Главы 121-130 (1/2)

Глава 121

Когда на экране появилось изображение, Хитоми и Касуми пораженно вздрогнули, и с удивлением воскликнули:

— Что это?!

— Что за?..

— Не пугайтесь, это телевизор. В недалеком будущем, такой же будет у нас дома. — С улыбкой сказал Кеншин, и приобнял двух красавиц. Исходя из понимания способности «Создание Убежища» он знал, что рано или поздно появятся продвинутые способы развлечения, будь то телевидение или музыка. Ему нетерпелось показать девочкам свои любимые фильмы, поэтому следующее очко способностей он планировал вложить именно в этот навык.

— Боже, это какое-то чудо… Будто человек заперт за стеклом… — Прошептала Касуми, подойдя поближе. Слова Кеншина действовали на них безотказно, и две любопытные кошки мгновенно расслабились.

Заметив, что на экране все стало серьезно, Касуми и Хитоми сосредоточили все свое внимание на изображении, и увидели странно-выглядящего человека с оранжевыми волосами, который играючи перебил развед-группу Конохи.

— Ах! Что за подлец посмел уничтожить отряд шиноби Конохи, прямо за воротами деревни. Он что, самоубийца? — Гневно воскликнула Касуми. И хотя она теперь не принадлежала к шиноби Конохи, у нее оставались весьма теплые чувства к родной деревне.

Хитоми благоразумно промолчала. Что-то в глазах этого шиноби, наводило на нее ужас. Она не понимала, что с его глазами, но была очень чувствительной, и знала, что он далеко не прост.

Внезапно кадр сменился, и на экране появились еще шесть фигур в одинаковых плащах с красными облаками, отчего уверенность Касуми немного дрогнула. Она стала подозревать, что не все так просто, и что Кеншин не стал бы показывать им этот фрагмент без причины.

Когда девушка с металлическими штырями на лице оказалась заброшена в Коноху, и призвала всех остальных, сердце Касуми пропустило удар. Хотя все было нарисованным и нелепым, она прекрасно узнавала ручные печати, а так же протекторы на лбах шиноби.

— Что это за сволочи из деревни дождя?! — Фыркнула Касуми, опасаясь за судьбу своей бывшей деревни.

Картина на экране вновь изменилась, и все вражеские шиноби в мгновение ока разлетелись во все стороны, сея хаос и разрушение.

— Ах! Куда смотрит Анбу, и лично Хирузен-сама! — Негодовала Касуми, видя причиненные разрушения.

Внезапно в кадре появился юноша с заплетенными в большой хвост волосами, и спас женщину из-под атаки гигантской сколопендры, а затем пронзил ее тенями.

— Хорошо, что клан Нара не дремлет! Кто этот шиноби? — Радостно спросила она у Кеншина, будучи гордой за свой клан.

— Это Шикамару.

— Что?! Малыш Шикамару?! — Удивленно воскликнула она. Увиденный на экране юноша был лишь немного похож на типаж того вредного мальчишки, с которым ей часто приходилось видиться. Кроме того, нарисованные персонажи очень сильно отличались от живых людей, поэтому Касуми была шокирована, когда узнала правду.

Кеншин решил молчать до тех пор, пока они не досмотрят до конца. Его воспоминания все еще были не цельными, и многие «не важные» моменты были забыты, поэтому буквально за десять минут они просмотрели все ровно до того момента, пока Пейн не поднялся высоко над деревней, и не использовал великую «Шинра Тенсей.

— Боже, нет! — Воскликнула Касуми. Из ее глаз полились слезы, когда она увидела огромную невидимую волну, сметающую все на своем пути.

— Цунаде-сама! — Крикнула Хитоми, заметив женщину, которую она практически боготворила. Когда она увидела, в каком состоянии находится Сенджу Цунаде, после защиты огромного количества жителей деревни, Хитоми не смогла сдержать слез.

— Где Хирузен? Где Джирайя? Где Данзо? Где Шикаку и Хиаши?! Почему когда деревня в беде, некому ее защитить?! — Крикнула Касуми, будучи в абсолютном гневе на все происходящее.

— Хирузен и Джирайя мертвы. Данзо ждет, пока Цунаде умрет, и освободит пост Хокаге. Шикаку и Хиаши — неизвестно где. В этой повести они почему-то являются непримечательными фигурами. — Ответил Кеншин, и увидел на лицах обеих девушек шок в перемешку с неверием.

— Этого не может быть! — Воскликнула Касуми, забеспокоившись за свой клан Нара. И хотя в конфликте между семьей Накаяма и кланом Нара, она без раздумий выбрала бы сторону любимой семьи, черноволосая куноичи до сих пор питала некоторые теплые чувства к родному клану и деревне.

Затем в кадре пафосно появился Наруто на огромной жабе, и завязалась драка, в ходе которой джинчурики девятихвостого какое-то время смог успешно сдерживать шесть тел Пейна. Обе девушки с придыханием наблюдали за битвой. Для них происходящее на экране было настолько непостижимо, что они боязливо вздрагивали, когда прямо в «камеру» летела опаснейшая техника. Кеншин давно материализовал три стула, и посадив красавиц слева и справа, сел посередине, приобняв обеих за талии.

Когда Наруто оказался прибит к земле длинными штырями, девушки горестно вздохнули, пока в кадре не появилась красивая черноволосая девушка с бьякуганом.

