Часть 18 (2/2)

– Какой же ты идиот, Наруто, – устало пробубнил Курама, смотря куда-то вверх. На его голове сидел брюнет с ужасной причёской и весь в крови, но по его голосу и поведению, это никак не мешало ему.

– Да ладно тебе, Курама. Попытаться то стоило. Когда ещё испытал бы технику на таком расстоянии.

– Но не тогда, когда ты её толком то не освоил. Организм не привык к таким нагрузкам. У тебя сердце остановилось, ты знаешь?

– Но ты как всегда меня спас. Спасибо, друг.

Кьюби фыркнул, легонько тряхнув головой, из-за чего Наруто чуть не упал.

– И что теперь?

– Ты умрёшь, а я появлюсь в Конохе, разрушая то место, где ты сейчас лежишь. Надейся, чтобы народу там было меньше. Не хочу быть виноватым, если прихлопну случайно твоих самок.

– Ты уже постарайся, – посмеялся брюнет, почёсывая затылок. – Что, прям вообще шансов нет?

– Не знаю. Яд уже проник в твоё сердце и довольно давно. Не думаю, что людишки успеют вытащить его из тебя. Я чувствую, как яд блокируют регенерацию.

– Значит, будем прощаться?

– Идиот! – тряхнул он сильней головой, скидывая парня. – Ещё рано! Давай просто подождём.

Сверля возмущённым взглядом своего джинчурики, который потирал задницу от ушиба, Курама сильно переживал. Он не хотел, чтобы их история заканчивалась именно так.

– Но если нет шанса, что я выживу, зачем тогда переживать?

– Почему? – спросил Курама.

– Что «почему?»

– Почему ты себя так ведёшь? Ты не боишься умереть? У тебя всё-таки там есть родные. Те, кого ты любишь, по крайней мере.

– А смысл? – вставая и обтряхивая штаны, которые во многих местах были дырявые, он посмотрел на своего друга. – У меня жизнь не задалась с детства. Всё моё взросление сводилось к тренировкам и убийствам. Заметь, после моего ухода, мои предки «завели» ещё одного ребёнка и спокойно жили, не переживая обо мне. Так какого чёрта я должен сейчас переживать о них? Ну, умру я... Через пару годиков забудут и вернуться к прежней жизни.

– Тогда зачем так яро пытался спасти того человека. Было же понятно, что он не жилец.

– Возможно, у него была семья, которая любила его... Я обязан был постараться его спасти.

– Ты всё же глупый человек, со своим странным мышлением, Наруто.

– Какой есть, Ку, – улыбнулся парень.

Они просидели, разговаривая пару часов. В один момент, Курама шевельнул ухом, словно услышал что-то. Он резко поднялся, снова сбрасывая Наруто и замер.

– Эй, это уже не смешно! Зачем так делать-то?

– Тише, Наруто. Я чувствую, как моя чарка вытекает из меня.

– В смысле?

– Впрямом, тупица! Регенерация начинает работать, но всё ещё слабо. Этого не достаточно, чтобы ты поправился.

– Тогда как мне выбраться из под сознания? Я же должен помочь... э-э... самому себе?

– Не знаю я.

Курама ещё немного постоял так, осматривая своё «убежище» внутри Наруто, словно он никогда прежде здесь не был. И когда казалось, что ничего не произойдёт, он хотел лечь, как Наруто вскрикнул.

– Эм, Курама. Что-то не так, – Наруто тряс руками, как будто пытаясь привлечь внимание Кьюби. – Меня будто куда-то тянет.

И в тот же момент он пропал.

***</p>

Наруто открыл глаза и сразу же закрыл их. Всё тело ныло от боли и ран, которые он получил. Тяжело было даже вздохнуть, так как множество костей было сломано. Пролежав пару минут и привыкнув к боли, капитан Анбу приоткрыл глаз.

– Рад тебя видеть, Цу-чан, – прохрипел он, заметив тревожный взгляд Сенджу. – Ты прекрасна, как всегда.

– Слава Ками, ты очнулся, – опуская руку на свою, не маленькую грудь, женщина с лёгкостью выдохнула. – Почему каждый раз когда мы встречаемся после долгой разлуки, мне сообщают, что ты при смерти? В этот раз было слишком опасно, я могла не успеть, Наруто.

– Но всё же успела, я прав? – ухмыльнулся он и начал кашлять. – Я знаю, тебе нравится заботиться обо мне...

– Знаешь ли...

– Мне жаль.

– Что?

– Я в таком состоянии из-за того, что пытался спасти подчинённого.

Цунаде промолчала. Она аккуратно взяла руку своего ученика и погладила по тыльной стороне ладони.

– Я знаю, что ты не будешь просто так рисковать совей жизнью, Наруто. И никаким образом не пытаясь пристыдить тебя или осудить, просто... В этот раз я действительно могла не успеть. Ты был в таком состоянии. Мне... мне показалось, что ты уже... всё.

– Прости меня, Цу-чан. Не могу обещать, но я постараюсь, реже попадать в такие ситуации, – прошептал он, погладив в ответ большим пальцем её руку. Было тяжело говорить через маску. Да и движения были скованы. Он хотел побыстрей вылечиться, чтобы не чувствовать себя таким беспомощным.

