Глава 3, муки выбора. (1/2)
Гарри Поттер отключался счастливым – отец явился к нему на помощь и своим могучим Патронусом разогнал всех дементоров. Проваливаясь во тьму, он чувствовал, что теперь все будет хорошо!
Пробуждение оказалось совсем не там и не таким. Он ощутил себя маленьким и неуклюжим, а рядом расплывчатые громады фигур.
- Младенчество?! – подумал Гарри Поттер, его мысленное восклицание породило эхо.
Словно находясь в фантастическом кинотеатре полного погружения, Гарри пережил несколько счастливых моментов самого раннего года жизни, когда топтался по голове оленя и держался за его ветвистые рога, когда хватался ручонками за шерсть чёрного пса и катался на нём как на деревянной лошадке, слишком скучной и холодной.
Кто-то словно бы мгновенно перематывал скучную повседневность, делая остановки на чём-то интересном, ему интересном, а не Гарри. Поттер бы нипочём не стал десять раз подряд пересматривать трагический эпизод с нападением Реддла на его родительский дом. Гарри рыдал, умолял спасти, просил остановить, но раз за разом событие прокручивалось перед ним, заставляя обращать внимание на замедления, показывающие срывающиеся с волшебной палочки Реддла заклинания и покадрово ползущий момент развоплощения с остановкой на переливах ощущений в шраме во лбу.
Гарри лишь на двенадцатом разе понял, что от него хочет незримый кинооператор, который после мгновений смерти Реддла вдруг врезал кадры с первого курса, когда просматривающееся в дымном сгустке лицо Реддла пронеслось сквозь его, Гарри Поттера, тело, попытавшись зацепиться и вселиться, но лишь просочившееся сквозь и вызвавшее острую боль во всём теле и в шраме, а следом кадры со второго курса, когда он касался проклятого дневника, с уделением внимания оттенкам ощущений.
Ужас понимания, что он, Гарри Поттер, тоже проклят, причём со второго года жизни, свалился на парня многотонной подушкой. В этом свете становилось понятным, почему у него такая свинская жизнь!
Третий повтор эпизодов, когда он не хотел купаться и сломал стиральную машину в ванной комнате Дурслей, когда он полез к духовке за пирожками, обжёгся и магическим выбросом испортил печь, едва не спалив весь дом, когда он хотел дольше Дадли кататься на трёхколёсном велосипеде и причудливо искорёжил его магическим выбросом в момент снятия с сидения, когда… много этих «когда» случалось, в основном до шести лет – то время Гарри плохо помнил. Теперь нет. Сейчас он видел в своём раннем детстве и плохое, учинённое собой, и слёзы тёти, и её постепенно сходящие на нет попытки заботиться о нём, Гарри Поттере.
Страх перед другими учениками в начальном классе школы словно сковал магию Гарри Поттера, магические выбросы резко сошли на нет. Единичные случаи хорошо запоминались, особенно два последних: мгновенный шаг на крышу при удирании от кузена с дружками, исчезновение стекла в террариуме зоопарка. Уже после второй прокрутки маленький волшебник догадался, что надо обратить внимание на эти спонтанные заклинания, и на третьем разе вновь прочувствовать весь процесс от формирования чёткого желания до его реализации магией.
Гарри Поттер не знал, сколько длился сеанс показа. Он не ощущал голода, не испытывал нужды. Отрок догадался, что «кинооператор» - это наставник, устанавливающий ассоциативные связи, помогающий заметить то, что сам Гарри в упор не замечал. Шаг за шагом его вели сквозь его же собственную жизнь, опуская бытовые моменты, кроме случаев, когда это имело значение в контексте разбираемых жизненных ситуаций, раскрывающих характеры соседей по спальне врезками повторных примеров вредных привычек или следов намеренного обшаривания чужих шкафчиков.
Оказывается, Гарри Поттер не знал огромное количество вещей, о которых выяснил в процессе пересмотра собственной жизни. Начиная от гигиены половых органов и заканчивая вдалбливаемым Снейпом принципом зельеварения, основанном на смешивании магии, особо не важно, в каком носителе.
Начиная с поступления в Хогвартс, процесс пересмотра жизни разделился по темам. Если шла учёба чарам, то прокручивались исключительно воспоминания о любимых уроках у профессора Флитвика и подготовки эссе. Если шёл разбор характера Драко Малфоя, то начиная с первой встречи с ним в салоне мадам Малкин и далее каждый эпизод, от занятий на уроках до, казалось бы, ничем не примечательного пробегания мимо в коридоре на перемене. Поневоле Гарри научился обращать внимание на мелкие детали, раньше совершенно игнорируемые им.