— Ах, дитя из клана Хьюга, убегай! — Воскликнула Хитоми, почувствовав жалость к дальней родственнице. Она успела заметить открытый лоб девушки, на котором не было рабской печати.

— Дитя основной ветви? Кто она? — С удивлением спросила Хитоми.

— Хьюга Хината, дочь Хиаши. — Ответил Кеншин.

— Ах! Принцесса Хината…- Прошептала Хитоми, и вопреки здравому смыслу заволновалась еще сильнее. Она видела эту девочку лишь несколько раз, на крупных праздниках клана Хьюга, и малышка Хината почему-то не вызывала у нее такой ненависти, какую Хитоми чувствовала к ее отцу.

Когда на руках Хинаты появились две синие дымки с головами львов, и она принялась успешно сражаться против Пейна, Хитоми и Касуми пораженно затаили дыхание, ровно до того момента, когда она вместо атаки врага, принялась разбивать штыри из тела Наруто.

Пейн без особых проблем подавил Хинату, и отправил ее высоко в воздух, а затем притянул вниз. Хитоми не смогла сдержать слез, когда увидела, как девочку из ее бывшего клана жесточайшим образом проткнули огромным штырем.

— Господи, что это за монстры? Почему никто не может их одолеть? — Спросила Касуми, в то время, как ее лучшая подруга плакала, уткнувшись в плечо Кеншина.

— Это Пейн. Шесть тел практически бессмертны. У них одно зрение на всех, и ими управляет один человек. — Ответил Кеншин, поглаживая свою четвертую жену.

События на экране вновь поменялись, и обе девушки сосредоточили свое внимание на невероятном высвобождении хвостатого. Наруто был в ярости, и перестал сдерживать девятихвостого, мгновенно обретя покров лиса, и сломав штыри.

Глава 122

Хитоми и Касуми пораженно смотрели на экран, наблюдая за немыслимой картиной того, как полу-пробудившийся биджу пытается уничтожить врага. Пейну лишь оставалось, что с трудом отбивать атаки, и убегать.

Они не успевали комментировать происходящее на экране, поэтому довольно быстро досмотрели все до конца. Увидев запечатывание хвостатого, победу над пейном, и воскрешение всех жителей Конохи.

После выключения телевизора обе девушки еще некоторое время молча сидели и думали. У каждой из них с души упал огромный камень, когда враг был повержен, а Коноха спасена.

— Он что, просто сдался, и после нескольких слов решил воскресить всех людей ценой своей жизни? — Спросила Касуми. Она с трудом могла поверить во что-то настолько банальное.

— У происходящего на экране слишком много расхождений с реальной жизнью. Я решил вам показать то, что нас ждет в будущем, а мелочи и частности могут различаться. Вполне возможно, что Пейна победят по другому.

— Если Коноха справится с этим ублюдком сама, то ведь нам нет смысла сражаться с ним, верно? — Предположила Касуми.

— Не совсем. Во первых, с моим попаданием в ваш мир — история может пойти по другому. Во вторых Пейн может по неведомым причинам напасть на нас, и тогда нам нужны силы для защиты. А в третьих, как я уже говорил — он не главная проблема. Основная проблема — это мать мудреца шести путей, Кагуя. — Сказал он, и указал на экран, на котором появились кадры с изображением силы Кагуи. К сожалению он не мог воспроизвести четвертую мировую войну шиноби, и сражение с Кагуей, ибо эти воспоминания были не четкими, и фрагментарными.

— О боже! — Прошептала Хитоми, увидев бьякуган в глазах Кагуи. Она с первого взгляда смогла определить, что это глаза невероятного уровня, перед которыми все члены клана Хьюга будут обязаны упасть на колени.

Кеншин показал им еще несколько фрагментов, в том числе и бомбу десятихвостого, от которой у двух красавиц были мурашки по коже.

Затем он вывел их из «сна», и следующие пол часа они только и делали, что задавали разнообразные вопросы. На какие-то он мог ответить, а на какие-то нет. В конечном итоге Касуми спросила:

— Зачем ты рассказал обо всем нам и детям? А если кто-то доберется до их воспоминаний и узнает все твои секреты?!

— Именно поэтому я рассказал об этом сейчас, а не пол года назад. На основе рабской печати клана Хьюга мне удалось разработать формацию, которая уничтожит мозг носителя, если в его разум кто-либо вторгнется. — Сказал он, и поспешил успокоить двух красавиц.

— Эта формация — крайняя мера, чтобы взятого в плен не запытали до смерти. Гораздо лучше уйти без боли, чем выдать секреты семьи, и мучительно умереть. К тому же, я не собираюсь устанавливать ее на вас. Вы мои любимые девочки, и если враг доберется до вас, то значит все кончено. — Со вздохом сказал Кеншин, и погладил обеих красавиц по спине. Они прижались к его груди, и Хитоми сказала:

— Я хочу, чтобы ты установил эту формацию на меня. Лучше умереть, чем попасть к врагу, и навредить тем, кого я люблю больше жизни! — Решительно заявила Хитоми.

— Я согласна с ней. Я лучше умру, чем выдам наши секреты, или попаду в лапы врага. — Согласилась с подругой Касуми.

— Девочки, я очень ценю вашу любовь, но эта формация вам не подходит. Вы не воины, и не должны умирать за информацию. Я разработаю формацию специально для вас, если вы так тверды в своих убеждениях. — Сказал Кеншин, и поцеловал обеих в макушки.

