Глава 55 (1/2)

Ровно в 10 часов Гарри в компании Ремуса, Сириуса и портрета леди Вальбурги переместился к воротам Хайгетского кладбища. Тело Регулуса заранее было доставлено в фамильный склеп Блэков. Организацию похорон Поттер доверил маггловскому бюро ритуальных услуг — у самого гриффиндорца не было ни малейшего желания заниматься материальной стороной вопроса. Гарри было глубоко безразлично, в какой именно гроб положат Регулуса и какой у него будет венок (благо, финансы позволяли отдать всю организационную часть на откуп ритуальщикам, жадно потирающим свои масляные ручонки на подобный карт-бланш).

Вскоре друг за другом раздались два хлопка аппарации, и перед коваными воротами кладбища появились Нарцисса Малфой и Андромеда Тонкс, обе облачённые в строгие чёрные платья с воротником-стойкой и длинными рукавами — традиционные траурные наряды аристократок. Гарри окинул среднюю из сестёр Блэк быстрым взглядом — Андромеда внешне была очень сильно похожа на свою старшую сестру Беллатрису: та же копна густых тёмных волос, изящная фигура и аристократическая осанка. Только вот мягкий взгляд тёмных глаз выдавал в миссис Тонкс натуру добросердечную, чего никак нельзя было сказать о безумной Белле.

— Леди Малфой, миссис Тонкс, — Гарри поклонился обеим дамам. — Благодарю вас, что согласились прийти и проводить Регулуса в последний путь.

— Он был нашим кузеном, — прохладно заметила Нарцисса, наградившая сестру лишь мимолётным взглядом, после чего полностью сосредоточила своё внимание на Поттере. — Я признательна вам, лорд Блэк, что вы решили предать его останки земле так, как того требуют традиции.

— Это мой долг, как Главы Рода, — пожал плечами Гарри, не видевший в своём поступке ничего выдающегося.

До фамильного склепа Блэков, располагавшегося в восточной части кладбища, шли в абсолютном молчании. Гарри старался лишний раз не глазеть по сторонам, не желая случайно потревожить своим взглядом кого-то из усопших: после разговора с Верданди у гриффиндорца развилась своеобразная паранойя. Он перерыл всю родовую библиотеку в поисках объяснения, что же такое Магия Смерти. И, как ни странно, нашёл довольно много литературы по данной теме. Правда вся она находилась в разделе «Некромагия». Изучив несколько книг, Гарри пришёл к выводу, что ему стоит ограничить своё взаимодействие с любыми покойниками от слова совсем во избежание их спонтанного поднятия из могил — армии зомби ему сейчас для полного счастья только и не хватало.

Перед входом в склеп Блэков их ожидал распорядитель из похоронного агентства — сухопарый мужчина в белой рубашке и чёрном костюме.

— Мои соболезнования, — проговорил он, отвесив вежливый поклон, после чего повернулся к Сириусу. — Лорд Блэк, все ваши распоряжения выполнены в точности до последней буквы.

— Прекрасно, — вместо крёстного ответил Гарри, наградив распорядителя максимально холодным взглядом — жалкой пародией на презрительный арктический взгляд Люциуса Малфоя. — Благодарю вас за оперативную работу. А сейчас оставьте нас — всё дальнейшее вас не касается.

Распорядитель отвесил ещё один поклон, на этот раз более низкий и адресованный исключительно Поттеру, после чего поспешно удалился — счёт лордом Блэком был оплачен заранее и в полном размере, так что делать на кладбище мужчине было больше нечего.

Первым спустившись по каменным ступеням вниз, Гарри оказался в просторной усыпальнице, где в стенах в небольших нишах стояли саркофаги с телами всех Блэков, некогда живших на этой земле — благодаря специальным чарам, задействовавшим скрытые слои пространства, создавалось впечатление, что саркофагов всего дюжина, хотя на самом деле их было в разы больше.

В центре усыпальницы на полуметровом каменном постаменте был установлен изящный лакированный гроб чёрного цвета, на алой бархатной подкладке которого покоилось тело Регулуса Блэка, в окружении кремовых роз. Благодаря проведённому Гарри ритуалу это всё ещё был молодой юноша с безмятежным бледным лицом, а не набор обглоданных инферналами костей.

Своеобразная похоронная процессия встала полукругом на расстоянии двух шагов от постамента с гробом. Гарри же подошёл к нему вплотную, встал в изголовье и положил руки по обе стороны от головы Регулуса.

