2) Смерть за смертью (2/2)

— Нет, боль от ритуалов Джашина!

— Так, стой. Они же оба мимолётны, хм…

— Кстати да…

— С кем я работаю?.. — сероглазая страдальчески запрокинула голову, выдыхая сухой воздух. На всю пещеру послышался громовой голос Пейна, сообщающий, чтобы все закрыли рты и сконцентрировались. Впереди несколько бессонных дней и ночей, поэтому нужно отдать всего себя, чтобы закончить побыстрее…

Когда же наконец тяжёлая туша Исобу с грохотом упала на землю, светловолосая вздохнула с облегчением.

Лидер сказал что-то подчинённым напоследок, но куноичи не особо его слушала. Голлограммы стали исчезать одна за другой, пока в пещере не остались два реальных человека, оными были Хару и Дейдара, и ещё одно изображение.

— Я удивлена, что тебя не убили в первые дни, — протянула девушка, аккуратно спрыгивая с мезинца Гедо Мазо.

— Смешишь… — отозвался Хидан, готовясь тоже прервать технику.

— Смотри не умри.

На это джашинист флегматично улыбнулся и исчез из виду. Светловолосая направилась на выход, игнорируя тело Трёххвостого, будто его и не было здесь никогда.

— Пошли, Дей.

— Сам знаю, хм…

***</p>

По прибытию в убежище не было ничего особенного на протяжении часов шести или семи. Где-то на поверхности всходило солнце, но Хару спала, как убитая.

Проснулась она ближе к трём дня. Чужая, явно мужская рука трепала её плечо, отчего сон проходил немного быстрее.

— Я приготовил тебе поесть, — вместо пожалания «доброго утра» (ведь кто когда встал, тому тогда и утро) сказал Учиха. Девушка перевернулась набок, заглядывая в чужие тёмные глаза. Бездонные, тяжёлые…

— С чего такая надобность?

Светловолосая приняла сидячее положение, опираясь руками о кровать и всё так же заспанно смотря куда-то в область груди Итачи.

— Все настояли на том, чтобы я приготовил что-нибудь, а ты просто дольше всех спала.

Мозг как-то отказывался принимать в себя информацию, из-за чего куноичи было сложно уловить смысл услышанных слов. Когда же до неё дошло, что она проспала, сероглазая тяжело вздохнула, поднимаясь с постели.

— Все — это кто? Кисаме и Дейдара?

— Ну по сути да.

Они с брюнетом уже шли по коридору и молчали. Каждый думал о своём, но какая-то неловкая пауза всё же проскальзывала.

— Хару?

— М-м? — она повернула голову в сторону гения клана. На его лице читалось такое же отсутствие эмоций, странно отражающее девушку.

— Я очень долго думал, — начал тот. — Я хочу загладить свою вину перед тобой, — слова не хотели вырываться наружу, хотели остаться в мыслях своего хозяина, но тот всё же выговаривал их, хоть и со скрываемым трудом.

— Я слушаю, — косо посмотрев на темноглазого, сказала младшая.

— У вас же с Мадарой было что-то, я прав? — он прошёл ещё пару метров, замирая, когда понял, что куноичи остановилась. Обернувшись назад, обладатель шарингана скользнул взглядом по светловолосой. Глаза её смотрели в пол, брови сведены, когда же она подняла серые безжизненные очи на старшего, взглянула с какой-то даже ненавистью.

Бесполезно было давать отрицательный ответ — Ита видел все собственными глазами, как они с мужчиной почти поцеловались, да так откровенно, не похоже на что-то спонтанное.

— Допустим, но я не хочу больше ничего слышать о нём.

Она завернула на кухню, задевая парня плечом. Помещение было пустым, так что Учиха без напряга поспешил за девушкой, дабы объяснить.

— Я могу создать гендзюцу, в котором вы с ним проживёте полную и счастливую жизнь… — его речь оборвалась. Отчеканив всё это на одном дыхании, брюнет стоял и смотрел на сероглазую, протянув к ней руку. Итачи не очень хотелось упомянать, что после этого он должен будет убить её, дабы та не разорвалась от осознания, что та жизнь — лишь иллюзия.

— Ты понятия не имеешь, что он за человек, — чуть морщась, ответила светловолосая, даже палочки чуть треснули в её руке. Она взяла кусочек говядины из сукияки, которое пахло достаточно аппетитно, и положила в рот, всё с тем же вырожением лица поглядывая на замеревшего Учиху. — Ты не знаешь его.

Брюнет подошёл ближе к столу, присаживаясь и тоже беря в руки палочки, видно не ел ещё. Хоть одно успокаивало Хару, а именно то, что блюдо было вкусное, ведь обычно на завтрак, обед и ужин был безвкусный рис и ещё что-то.

Но куски не хотели пролезть в горло, ощущение присутствия другого человека сильно давило, отчего даже желание поесть пропадало. Но голод был сильнее какого-то там аппетита, поэтому куноичи ела.

Их весьма молчаливую трапезу прервал вылезший из стены Зетсу. Он посмотрел на нукенинов-коллег и выдохнул.

— Зачем пришёл? — спросила сероглазая, дожёвавыя очередной кусок говядины.

— Мне необходимо сообщить вам очень важную вещь, — Широ на мгновение замялся, но тут же продолжил. — Какузу мёртв, а Хидан… Скорее всего тоже.

Кулаки сжались на автомате, ломая две деревянные палочки напополам. Взгляд, устремлённый в стол становился всё тяжелее.

Каждый из них умирал, и светловолосая знала, что смерть настигнет и её, это лишь вопрос времени…