— Хорошо… — Прошептала Хитоми, и они обе вновь прижались к его груди. Кеншину очень нравилось, что его жены такие ласковые и понимающие, поэтому весь оставшийся вечер ему пришлось успокаивать всех четверых жен.

Айя и Нацуми, заметив, что Касуми и Хитоми куда-то запропастились, сразу же ринулись в комнату Кеншина, которому пришлось проводить «сеанс» и для них. Он показал им все то же самое, а именно битву с Пейном, и фрагменты битв четвертой мировой.

До самой ночи ему пришлось отвечать на вопросы всех четверых, а затем лечь спать в их объятиях. Им всем было тесно, однако девушки наотрез отказались спать где-либо, кроме кровати Кеншина.

*****

383-й день.

«Мы уже несколько часов ищем, но так и не нашли цель. Не нравится мне это…» — Мысленно сказал Четвертый.

«Мне тоже, но миссия есть миссия. Заказчик сообщил, что цель является средним Чунином. Это отличная возможность отточить свои навыки» — Ответил Ичиро.

— Эй вы, Накаяма, че вы всегда молчите, будто марионетки старухи Чиё? — Со смехом сказал один из сидящих в пятнадцати метрах крепкого вида шиноби.

— Лучше уж так, чем быть болтливым идиотом. — Ответил Восемнадцатый. За это время он основательно окреп, и уже без особых проблем мог сопротивляться атакам матери.

— Че ты сказал, щенок?! — Начал было закипать мордатый мужчина, и все члены группы семьи Накаяма подсобрались, готовые к рывку.

— Успокойся, эти ребята совсем не промах. Тридцать четыре миссии за четыре месяца, и ни одной провальной. Не советую с ними ссориться. — Сказал мужчина с небольшой сединой. По тому, как его слова подействовали на коренастого здоровяка, можно было без проблем понять, что он является командиром команды.

— Накаяма, не обижайтесь на моего друга, он немного вспыльчив, и не обуздан. В любом случае, сейчас мы все в одной лодке, и должны действовать сообща. Кто знает, что нас ждет впереди. — С улыбкой сказал командир, и внезапно замер, ощутив опасность, и сделал попытку отпрыгнуть в сторону.

Ичиро с братьями среагировали еще быстрее, и отпрыгнули в разные стороны, и успели как раз во время, оказавшись подальше от эпицентра вражеской техники.

Глава 123

*****

— Значит этот ублюдок еще кого-то отправил на смерть? Они настоящие слабаки, раз не заметили меня. — В раздражении сказал молодой мужчина с огромным мечом за спиной.

— После того, как разберусь с ними — нужно будет сменить место жительства… Вот бы еще убить этого ублюдка, но он сидит где-то глубоко в стране огня… — Со вздохом сказал он, и перевел взгляд на девочку-подростка в традиционном кимоно, а затем погладил ее по волосам, и сказал: — Жди здесь, и спрячься, как и всегда.

Девочка молча кивнула, ловко забралась на ближайшее дерево, и спряталась так, что даже Джонину было-бы сложно ее обнаружить.

Сам же молодой мужчина в одно движение оказался в двадцати метрах, и продолжил мчаться вперед, пока наконец не добрался до врагов. Он запрыгнул на высокое дерево, и сложив ручные печати, тихо прошептал: — Суитон: Суйрююдан но Дзюцу!

*****

Ичиро с братьями без особых проблем уклонились от вражеской техники, ибо всегда были наготове. Пережив ни одно сражение, все они закалились, и были готовы к внезапному нападению.

Вторая группа, нанятая на эту миссию — напротив, не была готова к внезапной атаке, и технику «водяного дракона», из пяти человек пережили лишь двое, командир, и тот самый коренастый мужчина. Они сразу же предприняли попытку сбежать, но без особых проблем были разрублены на две части, догнавшим их врагом. Ему очень не понравилась мысль о том, что кто-либо из них уйдет живым.

Эти несколько секунд дали Ичиро и его братьям достаточно времени, чтобы мысленно обсудить стратегию противодействия. Ичиро мгновенно узнал в неприятеле Момочи Забузу. Кеншин внедрил в разум каждого сына всю известную информацию о сильнейших шиноби, чтобы они обходили их стороной.

«Всем быть на чеку, это Момочи Забуза, один из семи мечников тумана. Занять боевое построение, но не атаковать!» — Скомандовал Ичиро, а сам попытался вступить в диалог.

— Господин, произошло недоразумение. Позвольте нам уйти, и Семья Накаяма будет у вас в долгу. — С дружелюбным видом сказал Ичиро, на что Забуза лишь рассмеялся раскатистым смехом.

— Ха-ха-ха! Семья Накаяма? Впервые слышу. Как бы там ни было, но я не могу вас отпустить. Ничего личного. — Сказал Забуза, и ринулся в атаку. Его скорость была настолько быстра, что даже с двумя томоэ, Ичиро едва успел среагировать, и поставить блок мечом.

Их силы были не сопоставимы, поэтому Ичиро отправился в полет, проломив спиной несколько деревьев. Его братья мгновенно ринулись в атаку, не заботясь ни о чем другом. Они прекрасно понимали, что выбраться живыми будет невероятно сложно.

Забуза подивился их слаженности, но без проблем уклонился или отбил каждый выпад. Это ему напомнило времена, когда ему поручили обучать команду шиноби, и маленькие щенки точно так-же пытались его убить.

