7. We're supposed to be friends forever (2/2)

— Доктор Ван, — из размышлений его выводит медсестра. — Я приглашаю первого пациента?

— Да-да, конечно, — кивает Ибо, бросая быстрый взгляд в правый нижний угол монитора компьютера, сверяясь со временем.

К приемным дням у Ибо особое отношение. Он понимает, что это та деятельность, которая необходима, но при этом не любит их. Ему больше нравится работать в стационаре, да даже дежурить в ночную и то более приемлемо.

Приемные дни страшны тем, что помимо пациентов, которые действительно нуждаются в помощи онколога, приходит достаточно много людей, которым надо или к другому врачу, или к психологу вследствие обострения синдрома дефицита внимания. По иронии судьбы, последние чаще всего самые скандальные.

Так Ибо объясняет уже третьему подряд посетителю, который пришел на повторный

прием, что голова у него болит не из-за придуманной опухоли мозга, а из-за повышенного давления, что в его возрасте не редкость, и дает рекомендацию обратиться к терапевту для подбора соответствующих препаратов.

— Я наверное настолько безнадежен, что вы не хотите меня лечить. Просто спихнете другому врачу, чтобы на вашем счету смертей поменьше было, — высказывает ему пациент, упираясь кулаками в бока и явно считая, что раскрыл главную тайну всех врачей.

— Мы с вами сдали все необходимые анализы. Ни в одном из них нет даже намека на опухоль. Зачем вы приписываете себе болезнь, которой нет? — теряет терпение Ибо.

— Что вы себе позволяете? — тут же взвивается мужчина, вскакивает со стула и трясет пальцем перед лицом Ван Ибо. — Я буду жаловаться! И требовать другого врача! Нормального!

— Ага, — спокойно говорит Ибо, глядя на мужчину. — Пригласите следующего.

— Беспредел! — выкрикивает мужчина уже в дверях, пугая своим криком парня, который пытается зайти в кабинет следующим. — Откуда таких бестолковых врачей набирают?!

— Начитаются гугла, поставят сами себе рак и бегают доказывают, что они больны. Странные… — говорит Ибо, обращаясь вроде бы к медсестре, а вроде бы и к самому себе.

— Я тоже не понимаю, — соглашается девушка. — Сказали же, что ты здоров! Радуйся жизни. В чем проблема? Здравствуйте.

Последнее обращение относится к парню, за которым только что закрылась дверь в кабинет.

— Здравствуйте, — тоже поворачивается к вошедшему Ван Ибо, быстро окидывая взглядом парня. На вид лет двадцать пять, высокий, сильно худой. Ибо не узнает его — это точно не его пациент, но лицо почему-то кажется знакомым. Взгляд соскальзывает на маленькую родинку под нижней губой, и в памяти проносится узнаванием. Ну конечно. Тот парень из аэропорта, на которого Ибо позволил себе подзалипнуть. Только вот что он делает в кабинете онколога? Может решил удалить эту самую родинку. Если так, то Ибо воспользуется служебным положением и придумает медицинскую причину, чтобы оставить родинку там, где она есть. В конце концов, парень перед ним настолько красив, что хоть как-то менять сие божественное творение — кощунство. Ибо медленно выдыхает и поворачивается к монитору. Мысли, конечно, веселые, но как врач он не может выдумывать противопоказания. Это ребячество. Ибо просматривает профиль пациента и жалобу с которой тот пришел. — Господин Сяо Чжань, 30 лет. Подозрение на лейкоз.

На последней фразе сдавливает горло. Ибо поднимает взгляд на парня перед собой, рассматривает его теперь куда более цепким взглядом. Теперь он знает, что искать.

— Присаживайтесь, — говорит Ибо, указывая на стул перед собой. — У вас направление к нам, значит вы обратились к терапевту ранее. Результаты анализов с собой?

— Да, — кивает Сяо Чжань. Ибо пытается понять причину его бледности — это признак обычного волнения или симптом анемии? — Вот пожалуйста.

Он укладывает бланк перед Ибо, мнется с секунду, а затем выкладывает еще несколько похожих — все результаты анализов.

— Я сдал их несколько раз. Думал, что врач ошибся, — признается Сяо Чжань, снова складывая руки на коленях.

— Критическое мышление — это хорошо, — тянет Ибо, тем временем просматривая результаты анализов и сверяя их между собой. Хмурится. — Расскажите, почему решили обратиться к врачу? Как сейчас себя чувствуете?

— Я… В общем-то ничего такого серьезного. Я просто начал сильнее уставать на работе, общая слабость появилась, ломота в теле. Пару раз на работе кровь из носа пошла. Температура поднималась еще несколько раз. Вот я и решил сходить провериться, — рассказывает Сяо Чжань. — Сейчас вроде неплохо. Нервничаю немного.

— А когда первые симптомы почувствовали? — Ибо смотрит на даты сдачи анализов, между которыми больше двух недель.

— Где-то в середине лета. Я еще решил, что это из-за жары.

