Часть 48 (1/2)

Розэ

Я бы предпочла и дальше просто сидеть с ним в этой умиротворенной тишине, слушая уютный треск поленьев в камине, но один вопрос все ещё не давал мне покоя и он, к сожалению, был самым важным.

— Почему твои слуги называют меня твоей невестой? — тихо спросила я, подняв на него глаза.

— Потому что так и есть, — легко улыбнулся Чонгук, словно это было само собой разумеющимся.

— С каких пор? — я недоверчиво уставилась на него, но он оставался все таким же невозмутимым.

— С тех самых, как я привез тебя сюда.

Я замерла, впервые увидев все произошедшее со мной за это время в новом свете ,и вскинулась, выпрямляясь и серьёзно глядя на него.

— Скажи мне правду, Чонгук. Я ведь оказалась здесь не просто так? И ты похитил меня вовсе не потому, что я тебе мешала?

Он насмешливо улыбнулся и заправил мне за ухо выбившуюся прядь.

— А я все думал, когда же ты догадаешься…

— Нет, это просто немыслимо! — сердито фыркнула я, скрестив руки на груди и отстраняясь от него. — А сразу ты не мог мне сказать, зачем я тебе понадобилась и не заставлять меня мучиться от неизвестности?

В ответ на мой возмущенный взгляд он лишь насмешливо вскинул тёмную бровь, склонив голову к плечу

и многозначительно глядя на меня:

— И ты бы мне поверила?

Я замялась, понимая, что он был прав, но это все равно не давало ему права так долго держать меня в неведении.

Видя, что я все ещё хмурюсь, он снова вздохнул и тихо сказал:

— Я должен был найти тебя и доставить сюда до ночи Серебряного полнолуния, но ты облегчила мне задачу, открыв на меня охоту.

— Зачем? — я подозрительно покосилась на него.

В его лице не дрогнул ни один мускул, когда он ответил:

— Чтоб провести обряд.

— Той ночью в озере?

— Да.

— Что ты сделал, когда провел его?

— Связал наши души серебряной нитью в этой жизни.Только так я мог запустить исполнение пророчества.

— Так выходит, что все это время охота велась на меня?

— Прости, малышка. Но нам было предназначено встретиться. Так сказано в пророчестве, написанном ещё до нашего рождения, и мы не могли избежать нашей судьбы. Рано или поздно она бы все равно привела нас друг к другу.

— Пророчество? То, о котором говорил Лэй?

— Да, — Чонгук кивнул, серьезно глядя на меня.

— О чем оно?

— О богине- созидательнице и защитнице всего живого, которая, явившись в этот мир, прекратит все войны и раздор, и о её верном спутнике и хранителе — черном волке. О нас с тобой, Розэ.

Я замерла, слушая его глубокий бархатный голос, словно рассказывавший древнюю легенду, в которой мы с ним каким-то образом оказались главными героями. И это все ещё не укладывалось у меня в голове.

---- Чонгук... Кто ты?... - зачарованно шепнула я, и на миг мне показалось, что на меня смотрят серебряные глубокие глаза моего верного стража из древних времен. Моего верного Волка. ---- Кто ты на самом деле?..

И, словно переплетая настоящее с далёким прошлым, сидящий рядом со мной мужчина тихо произнёс, глядя мне прямо в душу ласковым звёздным взглядом :

---- Я твой Волк, малышка. Твой защитник. Твой хранитель. Твой любимый...Я... Твой...

От его тихих слов, произнесенных бархатным, чуть хриплым полушепотом, сердце сбилось с ритма и стало трудно дышать, ведь все, что он сказал, отозвалось где-то в самых дальних уголках моей души, поднимая на поверхность давно забытые, запретные чувства...

С трудом вырвавшись из плена его ласковых тёплых глаз, я заставила себя отвести взгляд и покачала головой, уставившись на свои сцепленные на коленях руки,тихо спросив:

— Ты ведь понимаешь, что мне трудно поверить в эту сказку? — я скептически взглянула на него, понимая также и то, что независимо оттого, верила я в это или нет, произошедшее между нами той ночью в гроте навсегда изменило наши жизни.