Четвертый отправился вслед за старшим братом, неудачно приняв удар Забузы на блок, но на середине полета был подхвачен спешащим обратно Ичиро, и возвращен в строй.

— Кайтен! — Раздался голос Двадцать Второго, и казалось бы сильнейший удар Забузы был легко отбит невероятной техникой клана Хьюга.

— Каге Мане но Дзюцу! — Прошептал Восемнадцатый, и в сторону отлетевшего Забузы помчались теневые полосы.

Забуза едва успел приземлиться на ноги, как раздался шепот: — Каге Нуи но Дзюцу! — И теневые полосы поднялись над землей, устремившись в его жизненно важные органы.

Он был сильно удивлен, что ему попалась такая разношерстная команда, однако даже летящие в него теневые иглы не заставили его сердце дрогнуть. Он спокойно прошептал: — Суитон: Суиджинхеки. — И появившаяся в воздухе водная мембрана, без особых проблем задержала вражеские тени, позволив ему спокойно отступить.

Восемнадцатый едва смог заметить, как Забуза ринулся в атаку, и сделал замах мечом к его сторону. Он был очень слаб в ближнем бою, и не успевал среагировать, но в самый последний момент, перед ним появился Ичиро, и принял удар Забузы на блок мечом.

Раздался громкий удар, и вся земля под ногами Ичиро, в радиусе десяти метров вздрогнула. Его руки едва выдержали такую мощнейшую нагрузку, и он отделался лишь разрывом связки в правом предплечье.

Затем последовал еще один горизонтальный удар от Забузы, норовящий разрубить Ичиро напополам. Однако он сконцентрировался, и с трудом поставил блок, после чего отправился в полет.

В этот самый момент Восемнадцатый отступил, а Седьмой подобрался достаточно близко, чтобы провести сокрушительную атаку. К сожалению, скорость реакции сильного Джонина нельзя было недооценивать, поэтому Забуза без особого волнения решил встретить удар вражеского меча крепким наручем со стальными пластинами на левой руке.

Раздался громкий звон, и Забуза, внезапно для себя болезненно поморщился, сделав шаг назад, инстинктивно отмахнувшись огромным мечом от врага. Скорость удара Джонина была настолько высока, что Седьмой не успел поставить нормальный блок, и принял удар сначала на невидимый барьер, а затем на грудь.

Пока Забуза отмахивался от Седьмого, и проверял руку на предмет ранения, обнаружив рассечение мышцы, Четвертый сложил ручные печати, и выкрикнул:

— Катон: Гока Меккяку! — Он влил огромное количество чакры, и с трудом выдул пятиметровую стену огня.

Двадцать Второй был рядом, и сразу же поддержал брата, сложив печати, и выкрикнул: — Фуутон Топпа! — В огненную стену влетел огромный поток воздуха, и позволил ей разрастись до пятнадцати метров.

Увидев комбинированную технику катона и фуутона, Забуза впервые за всю битву почувствовал опасность. Он не успевал уклониться, поэтому сложил ручные печати, и влил огромное количество чакры в технику

— Суитон: Суиджинхеки! — Прорычал он, и прямо перед ним появилась толстая, пятиметровая стена воды, которая с трудом, но поглотила вражескую технику.

Пока пар от взаимоуничтоженных техник не рассеялся, все братья собрались вместе, чувствуя друг друга телепатически. Седьмой едва был в сознании, но не мог двигаться. Двадцать Второй, будучи ирьенином, поспешил к нему, и проверил его состояние.

Глава 124

«Старший, все очень плохо. У Седьмого раздроблена грудная клетка. Я могу лишь не дать ему умереть. Вылечить его сможет только мать» — Отрапортовал Двадцать Второй. За прошедшие три с лишним месяца, Кеншин освоил азы ирьениндзюцу, и передал эти знания сыновьям от Хитоми, сделав из них начинающих ниндзя-медиков.

«Нам бы самим выжить… Чертов заказчик, если выживу, задушу его своими руками!» — Гневался Ичиро, а затем глубоко вздохнул, и успокоился. Он решил использовать последний шанс на спасение, поэтому, когда дымка тумана практически полностью рассеялась, он сделал так, как учил его отец, и активировал формацию.

Внезапно все пять амулетов засияли, и атмосфера на поле боя поменялась. Забуза прекрасно знал, что его враги сидят на одном месте и не пытаются сбежать, поэтому просто ждал, пока дымка рассеется. Внезапно он почувствовал, будто воздух стал тяжелее, и взглянул в сторону, где базировались его враги.

Его глаза удивленно сузились от увиденного. В тридцати метрах от него стоял огромный, трехметрового роста человек, в пластинчатой броне, и брутально выглядящем закрытом шлеме с маленькими рожками на голове.

— Друг, позволь им уйти. Семья Накаяма любит своих детей, и не желает им смерти. Назови свою цену, и Семья Накаяма заплатит за жизни своих детей. — Громогласно заявил трехметровый человек.

Забуза первым делом проверил свой разум на воздействие гендзюцу, но так ничего и не обнаружил. Он молча смотрел на величественно стоящего впереди воина, и впервые за очень долгое время почувствовал страх.

Пережив сотни смертельных сражений, Момочи Забуза имел огромное, сверхъестественное чутье на всякого рода опасности, и сейчас это чутье подсказывало, что неправильное решение в этом вопросе будет стоить ему жизни.

