ღЗакохавсяღ (2/2)

”Такий ніжний. Так шкода його розбещувати... </p>

Він так ласки випрошує, ну як не приголубити це кошеня?”</p>

Он проводит рукой по худому плечику, груди, талии, округлым бедрам, возвращаясь назад, оглаживая парня действительно так, словно тот котенок. Мише было приятно от движений горячей ладони, но и очень стыдно, потому что быть вот так полностью обнаженным, еще и перед мужчиной, который тебе нравиться - слишком волнующе.

- Не стесняйся, так. Я же не съем тебя, мышонок, - целуя того в темную макушку, шептал брюнет, - Я буду нежен. На брудершафт?

- Що? - непонимающе спросил парень и вдруг почувствовал у себя там ласковое прикосновение, - Ммм! Олексій Миколайович, в-відпустіть! Ааай! Ааах! - застеснялся тот.

- Для тебе Льоша. Просто Льоша, - прошептал тот ему на ухо, соединяя их плоти вместе.

”Мені так добре, що аж С О Р О М Н О!!!”</p>

Подоляк зажмуривает до боли свои глаза, отдаваясь во власть ощущениям, которые были ни с чем несравнимы - Алексей касался его мягко, медленно водя большим пальцем по розовой головке, затем взял и его ладонь в свою, накрывая ими их обе плоти вместе.

- Ааах! Льо... Льоша... Мммм!

”От того, как Михасик выстанывает мое имя, </p>

можно уже позорно обкончаться...”</p>

Миша тыкался своими губами, как слепой котенок, в линию челюсти, щеку, уголок губ, Люцифера, на что тот умиленно улыбался - в груди становиться очень тепло от тех неловких касаний, подаренных этим кареглазым котиком.

- Михась, ти такий ніжний... - ищя своими губами, чуть пухлые уста Подоляка, шептал низко бизнесмен, чувствуя, что уже вот-вот и его накроет, - Моя мишка маленька.

По Михайлику тоже было видно, что он почти на грани, по неуверенным движениям на встречу - его бедра так и поддавались ласковой руке, дабы та сделала приятно еще больше.

Но в какой-то момент кареглазый ощущает, что становиться слишком хорошо и от этого непроизвольно вырывается звонкий, протяжный стон, который спрятать, из-за скопившегося удовольствия внутри, не выходит.

Их ладони запачканы семенем друг друга, полуобмякшие плоти все так же прикасаются друг к другу, вызывая тонны мурашек под кожей, а губы сливаются в поцелуях. Один за другим... Совсем невесомые, нежные, переходящие в глубокие и жадные.

Арестович достает влажные салфетки и вытирает с себя и мальчика остатки спермы, затем, откинув мягкое одеяло, укрывает их обоих.

- За що ти тільки дістався мені такий? Ангелочок...

- Чого ви так кажете? Ви ж не є поганий.

- За свої гріхи я би вже давно мав палати в пеклі... А тут доля мені такий сюрприз припіднесла.

- Я простий хлопець. В мені нема нічого такого, що б могло здатись вам цікавим. Я не є таким красивим, як Рома, чи ше хто.

- Рома? Красивий? Пфф... Та він просто пустишка. Він не вартий й твого мізинчика.

- Ви смієтесь з мене, так?

- В тобі є те, чого не мав жоден з моїх коханців і партнерів. Вірність. Абсолютна вірність і відданість. Я тобі вірю, коли ти говориш, що любиш мене, адже твоє ”кохаю” - це не пусті балачки. Ти в буквальному сенсі готовий пожертвувати собою заради мене. Ти стільки разів вже рятував мене... - говорил Леша, переплетая под одеялом пальцы мальчика со своими, - Ти закрив мене від куль. Мене - жорстокого вбивцю і бандита, не задумуючись. Як я можу зараз насміхатись з тебе? Ти думаєш, в моєму оточенні так багато людей, які готові заради мене на те, що й ти?

- Все рівно, в вас більше світлого, ніж темного. Я так бачу, я так відчуваю... - крепче прижимаясь к мужчине, говорил Миша, украдкой целуя его в ямку между ключицами.

- Ти занадто ідеалізуєш мене, янголятко. Ти ж мене зовсім не знаєш.

- Мені вистарче того, що ви зробили для мене. Я ж думав... Я тоді так боявся вас.

- Ну і нашо мене боятись? Мишка моя полохлива, ти мені іноді так Хамелеона нагадуєш, ті ваші недовірливі погляди, чорні, великі очі, навіть слова...

- Ой, ні-ні-ні, у мене з ним точно нічого спільного немає, - заворочался взволновано мальчик.