Финальная часть ритуала Упокоения была проста. Гарри должен был прочитать заклинание Отпущения на валлийском языке — оно призвано помочь душе разорвать все связи с миром Живых, даже если у неё здесь остались какие-то нерешённые дела. После этого слово давалось «гостям» — они могли сказать несколько слов усопшему или даже прочитать целую речь, и положить в гроб какой-нибудь предмет — дань древней традиции, по которой покойнику полагался откуп, чтобы он не возвращался из-за Грани и не тревожил живых. Как только все желающие выскажутся, а покойник получит причитающиеся ему дары, Гарри прочитает заклинание Пути, которое должно помочь духу умершего найти дорогу в загробный мир и там непременно встретиться со своими предками. Казалось бы, всё просто. Поттер заранее наизусть выучил оба ритуальных заклинания, благо они были несложные, и на всякий случай даже записал их на ладонях. Но когда у Гарри, с его феноменальным везением, хоть что-то шло по плану? Стоило только отзвучать последним словам заклинания Отпущения, как по склепу пролетел пронзительный порыв ветра, а в следующую секунду слева от гроба возник Регулус Блэк.

«Твою ж мать…» — подумал Поттер, однако особой паники не ощутил. Более того, даже почти не удивился случившемуся, подспудно ожидая какой-нибудь подлянки от леди Судьбы. Чего нельзя было сказать об остальных магах, ставших свидетелями незапланированного воскрешения покойника. Нарцисса, и без того не отличавшаяся румянцем, стала белой-белой, как саван. Андромеда распахнутыми от ужаса глазами взирала на внезапно ожившего мертвеца, притом, что тело этого самого мертвеца продолжало спокойно лежать в гробу, терпеливо ожидая, пока его закроют крышкой гроба и определят в полагающуюся ему нишу. Ремус и вовсе выхватил волшебную палочку и нацелил её на незапланированного участника церемонии.

— Лорд Блэк, — Регулус, окинув всех присутствующих мимолётным взглядом, повернулся к Поттеру. — Благодарю вас. Я столько лет скитался по Пустошам… думал, уже никогда не смогу выбраться оттуда.

— Не за что, — внезапно осипшим голосом ответил Гарри, абсолютно не представляя, что ему теперь делать.

— Регулус… — дрожащим голосом проговорила леди Вальбурга, заломив руки и повлажневшими глазами уставившись на младшего сына. — Мой мальчик…

Регулус повернулся к матери и грустно улыбнулся.

— Здравствуйте, матушка, — «призрак», выглядевший чересчур материальным для данного определения, сделал шаг к Сириусу, замершему соляным столбом с портретом матери в руках. — Мне так жаль… должно быть, моя смерть разбила вам сердце.

Женщина на портрете жалобно всхлипнула и протянула нарисованные руки к сыну. Регулус приложил свою ладонь к холсту.

— Я даже не знала, что именно с тобой произошло, — тихо, с надрывом в голосе выговорила Вальбурга. — Мы с Орионом умерли с тяжестью на сердце.

— Мне жаль, — повторил Регулус. Юноша — на вид он был лишь на пару лет старше Поттера, — казался искренне огорчённым. — Я поступил глупо. Полез туда, куда не следовало.

Регулус, не отнимая руки от холста, перевёл взгляд на Сириуса, выглядевшего так, словно его вот-вот хватит удар.

— Сириус, — младший из братьев тяжело вздохнул, — простишь ли ты меня когда-нибудь? Я был плохим братом. Постоянно завидовал тебе, оскорблял, кичился тем, что я лучше понимаю, что такое быть Блэком.

— И ты меня прости, Рег, — внезапно выпалил Бродяга. — Я злился на тебя. Ненавидел за то, что тебе доставалось больше родительской любви. Это было так глупо!

— Мы с тобой оба были глупцами, — согласился с братом Регулус. — Постоянно соревновались, кто лучше и умнее. А в итоге оба оказались полными идиотами. Мы спорили о добре и зле, чистокровности, и упустили самое главное — семью.

— Да, — согласился с ним Сириус, и в его взгляде отразилась горечь. — Если бы можно было вернуть всё назад…

— Если бы… — слова Регулуса были наполнены той же горечью, что и взгляд его брата. — Как жаль, что это невозможно.

Опустив руку, Регулус отошёл на шаг назад. И тут Гарри, словно получив ментальный пинок от кого-то незримого, поспешно выкрикнул:

— Сириус, дар!

Опомнившись, Бродяга извлёк из кармана небольшой потёртый мяч для гольфа и бросил его Регулусу — юноша без труда поймал подношение.