— Пол миллиона Рё на этом самом месте через три дня. Если попытаетесь меня обмануть, я начну охоту на каждого, кто носит фамилию Накаяма. — Заявил Забуза, обращаясь к «щенкам», а затем перевел взгляд на величественную фигуру, и положив меч в ножны, уважительно кивнул, спустя мгновение скрывшись в неизвестном направлении.

Двадцать Второй подхватил Седьмого, и аккуратно закрепил его у себя на спине, воздействуя на него чакрой, дабы раздробленная грудная клетка не повредилась еще больше, и под присмотром огромной фигуры самурая, все братья поспешно ретировались с места битвы.

*****

— Вроде бы все чисто, погони нет, — со вздохом сказал Ичиро, спустя час бега. Они решили сделать привал, и позволить Двадцать Второму немного стабилизировать состояние Седьмого. Он не мог разговаривать, и только хрипел от боли.

— Кажется у него пробито легкое. Сколько осталось до дома? — Спросил Двадцать Второй.

— Еще три с половиной часа в том же темпе. — Ответил Ичиро.

— Не успеем. Нужно вытащить осколок кости. — Принял решение Двадцать Второй, и быстро развернул большую белую ткань, постелив ее на земле, а затем положил на нее старшего брата, и аккуратно распорол экзокостюм. Кеншин после нескольких доработок, сделал возможным его механическое повреждение при определенных условиях.

Он молниеносно достал небольшой скальпель, и провел по нему чакру, уничтожив все микро-организмы, как его учила мать, а затем глубоко вздохнул, активировал бьякуган, и сделал надрез, с помощью чакры пережав все крупные сосуды.

Спустя пять минут, он смахнул пот со лба, и с довольным лицом вздохнул:

— Фуух, кажется все получилось. Мама смогла бы извлечь осколок без надреза, нужно срочно отнести его к моей матери. — Сказал он, и вновь аккуратно взагромоздил старшего брата себе на спину, и команда номер один двинулась в сторону дома.

*****

Кеншин прекрасно почувствовал, когда Ичиро активировал «Формацию Устрашения», и сразу же подскочил на ноги. К сожалению у него не было доступа к тому кусочку сознания, который он внедрил в формацию, и ему оставалось лишь отправить группу быстрого реагирования в примерное место миссии первой команды, и ждать, сжимая кулаки, и проклиная свою слабость.

— Что случилось, милый? — Спросила обнявшая его сзади Хитоми. За последние несколько месяцев она раскрылась, как любящая и заботливая жена, превзойдя в этом плане остальных жен, которые в силу возраста были немного более игривыми и ветренными, и не всегда улавливали настроение мужа.

— Судя по всему первая команда вляпалась в серьезные неприятности, но пока никто не умер… — Со вздохом ответил Кеншин, на что Хитоми лишь немного заволновалась.

— Если кто-либо из них умрет, ты ведь узнаешь кто это сделал, а значит в будущем мы сможем отомстить! — Решительно заявила Хитоми, немного удивив Кеншина. Обычно она была очень нежной и ласковой, и он не мог понять, почему она не волнуется за первую команду.

— Мы непременно отомстим, но умерших это не вернет. Ты разве совсем не волнуешься? Там ведь Двадцать Второй… — Прошептал Кеншин.

— Конечно волнуюсь, и я бы с радостью поменялась с ним местами, дабы вырвать кусок мяса из горла врага, однако это невозможно. Кеншин, за свою жизнь я видела огромное множество смертей, и в нашем мире отношение к смерти немного отличается от вашего мира. Твой мир полон доброты и красок, в то время, как наш — полон войн и страданий. Мой старший брат погиб в одной из локальных стычек с Суной, и мои мать с отцом были счастливы, что перед смертью он смог уничтожить нескольких врагов. В то время я была маленькой и не понимала, но потом я выросла, и увидела гораздо больше смертей, чем даже мои мать с отцом. — Шепотом сказала Хитоми, лаская своим дыханием ухо Кеншина.

— Я хочу сказать, что тебе не стоит так изводить себя из-за того, что кто-то пострадает на миссии. Они все шиноби, и все они сочтут за честь умереть ради семьи. Представь, что стало бы с любой великой деревней, если бы например Хокаге так сильно переживал за жизнь каждого из своих воинов? Эта деревня была бы обречена на вымирание.

— Но шиноби Конохи не являются сыновьями Хокаге! — Парировал Кеншин.

— Сын Хаширамы был убит во второй мировой. Два старших сына Хирузена были убиты на третьей. Пойми, Кеншин, они воины, а вокруг идет война. Тебе не удастся спасти всех. — Со вздохом сказала Хитоми, и покрепче обняла его сзади, желая разделить с ним переживания.

— Но ничто не мешает мне пытаться, верно? — С улыбкой ответил он, и погладил ее нежные руки.

Глава 125

******

Следующие три часа Кеншин был словно на иголках, и когда в его разуме раздался голос, он вздрогнул от неожиданности.

«Отец, мы вошли в радиус сорока километров от дома. Все живы. У Седьмого перелом грудной клетки, пусть Хитоми-сан приготовится его принять» — Отчитался Ичиро, чем заставил Кеншина вздохнуть с облегчением. Самые плохие прогнозы не подтвердились, и сценарий пошел по практически самому идеальному пути.

