Глава 499 (1/2)
Глава 499
Эта ночь была уникальной во многих отношениях, и стала первой ночью без сновидений за все время пребывания Кеншина в этом мире. Его эмоциональный фон был полностью опустошен, и разум погрузился в состояние стазиса, и перешел в режим восстановления.
Именно поэтому, спустя даже десять часов после отхода ко сну, Кеншин так и не пришел в сознание, что для него было неслыханно, ибо никакие ранения до этого не вынуждали его спать более шести часов.
Цунаде немного насторожила эта странность, но списав все на серьезное ранение, и вспомнив его вчерашнее состояние, она сочла длительный сон благом, и сосредоточилась на скрупулезном и тщательном излечении его организма.
Тем не менее, прошло еще два часа, но Кеншин так и продолжал пребывать во сне. Это еще сильнее встревожило Цунаде, и ко всему прочему увеличило градус напряженности всей семьи Накаяма.
Чем дольше Кохару и Цунаде скрывали от остальных реальное положение вещей, тем больше у женщин возникало вопросов, подкрепляемых тревогой. В конечном итоге ими обеими было принято решение рассказать правду, сгладив острые углы.
Для этого все женщины были собраны в комнате отдыха, и сперва подогреты радостными новостями об успехе грандиозного столкновения членов Клана Накаяма с могущественными лидерами Акацуки. Однако, будучи не столь эмоциональными и проницательными ораторами, сгладить настолько «острые углы» у них не вышло.
— К-как мертв?! — В шоке переспросила Куроцучи, поднявшись на ноги, и серьезно пошатнувшись.
— Тише, пожалуйста, присядь. — Неумело пытаясь разрешить непростую ситуацию, сказала Кохару, приобняв ее за плечо.
— Ооноки был настоящим воином, и погиб, как подобает воину! Ты должна гордиться им, а не лить слезы! — Властно заявила Норико, чувствуя огромное восхищение человеком, с личными качествами ее отца.
— Не лить слезы?! Легко раздавать непрошенные советы, когда тебя это никак не коснулось! — Прошипела Куроцучи, шмыгнув носом, и уткнувшись в грудь Кохару.
Для Цунаде все это стало еще более сложным вызовом, ибо ситуация с самого начала пошла не по сценарию, и вместо сглаживания ситуации, она получила грусть и печаль на лицах всех присутствующих, в то время, как Макото и Карин, стремительно бросились обнимать и утешать убитую горем Куроцучи.
— Какой ужас! Но если даже великий Третий Цучикаге пал в бою, то… — В слух пробормотала Кейко, и в мгновение погрузила всю комнату в тишину.
— Что с Кеншином?! Почему ты не даешь нам его увидеть?! — Дрожащим голосом воскликнула Касуми, первой осмыслив неоднозначность ситуации.
— Дело в том, что… — Запинаясь начала Цунаде.
— Наша победа не была простой. — Словно продолжив ее слова, заявил Кеншин, в мгновение приковав к себе все внимание.
— К-Кеншин! — Синхронно воскликнули Айя, Мэюми и Нацуми, будучи не столь внимательными из всех присутствующих, в то время, как остальные проглотили свои слова, в шоке замерев.
— О боже! — Испуганно воскликнула Хитоми, и следуя своим инстинктам ирьенина, рванулась к Кеншину.
— П-папочка, что с тобой?.. — Пошатнувшись на месте, со слезящимися проговорила Карин.
Стоя в дверях, Кеншин шокировал всех количеством ран и обилием свежих шрамов. Внимание женщин было приковано к его правой руке, а точнее к ее отсутствию. Это настолько их обескуражило, что многие не сразу обратили внимание на полное отсутствие одежды на его теле.
— К-Кеншин! — Спешно воскликнула Цунаде, и метнулась к нему, придерживая левую руку, дабы исключить возможность повторения множественных вчерашних падений: — Вот так, нужно тебя прикрыть… — Прошептала она, опоясав его попавшей под руку простыней.
Кеншин лишь пожал плечами на подобные действия. Он полностью понимал их причину, но не видел в этом никакого смысла. Все чувства, включая стыд, практически отсутствовали в его разуме, что радикальным образом сказалось на его поведении.