- Да нет, есть, - целуя того в висок и крепче обхватывая за талию руками, сказал Алексей, - Он мой самый близкий человек. Я безмерно дорожу им. Он никогда не ослушивался меня, всегда давал дельный совет... Михаил мне, как старший брат. Только жизнь у него совсем не сложилась. Из-за девицы одной.

- А що сталось? - с нескрываемым любопытством спросил брюнет.

- Мы когда-то давно, лет 20 назад на Волынь катались - заданицо одно было. Тогда всеми делами еще руководил мой папа и вот что-то там не сошлось с местными ребятами. Ми, тогда еще парни горячие - мне - 17, Мише - 27, погнали разбираться. И он там девочку встретил - Надю. Простенькая, светленькая с голубыми глазами. Короче влюбился по уши. Все было хорошо, он ее в Киев забрал к себе, но она не знала, что Миша связан с моей семьей, а когда узнала, всячески отговаривала его бросить все это.

- А почему же он не согласился? Видать, не сильно он ее любил.

- Любил не то слово. Он был помешан на ней. Я тогда еще совсем зеленый был, не понимал его, смеялся даже с того, как он постоянно говорил: ”Я хочу, чтобы Надюша родила мне маленького”. Я его даже ревновал тогда к ней и к этому несуществующему ребенку, поскольку привык, что все внимание Хамелеона было направлено всегда на меня.

- А у них так и не получилось завести ребенка?

- Не-а. Наде врачи бесплодие диагностировали, но Мишу это не остановило, он верил, что все возможно. И все носился с ней, баловал, повсюду таскал с собой, за обучение платил... Но тут нарисовался ее папаша.

- І що після того сталось?

- Ох уж и противный тип этот Вася был. Он Мише нос сломал и чуть не пристрелил его, когда узнал в каких делах тот замешан. И увез Надю, не давая им встречаться, грозясь сдать его.

- Но почему он не сопротивлялся? Почему не вернулся за ней? - чувству,я как дрожит голос, и, подступают к глазам непрошенные слезы, спрашивал Подоляк.

- Дела тогда были совсем плохи. Ребята с Волыни оказались намного круче и проворнее, чем тогда считал мой папа. Спустя годы они до Киева перебрались, расширили свою группировку и нас всех чуть не убили. А Хамелеону каждый раз приходили весточки с угрозами, мол, порежут на куски его красавицу, когда найдут. Вот он и решил отказаться от нее. А теперь вот мучиться, никак не может забыть ее. Какая-то роковая женщина эта Надійка.

- А почему он потом не захотел разыскать ее? А сейчас?

- Он думает, что она давно счастлива и без него... А вообще, херню делает Хамелеон, если так ее любит, так почему не побороться? Теперь многое поменялось. Теперь уже не будет так, как раньше, и папаша ее не помеха, небось уже помер дед старый. Ладно, не будет об этом. Михась? Михась, что с тобой? - взволновано спросил мужчина.

Подоляк горько плакал и всхлипывал от услышанной истории, он понимал - прошлого не вернешь. Ненавидеть деда? А смысл? Что с той ненависти? Мстить ему? Кричать на него? Винить? Как было раньше уже не будет никогда - Михасик это знает.

Но именно по вине дедушки, который еще и все детство унижал его и относился к нему, как к бродячей собаке, Миша остался без папы, а мама без любимого. Да, пусть Хамелеон был не идеален. Пусть он бандит, пусть в нем и было плохое! Но кто здесь ходит по этой земле святым? Пусть он был и есть убийцей... Но он отец. Но он любимый человек.

</p>

Коханих не розлучають!</p>

А батьків не вибирають!</p>

- Котенок мой, я тебе больно сделал? Напугал тебя? Скажи, что не так? - вытирая слезы с пухлых щек брюнета, спрашивал Люцифер, - Малыш?

- Все н-нормально, просто... Просто іс-сторія сумна д-дуже.

- Зря я тебе рассказал, не думал, что так расстрою тебя.

- Нет-нет, в-все уже п-почти в порядке.

- Мышонок мой, - прошептал Алексей и нежно поцеловал того в макушку.

Леша уже больше пяти лет не засыпал ни с кем в этой комнате, в этой постели... Он уже столько времени никого не пускал сюда - потому что не доверял. Никому не доверял. А этот мальчик - это, как лучик света, в той непроглядной тьме, в которую Арестовича погрузила судьба.

”Я закохався в вас” - вспоминает мафиози, чувствуя, как сердце радостно скачет, и потом, совсем тихо-тихо, шепчет на маленькое ушко спящему Михасю:

- І я закохався в тебе, мишка моя.

За-ко-хав-ся</p>