— Понимаю, — он мягко улыбнулся, не сводя с меня глаз, — Но тем не менее ты носишь этот кулон, символизирующий триединую лунную богиню, одним из воплощений которой являешься, и в глубине души ты уже мне веришь, потому что твоё сердце знает, что это правда. Оно знает меня, так же, как и ты, хоть и боишься признаться в этом даже самой себе, — он коснулся указательным пальцем кулона на моей шее и медленно провел ниже, остановившись над солнечным сплетением, неотрывно глядя мне в глаза и заставив вздрогнуть и затаить дыхание.

— Это ничего не значит. Это всего лишь кулон, который подарила мне бабушка, но она никогда не говорила ни о чем подобном.----упрямо заявила я.

Чонгук мягко улыбнулся:

— Ей и не нужно было об этом говорить.Ей достаточно было знать, кто ты на самом деле. Ведь всему свое время и никто не может уйти от своей судьбы.

— Сумасшествие какое-то, — я покачала головой, но его улыбка стала ещё мягче, когда он наклонился ко мне и легонько поцеловал в висок, шепнув:

— Ты была предназначена мне ещё до своего рождения в этом мире, так же, как и я был предназначен тебе. Всегда только тебе.Из жизни в жизнь, из эпохи в эпоху. Всегда вместе… Мы были отданы друг другу в Ином мире и наша связь нерушима, несмотря ни на что. Благодаря ей я всегда найду тебя, даже через время и расстояние.

Я зачарованно смотрела на него, чувствуя, как тепло его проникновенного ласкового взгляда обволакивает меня с головы до ног, согревая сердце, но в то, что он говорил, было так трудно поверить.

— А как же… ДжиЭн?..- выдохнула я едва слышно, понимая, что этим вопросом все испорчу, но смолчать не смогла.

Чонгук вздрогнул, словно даже упоминание о ней все ещё причиняло ему боль, и посмотрел на меня:

— Что ты имеешь в виду?

Сделав глубокий вдох, как перед прыжком в попасть, я шепнула, глядя ему прямо в глаза:

— Ты все ещё любишь её?

Он замер и прикрыл глаза, а его

молчание, последовавшее за моим вопросом, было тяжёлым и донельзя красноречивым, и моё сердце болезненно сжалось, ведь я понимала, что такие сильные чувства не проходят бесследно.

В его глазах плескалась давняя боль и горечь, но его голос был твёрже стали, когда он глухо произнёс:

— Я не могу любить предательницу. Она — моё прошлое, которого никогда не должно было быть. Я однажды ошибся, приняв желаемое за действительное, и дорого заплатил за это. Больше я не совершу подобной ошибки.

— Такие сильные чувства не проходят бесследно… — тихо шепнула я, понимая, что какая-то часть его сердца всегда будет тянуть его в прошлое, в которое мне не было доступа.

— Не проходят. Но предательство оставляет на сердце шрамы, превращая даже самую сильную любовь в ненависть, — глухо выдохнул он, отводя глаза, которые подернулись мрачной туманной дымкой, вновь сделав его чужим и далёким.

Я замерла, позволяя ему утихомирить давних демонов, растревоженных моим вопросом, а затем тихо произнесла:

— Чонгук, прости… Но я не хочу, чтоб какое-то пророчество, о котором я не имею ни малейшего понятия, управляло моей жизнью и диктовало мне, кого любить.

Он вздохнул, словно был заранее готов к подобной реакции и мягко произнёс:

— Ты можешь сопротивляться сколько угодно, Розэ, но это сильнее нас. Поверь, я знаю, о чем говорю. В конце концов все будет так, как должно быть. И… — он приподнял моё лицо, заставив посмотреть на него, и его дерзкая мальчишеская улыбка заставила встревоженных бабочек восторженно забить крылышками у меня внутри, не предвещая мне ничего хорошего.