Тот или иной эпизод повторялся раз от раза, пока парень не замечал того, чего хотел от него наставник, ясно давший понять, что не его отец, не его мать, и вообще не его родственник, а случайный попутчик, который позже объяснит о себе, а до этого приходилось смотреть на себя со стороны и сгорать со стыда.
Последний эпизод жизни Гарри Поттера привёл парня в уныние: теперь он с первого взгляда понял, что вовсе не отец пришёл спасать сына, а явился тот самый наставник, прогнавший дементоров оленьим Патронусом.
В следующий миг пацан словно бы проснулся ото сна, обнаружив себя на постепенно останавливающей своё вращение карусели, где на оси вращения крутился золотой гироскоп с песочными часиками, выше воронка, а над ней школьная колба с разновеликими рубинами, внутри которых, подобно колдографиям, проглядывались повторяющиеся воспоминания. Сидел он на крупе оленя из детства, только побольше. Странная карусель стояла посреди перрона волшебной платформы девять-и-три-четверти лондонского вокзала Кингс-Кросс. Свет заливал всё вокруг, кроме хвостовой части, где у огромного колодца кружились двое, пытаясь друг дружку достать: оба в чёрных мешковатых мантиях, только один в белом шлеме, напоминающем погребальную маску фараона, копией которой хвастался Рон, а второй своими чертами напоминал повзрослевшего Тома из дневника; один то и дело метал с палочки зелёные лучи, второй пускал изо рта красные, зелёные и красные при приближении к противнику закручивались вихрем в сторону непроглядно чёрного колодца. На рельсах стоял поезд, не старый паровоз, а как-то виденная в фильме японская электричка с похожими иероглифами. В зелёном огне камина виделся школьный лазарет и его, Гарри Поттера, рука, взявшая с тумбочки остролистовую волшебную палочку, - эпизод застыл, колеблясь во всполохах зелёного пламени.
Опираясь локтем об отделку камина, стоял поджарый светловолосый молодой мужчина в черных брюках, однотонной золотой рубахе с прямым белым галстуком, за поясом висел меч в ножнах – всё помнивший и научившийся подмечать детали Гарри Поттер узнал японскую катану. Мажор некультурно ковырялся в ухе и при этом, как заметил Гарри Поттер, одобрительная ухмылка предназначалась именно ему, Гарри Поттеру. Рядом скромно стояла темноволосая молодая женщина с вьющейся причёской-одуванчиком, в лёгком сарафане со странным цветочным узором, с лежащем в ложбинке меж грудей кулоне в виде бриллиантового кольца на золотой цепочке из пяти сегментов с отверстиями посередь, её туфли на высоком каблуке имели ослепительно белый цвет. Она стыдилась поведения своего кавалера и кротким взглядом просила понять и простить. По другую сторону камина пасся бело-сине-голубой олень, молодой ещё, но уже с рогами, опасно заострёнными вперёд.
Карий взгляд поймал взгляд зелёных глаз:
- Хирако Шинджи, - правой рукой тыкая в себя большим пальцем. – Сиди-сиди, Гарри Джеймс Поттер. Моя собственная помощница Саканаде, - представляя открытой ладонью напарницу. – Твой купленный безымянный помощник, - той же ладонью в направлении оленя. Затем он скривился и ткнул указательным пальцем в другую сторону: - Монстры. Пока безымянный холлоу, мой, и твой холлоу, созданный из правой руки духовного тела по имени Том Марволо Реддл.
Лицо с острым подбородком сделалось серьёзным. Небрежный взмах руки в сторону камина:
- Там магический мир. Тут, - Хирако обвёл всё вокруг, - Мир Магии. Ты на пороге из внутреннего мира своего духовного тела в мир магии своего физического тела. Поезд ведёт в загробное царство Общество Душ, откуда меня занесло сюда силой и волей Хогьёку. Тот колодец – символ духовной дыры, твоей и моей. Нас обоих так или иначе продырявили и подселили этих холлоу. Мой жаждет магических сил. Твой жаждет духовных. Оба вцепились друг в дружку. Магия подстроилась под ситуацию в физическом теле и собрала нас тут вместе для разрешения патовой ситуации. Это место зыбко, бой здесь уничтожит его – уничтожит магию физического тела. Главные договаривающиеся стороны здесь мы с тобой, Хирако Шинджи и Гарри Джеймс Поттер. На повестке наши взаимоотношения. Продолжая сидеть на карусели, ты сохраняешь шанс пережить время сна твоей души.
Вывалив всю эту информацию, Хирако стал ковыряться в носу, складывая колечки из пальцев и отправляя козявки в колодец, отчего оба монстра забавно пытались завладеть ими, мешая друг другу и поэтому пропуская мимо.
- Здравствуйте, Наставник, - Гарри переварил информацию и сидя поклонился. – А поезд рейсовый?
Хирако одобрительно улыбнулся.
- Заказной.