, приглашены, ведь милая Лидди не только моя ближайшая подруга, она теперь крестная мать моей дочери. А Петр Иванович — глава нашего семейства, вы — его супруга, так что, сами понимаете…

— Конечно, — тут же согласилась Лариса.

— Разумеется, мне нужно новое платье, я, понимаете ли, с трудом теперь надеваю прежние, они вдруг сделались… несколько тесноваты. Вот Лидди мне и посоветовала превосходную модистку, она берет недешево, но шьет просто великолепно! По последней парижской моде! Я и подумала, может, вы тоже захотите приобрести обнову, мы же одна семья. Кроме того, ехать в город одной мне, признаюсь, скучно.

— Что ж, — отозвалась Лариса, — я охотно составлю вам компанию. Раз Лидия Ивановна нас приглашает, то остается ведь не так много времени. И получается, нам надобно поторопиться.

— Сегодня же и поедем, сразу после обеда, если, конечно, вы не против.

Лариса на мгновение задумалась:

— Петр Иванович все равно целый день занят, у него, как вам известно, посетители: крестьяне со своими спорами, которые пан должен разрешить, потом еще приказчики… А за Левушкой, конечно же, присмотрит Галина. Пожалуй, сегодня мы действительно можем съездить.

— Благодарю, Лариса Викторовна! — просияла Натали.

— Право, не стоит.

***</p>Оставив Ларису с Левушкой в саду, Натали вернулась домой. Перво-наперво она спросила у лакея Марко, уехал ли Григорий Петрович, и тот ответил, что пан отбыл уже около получаса тому назад.

Прекрасно, — усмехнулась про себя Натали. До обеда осталось не так долго, а потом они с Ларисой соберутся и поедут в Нежин. Думается, этого времени Григу окажется более чем достаточно, чтобы вволю порезвиться со своей потаскушкой, и они с Ларисой застигнут голубков прямо в их уютном гнездышке.

— Пани, — в гостиную заглянул Фрол, — там пожаловали пан Косач.

— Кто?! — изумленно вскричала Натали.

— Алексей Федорович, — невозмутимо ответил Фрол.

— Что ж, проси скорее! — Натали непроизвольно повернулась к зеркалу, поправила прическу, и быстро разгладила складки платья.

Надо же, Алексей вернулся! Ну, кто бы мог подумать, ведь он, кажется, говорил, что уезжает чуть ли не навсегда. А ведь он, кажется, тоже был не на шутку влюблен в эту мерзавку Китти.

— Алексей Федорович! — Натали приветливо улыбнулась вошедшему в гостиную Косачу. — Поди, — повернулась она к Фролу, — немедленно доложи о визите пана Косача Петру Ивановичу, он у себя в кабинете. И скажи кому, чтобы Ларису Викторовну тоже позвали, она с Левушкой в саду гуляет.

— Сию минуту, пани! — поклонился Фрол.

— Алешенька, — Натали протянула Косачу руку, — вы не представляете себе, как я рада вас видеть!

Он изменился: возмужал, стал несколько шире в плечах, зачем-то отпустил усы, которые, надобно заметить, несколько старили его, а еще, казалось, совершенно разучился улыбаться.

— Да и я счастлив вернуться в родные пенаты, Наталья Александровна, — сказал он. — Вы теперь, как я понимаю, пани Червинская? Примите же мои сердечные поздравления!

— Благодарю, Алешенька! Я пока в этом доме на положении молодой хозяйки. Пани у нас — супруга Петра Ивановича, как и подобает по обычаю.

Алексей наконец-то улыбнулся, став на мгновение собой прежним: юным и прекрасным гусаром, который когда-то в детстве посвящал им с Лидди стихи.

— Жизнь не стоит на месте, не так ли? — он вновь поцеловал ей руку.

— Вы правы, дорогой Алешенька!

— Бог мой! — радостно воскликнул Петр Иванович, входя в комнату. — Сколько лет, сколько зим, Алексей Федорович! Вижу, вы вернулись домой, овеянный славой, выражаясь языком поэтов.

— Доброго здоровья вам, Петр Иванович! — Алексей сердечно пожал ему руку. — Да, довелось побывать, как говорится, в деле… Рука, изволите видеть, все еще побаливает, — он протянул вперед левую руку и несколько раз сжал и разжал кулак.

— Ранены были? — сочувственно взглянула на него Натали.

— Пустяки, — отмахнулся Алексей.

— Оставайтесь с нами обедать, Алексей Федорович, — пригласил его Петр Иванович.

— Благодарю, — отозвался он, — но у меня сегодня еще так много дел. Сами понимаете, хозяйство требует строгого надзора. Я ведь что заехал-то к вам, Петр Иванович: мне бы хотелось справиться о воспитаннице покойной Анны Львовны, вашей крепостной Китти.

Натали вздрогнула, услышав это имя, неужели Алексей до сих пор страдает по этой… девице легкого поведения? Она заметила, как свёкор еле заметно усмехнулся, очевидно, подумав о том же самом. Он не успел ничего ответить Алексею, потому как в ту самую минуту в комнату вошла Лариса в сопровождении Галины, которая несла на руках Левушку.

Алексей, которого Петр Иванович сразу же представил своей жене, вновь принялся поздравлять семейство Червинских с прибавлением, пожелал всем всяческих благ, а после все-таки согласился отобедать.

Что ж, злорадно подумала Натали, так даже лучше, потому что сейчас Петр Иванович узнает, что Григ вновь тайком улизнул из дому. Это ей, конечно же, только на руку. Ну, а там вскоре придет время, и Алексей также узнает об истинной натуре своей драгоценной Китти.