— Седьмой ранен. Перелом грудной клетки, будь готова заняться им. — Сказал Кеншин, повернувшись к сидящей рядом Хитоми.

— Все живы? Что с Двадцать Вторым? — Спросила Хитоми. И хотя она мысленно настраивала себя на самое худшее, материнский инстинкт не позволял игнорировать судьбу любимого сына.

— Все целы, кроме Седьмого. — Ответил Кеншин, заметив, что основное беспокойство Хитоми заключается в здоровье ее сына, тогда, как для Кеншина — все они были его сыновьями, и утрату каждого он бы воспринял очень болезненно. С другой стороны он увидел в этом небольшой плюс, ибо меньше всего ему хотелось, чтобы все жены были в трауре, если один из сыновей не вернется живым.

Кеншин решил не озвучивать свои мысли, и направился с Хитоми в медпункт, в котором на данный момент было всего пять кроватей. Он создал это помещение два месяца назад, взяв за прототип больницу своего мира. Больничные кровати были очень технологичными и удобными, однако никаких электронных приборов создать не удалось. Система не позволила ему создать даже простейший медицинский спирт и аспирин, не говоря уже о более ценных препаратах. Но в будущем он намеревался это исправить.

Буквально через двадцать минут вернулись обе команды. Команда номер четыре, во главе с Пятнадцатым, наткнулась на команду номер один, и сопроводила ее домой. Хитоми сразу же взяла Седьмого на себя, и приступила к операции, выгнав всех из медпункта.

Кеншин молча посмотрел на Ичиро, и слегка приподнял бровь, ожидая отчет. Ичиро сразу все понял, и начал рассказывать.

— Мы, как обычно получили задание в заставе, и отправились на миссию по устранению нукенина терроризировавшего мирные деревни. В задании говорилось, что это шиноби уровня Чунина, поэтому мы не волновались. Но на месте предполагаемого убежища этого преступника, мы обнаружили Момочи Забузу, о котором ты нас предупреждал.

— Забузу?! — Воскликнул Кеншин, будучи в полнейшем шоке. — Дай я сам все посмотрю. — Сказал он, и положил правую руку на голову старшего сына.

За минуту он увидел все, от внезапной атаки «водяным драконом», до ранения Седьмого, и активации «Формации Устрашения». Он еще раз похвалил себя за изобретательность, и окончательно убедился, что изнуряющая неделя не прошла зря. Во время создания этой формации он каждый день сливал огромное количество Пси энергии в формацию, и опытным путем, с трудом смог создать в этой формации частичку своего сознания. На данном этапе формация была примитивной, и кусочек сознания, заключенный в ней, был способен лишь на примитивные поступки, и мог среагировать лишь на распространенные действия, которые с большой долей вероятности мог применить враг.

— Вы все молодцы! Ичиро, у тебя повреждена рука, Двадцать Второй, осмотри его. Все остальные, идите отдыхать. Завтра вас всех осмотрит Хитоми. — Распорядился он, и все сыновья, поклонившись отцу, отправились по своим комнатам.

— Что случилось? — Спросила подошедшая Касуми.

— Ничего серьезного, просто наши малыши наткнулись на одного из семи мечников тумана. — С улыбкой ответил Кеншин

— ЧТО?! — В шоке воскликнула Касуми, на что он лишь улыбнулся, и обнял ее.

— Ты хорошо постаралась. Посмотри, как отлично сработал Восемнадцатый. — С улыбкой сказал он, и показал ей всю битву против Забузы.

— Господи, он почти догнал меня в мастерстве! Их способности к обучению просто невероятны, а вкупе с твоими способностями передачи знаний — за пол года из малыша вырос крепкий Чунин. Если бы о таком узнали в клане Нара — любой из наших с тобой малышей стал бы гением номер один своего поколения! — Радостно заявила Касуми. Ее переполняла гордость за своих сыновей, которые после любой неудачи не опускали руки, а тренировались еще упорнее.

— Я и сам удивлен тому, как быстро они прогрессируют. Однако радоваться пока рано. Неизвестно, как скоро они достигнут ранга Джонина. Ичиро ближе всех подобрался к этому рангу, однако даже он едва-ли смог выдержать несколько ударов Забузы, который даже не является Элитным Джонином… — Со вздохом сказал Кеншин. И хотя дела шли лучше, чем он мог вообразить год назад, праздновать было рано.

— Забуза запросил пол миллиона… Ты и правда заплатишь? — Спросила она, усевшись ему на колени, приобняв его за шею.

— Конечно. Пол миллиона за жизни пятерых — это ничто. Эта ситуация послужит отличной рекламой для нашей семьи, и позволит создать репутацию богатой организации, готовой честно заплатить за жизни своих членов. — С улыбкой ответил он, и погладил нежную спину красивой девушки.

— А ты не боишься, что в следующий раз цена вырастет до миллиона за каждого? А если найдется ублюдок, решивший начать охоту на наших детей, ради прибыли?

— Миллион за человека — это все еще хорошая цена. А что касается всякого рода сволочей, то любая наша команда может нейтрализовать слабого Джонина, а сильных в мире не так уж и много, не говоря уже о тех, кто готов рискнуть сунуться в страну огня, и из охотника превратиться в жертву Элитного Джонина Конохи.

— Ты не опасаешься, что Коноха заметит нашу семью? Сильная организация имеющая в своем распоряжении нескольких Чунинов наверняка привлечет внимание… — Прошептала Касуми.