— То есть прошел август, сентябрь, почти весь октябрь. И еще кусочек июля? — подсчитывает Ибо, смотрит на Сяо Чжаня неодобрительно. — Три месяца, господин Сяо Чжань. Это много. В вашем случае даже две недели — это роскошь. Почему не пришли раньше?

— Я думал, что это ошибка, — честно отзывается Сяо Чжань. Ибо снова упуливается в анализы. Динамика отрицательная. И это паршиво.

— Окей. Судя по анализам, вас направили правильно, — наконец откладывает бланки Ибо, снова глядя на Сяо Чжаня. — Мы с вами поступим следующим образом. Завтра я работаю в стационаре. Придете в первой половине дня, сделаем биопсию костного мозга. Посмотрим, на каком этапе вы находитесь. От вас никакой подготовки не требуется. Процедура займет около получаса. Дня через три-четыре узнаем результат. А пока раздевайтесь, посмотрю ваши кожные покровы и состояние лимфоузлов.

— Полностью раздеваться? — Сяо Чжань поднимается со стула. Ибо бросает на него нечитаемый взгляд.

— Нет. Достаточно до пояса, — Ибо тянется за перчатками.

— И я завтра работаю, — добавляет Сяо Чжань, расстегивая рубашку. — Можно ли назначить биопсию на другой день?

— Нет, нельзя, — говорит Ибо, глядя на то, как Сяо Чжань пытается справиться с пуговицами на манжетах. — Чем раньше мы это сделаем, тем быстрее начнем лечить. Не в наших интересах запускать это. Надеюсь, вам это понятно? Где и кем вы работаете?

Ибо решает не подавать виду, что и так знает ответы на эти вопросы. В конце концов, Сяо Чжань точно его не помнит. Пусть так и остается.

— На досмотре багажа в аэропорту, — отвечает Сяо Чжань, опускает рубашку на спинку стула и чуть ежится.

«Если от смущения, то не страшно», — думает Ибо, поднимаясь со своего места. — «Если от холода, то проблемы с кровообращением, потому что в помещении тепло».

— Я выпишу вам больничный на ближайшую неделю. Но будьте готовы к тому, что этот больничный теперь затянется. И я бы предложил поменять вам работу на более спокойную. Хотя бы временно, — Ибо подходит к Сяо Чжаню, жестом просит поднять руки. — Рентгеновское излучение хорошо на вас не скажется, уж можете мне поверить.

Сяо Чжань в ответ на это молчит. Ибо предполагает, что он явно не в восторге от идеи оставить свою работу. Но здесь иначе не выйдет. Химиотерапия потребует времени, к тому же первый этап всегда проводится в стационаре, а значит нужен или длительный больничный отпуск, либо увольнение совсем. Желательно с компенсацией на лечение.

Ибо прощупывает чуть увеличенные лимфоузлы, что, впрочем, не критично. Размер не выходит за верхнюю границу нормы. Затем осматривает кожу. Хмурится, когда взгляд падает на синяки на плечах, явно оставленные пальцами.

«Или очень страстная любовница», — думает Ибо, касаясь кончиками пальцев отметин, однако не надавливая. — «Или плохая свертываемость из-за пониженного количества тромбоцитов».

— По шкале от одного до десяти насколько сильным было давление здесь? Если «один» — это легкое прикосновение, а «десять» — удар, — Ибо указывает на синяк и бледноватое лицо Сяо Чжаня вмиг захлестывает румянцем. Ибо почти улыбается, однако не дает мысли о том, что этот парень в данный момент очень милый, поселиться в голове. Он его пациент. Надо его спасти.

— Думаю, восемь, — сомневается Сяо Чжань. Ибо задумчиво кивает, думая о том, что в этих синяках нет ничего патологического.

— Одевайтесь. Вы придерживаетесь какой-то диеты? — Ибо стягивает перчатки и бросает их в мусорку, а затем снова поднимает взгляд на пациента. Сяо Чжань очень худой. И Ван Ибо надо знать: это его осознанное желание или симптом болезни.

— Я не особо много ем, а в последнее время совсем нет аппетита, — очевидно понимает смысл его вопроса Сяо Чжань. — Я не худел специально, если вы об этом.

Ибо кивает больше сам себе и поворачивается к медсестре.

— Больничный готов?

Сяо Чжаню выдают на руки листок, его электронная копия отправляется напрямую к работодателю.

— И еще, — Ибо думает о том, стоит ли это говорить, не смутит ли его пациента сие еще сильнее, но не сказать нельзя. — Постарайтесь избегать любых травм. В сексе в том числе.

Глаза Сяо Чжаня распахиваются так, что Ибо вмиг перестает размышлять о том, стоило говорить это или нет. Однозначно стоило, хотя бы ради этого выражения лица. Хочется немного подначить, но Сяо Чжань ему не друг. Сяо Чжань — человек, которому нужна помощь. А Ибо точно может помочь. Поэтому сделает все возможное, чтобы этот парень с аккуратной родинкой под губой и милым смущением выжил.