Признание. (2/2)
— Доложить о готовности.
— Всегда готовы! — хором прокричали блондинки.
— Вперёд!
Танкистки, на достаточно большой скорости, заехали на гору и через несколько секунд стояли на её вершине.
Следующим был трамплин. Также уверенно девушки прошли и его. Покоряя на большой скорости каждое последующее испытание.
На финишной прямой они решили пустить в ход козырь и показать кручение на танке вокруг каймы. Таким трюком немцы были окончательно добиты.
— Вот это машина! Хороша! — сказала Полякова, в окончание исполненного манёвра и остановила танк.
После всего, что танкисткам удалось продемонстрировать, их удостоили похвалы и допустили до показа, который должен был состояться уже на следующий день.
Танк завезли в мастерскую, необходимо немного подделать гусеницы после таких выкрутасов и залить побольше топлива. Снова провозившись до ночи, экипаж пошел спать, но только Лаура бодрствовала.
Она стояла под лунным светом, облокотившись плечом об косяк ворот мастерской, из которой должен был выезжать танк. Лукина размышляла о разном, но в основном о том, куда деваться дальше, после побега. Карты местности-то нет.
Из темноты выходит Маша и становится также, только упираясь о противоположный косяк.
— Ты чего не спишь? — спросила Лаура, всё так же смотря в одну точку.
— Да так, сказать тебе кое-что нужно.
— Так говори.
— Не удастся твой план побега.
— Побега? Тебе Таня уже сказала?
— Нет. Это и дураку было понятно, что ты задумала. Я же тоже не пальцем деланная!
— Ну так, что за вести?
— Вокруг полигона ставят мины.
— Как? Откуда ты знаешь?
— Подслушала случайно.
— Хорошая шутка!
— Контуженная, тебе смешно?! Я серьёзные вещи рассказываю! А ты… Хочешь подорваться, пожалуйста! Только вот тогда я останусь здесь и ни в чем участвовать не буду! Лучше мешки таскать, чем сдохнуть! — со злобой проговорила блондинка, разворачиваясь к выходу, но Лаура схватила девушку за руку и потащила за собой, снова к воротам.
— Прости, просто очень странно звучит. Как ты подслушала? Они же все, как один, на своём разговаривают!
— Я немного понимаю по-немецки. И с переводчицей удалось поговорить.
— Прости ещё раз. Просто неожиданно как-то было.
— Ладно, что уж там.
— Да-а, здесь, действительно, проблема…
— А у тебя была ещё какая-то?
— Она и до сих пор есть.
— Может, я смогу помочь её решить?
— У нас нет карты местности. Поэтому, после побега, я не знаю, куда нам ехать, какими путями.
— Может, я попробую выкрасть её у фрица?
— Нет! Это исключено!
— Почему же?
— Потому что. Я люблю тебя.
— Почему, если ты меня любишь, то… — Третьякова так и не договорила, только сейчас до неё дошёл смысл слов. — Стоп! Что ты сказала?..
— Да, Маш. Тебе не послышалось. Я понимаю, что это глупо и о таком болтать явно не стоит, но всё же факт остаётся фактом. У тебя, наверное, семья, муж, дети. А тут я, как снег на голову, так ещё и с таким вот недоразумением. — Лаура заметно занервничала. Говорила быстро и иногда запиналась.
— Какие мужья и дети? Не смеши! Я толком-то и сделать ничего в этой жизни не успела! Вообще, с какой головы ты это взяла?
— Мне так подумалось. Ведь уже в двадцать пять женщина имеет семью. А я, насколько помню, ты младше меня на два года. Получается, тебе двадцать пять, раз мне двадцать семь.
— Какие заморочки. Ну что ж, как говорила моя покойная бабушка: «В жизни нужно успеть попробовать всё!». Поэтому у нас с тобой ещё всё может получится! — Мария приблизилась к Лауре, поцеловав её в уголок губ, и ушла.
Шатенка долго стояла на улице, переваривая у себя в голове данную ситуацию, и была просто счастлива.