— Ичиро уже говорил, что за ними несколько раз пытались следить. Скорее всего намеревались узнать, где находится наше убежище. Но так как они не предпринимали активных действий, мои формации без проблем сбивали их со следа. Думаю в скором времени за нас возьмутся серьезно, и это уже является проблемой. Мы еще слишком слабы, чтобы объявлять о своей независимости… — Со вздохом сказал Кеншин, и снова приласкал невероятное тело ласковой жены.

— И что ты планируешь делать? — С интересом спросила Касуми. За долгое время у них с Кеншином выработался отличный союз. Ее интеллект очень сильно помогал ему в решении множества задач. Она могла подойти к проблеме с другой стороны, и прекрасно ему оппонировала.

— По хорошему — нам срочно нужно выносить убежище наружу, и строить вокруг него защитный периметр. Мои знания в области формаций позволят остановить и уничтожить любое количество Чунинов, и даже десять Джонинов захлебнутся в крови, при штурме базы. Однако на все это нужно время… — Сказал он, и с ожиданием посмотрел на Касуми.

— Мы с Нацуми можем помочь тебе в наложении простых формаций, и дело пойдет немного быстрее. Сколько времени нам понадобится на переезд?

— По моим примерным оценкам, переезд и базовое укрепление периметра займет неделю, и еще месяц уйдет на основательное укрепление. Вот насчет этого месяца я и не уверен. Если наше убежище обнаружат, и пошлют очень наглых шиноби, которых придется прогнать силой — то вместо них в течении нескольких дней может прийти элитный отряд, и тогда нас всех вырежут…

— Насколько мне известно, бюрократия — огромная проблема для Конохи. Шикаку часто проклинал высший совет за то, что пока они тряхнут старыми костями и выдадут соответствующее распоряжение — ситуация изменится, и это распоряжение потеряет актуальность. В теории Хирузен или Данзо могут надавить, и выдать мгновенное распоряжение, но наша организация имеет крайне положительную репутацию, а значит нас нельзя просто уничтожить, даже Данзо не решится просто так терять очки влияния из-за никому неизвестной организации наемников. Если бы он знал, какую судьбу ты для него планируешь… Однако он не знает. — С улыбкой сказала Касуми, и замурлыкала от чувства причастности к чему-то великому.

— Я пока ничего не планирую. Самим бы выжить и окрепнуть, а ты рассуждаешь про устранение шиноби уровня Каге… Если мы продержимся следующие три месяца, то даже Коноха будет вынуждена заплатить серьезную цену за наше устранение. Вот почему Забуза решил вылезти именно сейчас? Не дай бог он растреплет о членах клана Нара и Хьюга в нашей семье, тогда Коноха станет рыть активнее… — Вздохнул он, и потер уставшие виски.

Глава 126

Спустя час в комнату отдыха вошла Хитоми, села на соседнее кресло, и сказала:

— Ничего серьезного. Кости я скрепила, а рану затянула. Правда осталось несколько мест, где кости были раздроблены на мелкие кусочки, поэтому реабилитация займет, как минимум месяц. Он сейчас спит, поэтому лучше подожди до утра. — Отчиталась она перед Кеншином, который наконец смог облегченно вздохнуть.

— Хитоми, ты настоящее золото! Что бы я без тебя делал? — С улыбкой сказал он, и поднял ее в воздух с помощью телекинеза, и плавно притянул к себе на колени.

— А что бы без тебя делала я? — С улыбкой прошептала Хитоми, и наклонившись, поцеловала его в губы.

Сидящая рядом Касуми лишь закатила глаза, и сказала: — Хватит сюсюкаться. Нам нужно составить план действий.

Следующие несколько часов Кеншин провел в компании любящих жен. Подошедшие немного позже Айя и Нацуми приняли участие в обсуждении, но даже так, ничего нового Кеншин для себя не узнал. План, сформированный в его голове за несколько минут, был лишь немного доработан, и его воплощение в жизнь должно было начаться с завтрашнего дня.

*****

Следующие несколько дней Кеншин только и занимался тем, что в сопровождении нескольких сыновей возводил первичный периметр вокруг будущего убежища. И хотя Касуми взяла на себя часть нагрузки по созданию формаций, работы все еще было непосильно много.

К сожалению, Нацуми помочь не могла, из-за поздних сроков беременности. Со дня на день они с Айей должны были родить, и принести Кеншину желанный двадцатый уровень. Он очень этого ждал, и помимо повышения уровня способности «Создание Убежища», надеялся разблокировать еще одну невероятную способность.

Три дня большая часть сыновей занималась вырубкой леса на указанной территории, а так же выкорчевыванием пней, и огромных валунов. Кеншин уже спроектировал в голове примерное очертание будущей базы, и в пределах нескольких километров, ничто не должно было мешать обзору.

За прошедшие четыре месяца Кеншин усовершенствовал свой экзокостюм, который без особых проблем выдерживал несколько сотен ударов Чунина в полную силу, а в купе с псионикой, Кеншин был способен на равных сражаться с Ичиро в ближнем бою. К сожалению у него до сих пор не было дистанционных атак, поэтому о смертельном сражении с пиковым Чунином не было и речи. В противовес этому, Кеншин наконец освоил левитацию, позволяющую ему без особых проблем летать со скоростью 120 километров в час, что в перспективе делало его невероятно опасным противником для равных соперников.

