Клетка (1/2)

Я шёл вслед за Миледи, а в груди бешенно колотилось сердце. Неужели я в самом деле собираюсь изменить своему милому Агнцу с…

Я бы сказал, что Миледи вполне себе хороша собой. Но моё сердце уже принадлежит другому. Как и остальные части моего тела.

— Ты какой-то замученный, — овечка остановилась и смерила меня оценивающим взглядом. — Что, в штанах пусто? Так это не проблема.

Проблема в тебе, жалкое ты животное.

Но вот мы вошли в её покои. Или храм? Без понятия, тут абсолютно всё по-иному. Хоть и восстановленный, но другой храм.

Не могу понять, что тут не так?

Своды храма подпирают огромные грибы, заменяя колонны (что, я считаю, не очень логично, а вдруг засохнут? Развалится всё тогда), всюду здесь и там мерно покачивались на цепях клетки. Некоторые были прикрыты тканью, остальные же — свободные.

— Эй, я здесь! — Миледи отвлекла меня от изучения архитектуры храма (отвратной на мой взгляд). — Здесь самое прекрасное — это я.

— Только здесь, — краем глаза заметил шевеление под одной из тряпок на клетке. Там кто-то есть. Миледи развернула моё лицо к себе:

— Что такое? Неужели я тебе не нравлюсь? — я как будто обидел её.

— Не особо, а что там? — я указал на клетку. Овечка надула губки. Раз уж мне всё равно придётся изменять Агнцу, так хоть над её самолюбием поиграю.

— Ничего такого, но можешь посмотреть, если хочешь, — я её здорово обидел. Но, влекомый любопытством, подошёл к одной из клеток и стянул полотно ткани.

Внутри, скрючившись, смотря четырьмя глазами в одну точку, лежала моя дорогая сестра Хекат. Худая от голода, уставшая и изнеможденная. Она почти ничего не соображала, а когда я её окликнул, даже не среагировала.

— Да как так можно…

— Она травила своих последователей голодом, вот я и поступила с ней также, — пожала плечами Миледи. Я вновь взглянул на овечку. Упитанная, сочная. Так бы и вырвал клок мяса.

— Ты чудовище, — я собирался открыть клетку и достать оттуда Хекат, но…

— Стоять. Ты же не собираешься сделать то, о чем я подумала?

— Прости, мысли читать не умею, — и я сорвал с петель замок, благо сил у меня достаточно.

— А ну стоять! — и эта овечка бросилась на меня. Как остроумно, сражаться с самой смертью. Повисла в воздухе в цепях, как жаль. Мне даже усилий прилагать не пришлось — одной мысли было достаточно.

Если бы я своими глазами не видел, в каком плачевном состоянии моя сестрёнка Хекат, я бы ни в жизнь не стал бы с ней сражаться вот так халтурно. Но епископ слаба, а потому и власть короны будет слабеть. Уж так заведено, ничего не попишешь.

Я осторожно достал из клетки Хекат, уложил на мягкие подушки и напоил одним из целебных снадобий Баала, а затем пошёл открывать другие клетки.