— Я ведь уже тебе нравлюсь, правда? — вкрадчиво мурлыкнул он, довольно усмехнувшись, когда я тут же вскинулась и выпустила иголки, как всегда делала в ответ на его откровенный флирт:

— Неправда!

Тихий смех, ласковое:

— Лгунишка, — и я уже снова готова была метать молнии глазами.

— Да ну тебя! — возмущённо пискнула я , стукнув его в грудь, но он без труда поймал мою руку, все ещё тихо посмеиваясь, и ,притянув меня ближе, положил подбородок мне на плечо, миролюбиво мурлыкнув:

— Ну хватит, малышка, не злись.

— Тогда не провоцируй меня!

— Хорошо, хорошо, не буду, птичка, успокойся. Тебе нельзя нервничать, иначе голова разболится.

Я фыркнула, не купившись на эту внезапную заботу, и отвернулась от него, всем своим видом демонстрируя, что все ещё обижена на него.

Но он тоже не спешил ничего говорить, просто сидел и тихо дышал мне в шею, отчего успокоиться было практически невозможно. Но его похоже, все устраивало.

Наконец, не выдержав этой тишины, я выдохнула:

— А ты? Разве ты не сопротивлялся? Неужели так сразу принял то, что какую-то девушку выбрали тебе в пару без твоего согласия?

Он задумчиво улыбнулся, глядя в огонь, а потом перевёл на меня такой же пылающий серебряными искрами тёплый взгляд:

— Нет. Когда я узнал о том, что где-то меня ждёт девушка, предназначенная только мне, та, с которой мы были неразрывно связаны от начала времен, та, что нуждается во мне, я понял, что должен её найти. К тому же, я всегда чувствовал эту тягу и тоску, сам не понимая, о ком тоскую. И все это время это была ты. Я слышал зов твоей души и шёл на него.И сейчас я жалею только о том, что мне понадобилось столько времени, чтобы найти тебя...

Я покачала головой, с трудом вырвавшись из плена ласковых серебристых глаз, смотревших на меня с таким неприкрытым обожанием, что я не знала, как на него реагировать. Всё это было слишком.

— Я правда не знаю, что сказать.

— Не говори ничего, птаха. Я понимаю, что тебе нужно время, чтоб свыкнуться с этой мыслью. И я дам тебе его. Я не собираюсь торопить тебя и к чему-то принуждать. Но… ты можешь отрицать это сколько угодно, но я знаю, что заставляю тебя волноваться и желать большего… и я дам тебе все, что захочешь, стоит тебе только попросить…

Его тихий вкрадчивый шёпот действовал, как наркотик, стремительно проникая в мою кровь, но я все ещё пыталась сопротивляться.

— Я не собираюсь ни о чем тебя просить! — я попыталась отстраниться, но он не позволил мне этого сделать.

— Это скоро изменится, — уверенно заявил Чонгук, пряча улыбку в уголках мягких губ.

Я сердито глянула на него, прошипев:

— Более самоуверенного типа я в жизни не встречала!

— И не встретишь, я такой один, — нет, Черный Волк определённо был мастером по доведению меня до белого каления, а эта самодовольная улыбка просто выводила меня из себя.

— Кто бы сомневался! Таких самовлюбленных наглецов свет ещё не видел! Ты всегда получаешь то, что хочешь?

— Всегда, птичка, — расслабленно усмехнулся Альфа, откидываясь на спинку дивана и утягивая меня за собой, — Даже не сомневайся.

— Господи, за что мне это? — простонала я, уронив голову на руки.

Его тихий смех, раздавшийся над моей головой, каким-то образом все равно звучал успокаивающе.

— За то, что гонялась за мной. Теперь разбирайся с тем, кого поймала.

— Что — то мне подсказывает, что даже если б не гонялась, ты бы меня все равно нашёл, — я устало вздохнула и устроилась у него на груди, прикрыв глаза.