— Кеншин, милый, полетели на то горное озеро, пожалуйста… — Замурлыкала Касуми к вечеру третьего дня после начала грандиозной работы.

— Что, понравилось летать? — С улыбкой спросил он, а затем силой мысли поднял ее с места, и поднялся в воздух сам.

— Ах! Боже, я все никак не привыкну к тому, как быстро развивается твоя способность… Когда мы познакомились, ты едва ли мог поднять стул, а сейчас без проблем можешь отнести нас двоих на горное озеро… — Прошептала Касуми, обняв его за шею, и прижавшись к нему всем телом.

Кеншин мысленно предупредил Двадцать Четвертого, Двадцать Восьмого, и Тридцатого о том, что собирается на горное озеро, и они устремились в ту сторону, дабы быть неподалеку, и помочь отцу в случае опасности.

Он без особых проблем устремился ввысь, и вместе с Касуми скрылся за облаками, усложняя их обнаружение с земли. И хотя полет с Касуми давался ему не так легко, как одиночный, он все еще мог развить скорость 80 км/час, и поддерживать ее около двух часов.

— Ха-ха-ха! Кеншин, посмотри, как красиво! — Взвизгнула Касуми, наслаждаясь видами девственно чистой природы в лучах заходящего солнца. Она никак не могла привыкнуть к этому всеобъемлящему чувству радости, что даровал свободный полет.

— Все это не красивее тебя… — Сказал он, и «стоя» в воздухе, обнял ее сзади.

— Какой же ты все-таки льстец, Накаяма Кеншин! — С веселой улыбкой сказала Касуми, и повернувшись, прижалась к нему всем телом.

— Какая же ты все-таки красавица, Накаяма Касуми! — С улыбкой ответил он, и ринулся вместе с ней в одно из облаков.

Ему очень нравилось проводить с ней время. После замужества, Касуми пробудила давно подавленную черту игривой маленькой девочки, и безбоязненно демонстрировала ее перед Кеншином, зная, что теперь нет никого, кто бы упрекнул ее за проявление своих чувств.

Через десять минут они приземлились возле горного озера, и Касуми с радостным визгом, прыгнула в возду с трехметрового утеса, и вынырнула уже без лифчика, приглашая Кеншина к себе.

*****

Через несколько часов, Кеншин, сидя в мастерской, слушал доклад Ичиро, и пытался уловить неочевидные детали.

— Значит ты говоришь, что Забузы в нужном месте не оказалось, и лишь спустя пол часа вы с помощью формаций засекли тощую фигуру, которая быстро забрала деньги, и скрылась в лесу? Это наверняка была Хаку. Забуза очень хитер, и скорее всего боялся засады… — Задумчиво пробормотал Кеншин.

— Отец, твои бомбы не пригодились, поэтому лучше возьми их обратно, пока братья не покалечились… — Сказал Ичиро, и достал из сумки несколько металлических емкостей, размером и формой похожих на жестяные банки.

— Ты прав. Эти «малышки» могут наделать дырок в теле Джонина, поэтому лучше пусть полежат у меня. — С улыбкой сказал он, и забрал все десять «бомб». На деле это были самодельные взрывные устройства, построенные по простейшей схеме «банки с гвоздями».

В качестве взрывного импульса выступала одна из новейших формаций разработанных Кеншином. Принцип был довольно прост, вся накопленная мировая энергия собиралась в одной точке, и превращалась в сильнейший импульс. Затем этот импульс разрывал металлическую емкость, и с невообразимой силой посылал гвозди во все стороны. Эти гвозди были не совсем классическими, а доработанными Кеншином под свои нужды. Во первых он изменил их форму и центр тяжести, дабы придать им лучшую аэродинамику, и направляемость, а во вторых — каждый «гвоздь» был стократно усилен формацией укрепления, и благодаря своей прочности мог без особого труда проделывать сквозные дыры в десятиметровых валунах, если хватало импульса.

После ухода Ичиро, Кеншин полностью деактивировал бомбы, рассеяв всю энергию, воизбежание крайне маловероятной, но все же очень опасной детонации. Затем сформировал в голове подробнейший план работ на завтра, и уже решил было идти спать, как услышал зов Нацуми.

«Ах, Кеншин, началось!» — Мысленно сказала она, и Кеншин устремился в «родильную комнату».

Глава 127

Когда он вошел внутрь, то сразу же заметил лежащую на кровати Нацуми, и стоящую рядом с ней Хитоми. Он не мог не улыбнуться тому, насколько ответственной является его четвертая жена. Будучи высококлассным ирьенином, Хитоми всегда ответственно подходила к своим обязанностям, и была в высшей мере профессиональна.

Кеншин молча подошел к Нацуми с другой стороны, и сел рядом. Улыбнувшись ей светлой улыбкой, он погладил ее по голове, и создал в комнате атмосферу успокоения.

— Спасибо, мне это было необходимо… — Прошептала Нацуми, полностью расслабившись. И хотя она рожала множество раз, отсутствие Кеншина не давало ей покоя, и девушка не могла расслабиться.

— Это я должен говорить спасибо за то, что даришь мне таких чудесных малышей. — С улыбкой сказал он, и еще раз погладил ее по голове.

Нацуми попыталась улыбнуться, но внезапно ее лицо приобрело гримассу боли, и она не сдержалась от стона: — Аааах! Боже, началось…

*****