Им было комфортно сидеть молча, любуясь друг другом. Цунаде положила голову рядом на кровать, смотря в эти голубые глаза, в которых она тонула, забывая свои проблемы.

Наруто же всегда ощущал теплоту, когда Цунаде была рядом. Он знал, что она всегда поддержит его и встанет на его сторону, чтобы он не натворил. Её приятная улыбка приносила ему душевный покой, который он никак не мог найти.

Их приятную «беседу» прервал стук в дверь, которая после открылась.

– Цунаде-чан, Наруто очнулся? – спросила Кушина, заглядывая в палату. Она даже не заметила, как были сцеплены их руки, акцентировав внимание на приоткрытых глазах сына. Быстро вбежав в палату, она хотела было накинуться на него с объятиями, как дорогу перекрыла Цунаде, расставив руки по сторонам.

– Ты только навредишь ему, Куши-чан.

– Простите меня, – с глупой, но в то же время приятной улыбкой, взволнованная мама, почесала затылок.

« – Видимо это у нас семейное», – подумал про себя Наруто.

– Ничего, просто будь немного сдержанней. Как только наш капитан поправиться, то он весь твой, – подмигнула Цунаде подруге, обнимая ту за плечи. – Ладно, не буду мешать вашему разговору. Через полчасика загляну, принесу нужные лекарства.

– Спасибо, Цунаде-чан, я очень благодарна тебе за спасение моего сына, – поклонилась Кушина.

– Подними голову, дура! – ударив по макушке кулаком, Цунаде вернула своей прежний настрой. – Ещё бы на колени встала, идиотка! В этой семье одни глупцы. Надеюсь, племянница моя не такая...

Выходя из палаты, Сенджу продолжила разговор сама с собой.

– Она всегда так, ты ведь, наверное, уже привык, – Кушина села на место ушедшей женщины.

– Ага, особенно когда была пьяна. Но она пообещала завязать и обещание своё держит.

– Да ладно?! Цунаде больше не пьёт?

– Согласен, сам бы не поверил, если бы не видел всего.

– Ясно... Как ты, сынок? – не удержавшись, Кушина всё же погладила Наруто по голове, взъерошив, уже короткие, волосы.

– Ужасно. Хочу есть, пить, в туалет и к какой-нибудь девушке. Такое чувство, что лет пять пролежал на кровати.

– Ты это о чём? – спросила Кушина, посчитав, что её послышалось.

– Да так, не имеет значения, – засмеялся он, но снова начал кашлять.

– Всё хорошо?

– Да, не переживай, мам. Должно скоро пройти, – прикрыл он глаза, стараясь успокоиться.

Он пролежал так секунд десять, как услышал всхлипы и открыл глаза. Увидев, как Кушина начала плакать, Наруто забеспокоился.

– Что-то не так? Мне вызвать медсестру?

– Как ты меня назвал?

– Мам?

Кушина схватила Наруто за руку и приложила к ней голову, словно молясь на него.

– Прости меня, Наруто. Малыш мой, я так перед тобой виновата.

– Ты о чём, мама? Мы ж вроде решили все наши «проблемы».

– Нет! Я думала, что твоё прощение всё исправит, но... я не могу простить саму себя. Моё сердце разрывается каждый раз, когда я думаю о тебе.

Женщина рыдала, сжимая руку сына.

– Успокойся, мама, – начал он гладить её по голове. – Не кори себя. Всё в прошлом...

Но Кушина не думала успокаиваться.

– Мам, мне нужен отдых.

– Прости! Я... я даже сейчас всё порчу.

– Хватит уже! – не выдержал Наруто и крикнул. – Думаешь, я не хочу вот так забыть всё через что я прошёл? Думаешь, мне легко от осознания, что мои собственные родители выбросили меня словно ненужный хлам, а?! Нужно было думать об этом раньше, а не когда я одной ногой в могиле!

Он так сильно сжал одеяло, что оно затрещало и порвалось. Плотная чакра начала высвобождаться из тела, нагревая воздух. На стенах появились трещины, а приборы заверещали, оповещая о критических показателях пациента.

– По просьбе Орочимару выслушал вас, даже постарался забыть на время ваше предательство...

– Наруто, – Цунаде ворвалась в палату. – Что с тобой?

Сенджу подбежала к ученику, игнорируя накалённую обстановку.

– Кушина, покинь палату.

– Но...

– Кушина, выйди отсюда, иначе я лично вышвырну тебя!

Узумаки, поникла. Она посмотрела на Наруто, который, в свою очередь, отвернулся от неё к окну. Мать хотела протянуть руку, но остановилась. Быстро поклонившись и прошептав слова извинения, она выбежала в коридор.

– Ты как? – спросила Цунаде, дождавшись, пока Кушина выйдет.

Наруто не ответил. Он смотрел в окно, пытаясь успокоиться. Разговор с матерью вывел его из себя, чего он не мог ожидать. Раньше он не злился из-за таких вещей, поэтому стоило спросить об этом своего демона.

– Я вернусь вечером. Надеюсь, к этому времени, ты остынешь.

Цунаде заменила одеяло и вышла, оставляя Наруто одного со своими мыслями.