Глава 14. Неверлэнд. Вероятность пятая. Самый большой город в мире (2/2)

— Это целеуказания для справедливого суда, — ехидно заметил я.

— А может, лучше уйти? Вернешься, когда утихомирится, — влез Геральт.

— Еще чего! — скривился Лютик. — Возвращаться в дом, из которого в тебя бросают оскорбления и медные котлы. Сей непороч… виноват, непрочный союз я в одностороннем порядке объявляю разорванным. Подождем только, пусть выкинет… О мать моя, нет! Веспуля! Моя лютня!

Он бросился к дому, протянув руки, споткнулся, упал, схватил инструмент в последний момент, уже над самой брусчаткой. Лютня проговорила стонуще и певуче.

— Уф-ф, — вздохнул бард, поднимаясь с земли. — Порядок. Отличная штука, Геральт, теперь можно идти. Там, правда, еще остался плащ с куньим воротником, но ничего не попишешь, пусть мне будет хуже. Плащ, насколько я ее знаю, она не выкинет.

— Ах ты, лживое дерьмо! — разоралась блондинка и сплюнула с балкона, разбрызгивая слюну. — Ах ты, бродяга! Ах ты, фанфарон хриплый!

— Что это она тебя так, а? Проштрафился в чем?

— Да нет, все нормально, — пожал плечами трубадур. — Она требует моногамии, мать ее так-то, а сама кидает в людей чужими портками. Слышал, как она меня обзывала? О боги, мне тоже известны такие, которые приятнее отказывают, чем она дает, но я же не кричу об этом на улицах. Пошли отсюда.

— Куда?

— А как думаешь? В Храм Вечного Огня, что ли? Пошли, завалимся в «Наконечник Пики». Надо успокоить нервы.

— И всё же, — заметил я. — Ты слишком ветреный, Лютик, — мы подошли к известной таверне.

— Ветреный? Я? Да что ты понимаешь? — начал свою браваду Лютик. — Я просто не могу не одаривать всех, слышишь, всех красавиц в этом мире того, чего они достойны. В этом мой долг, как мужчины, который, как лев, диковинная зверушка из Офира — имеет несколько прекрасных львиц.

— В твоём случае — львиц до неприличия много, — ёмко заметил Геральт.

— Да что вы понимаете? Моногамисты! Храните верность одной женщине.

— Ты бы её видел, — сказал я, — она красивее вообще всех женщин этого мира.

— А ты показывал? — спросил Лютик. — Вроде же можешь показать.

— Хмммм… — я задумался и прямо перед входом, где мы стояли появилась Кушина, одетая в облегающие штаники и такую же блузочку. — Вот она, смотри, руками не трогать, отрежу и запихаю туда, где не светит Небесное Светило.

Лютик прямо споткнулся о ступеньку, а затем, встав, ещё и приложился лбом о удерживающий навес столб.

— Это… Она Богиня! — сказал Лютик. — О её красоте, я сложу три баллады! Четыре! Пять…

— А я отрежу тебе язык, — сформировал я чёрный меч.

— Ладно, не буду, но буду бесконечно восторгаться твоим выбором и, как друг, поддерживать тебя, о великий Колдун — Сеиджи из Учиха, — Геральт поперхнулся.

Мы спокойно зашли в трактир, где с Лютика попытались содрать за «вчерашнее». Рискну предположить, что он та самая причина, по которой ко мне пришло сразу три девушки на проверку беременности, почему-то они посчитали, что всё так быстро делается, точнее — что маги способны обнаружить ребёнка «сразу после отстрела мужчины в нужную часть тела». Что за глупость, хотя да, я такое могу, но это уже слишком выбивается.

Поначалу бард напоминал побитую псину, но опосля — заметил новую жертву. Мы с Геральтом не купились на его «глазки кота из Шрэка», хотя он больше действовал, как Иерарх Хеммерфальт — давил голосом. Геральт оправдался курткой, а я тем, что вложил все деньги на счёт в банке Вивальди. Тут-то мы и встретились с Даинти Биббервельтом, точнее — этот низушек — Дуду, допплер, обладающий просто невероятными талантами в части обращения денег. Надо бы и мне ему помочь с деньгами, пусть даст мне достаток, всё же я больше политик, чем торговец, так что я не знаю кому и сколько дать, а главное — что купить, чтобы потом продать.

Но свои мысли я не успел сформировать, как влетел настоящий Бибервельт и начал насыпать тумаков «близнецу». В итоге началась потасовка, окончившаяся разбором полётов.

— Ну и почему вы не можете договориться? — спросил я, когда допплер сбежал, а перед настоящим Даинти отчитались о доходах.

— О… О чём это вы? — спросил он, шокированным взглядом уставившись на меня.

— Сами же слышали о доходе, Геральт, ты, как самый опытный, может оформишь мою мысль? — спросил я у ведьмака. — Что стоит делать, когда деньги текут рекой?

— Встать на пути течения и раскрыть карманы пошире, — процедил ведьмак.

— Именно, он представился тобой, и у него есть жилка торговца, возможно, самая большая, что я видел, всё что вам нужно — договориться, что сей индивид, — я кивнул на улицу, на которую, в результате потасовки сбежал, — будет вести дела вашей семьи, в результате — вы добудете себе перспективного сотрудника.

— В этом есть смысл, — почесал себе затылок торговец. — А ты чего волнуешься?

— О, у меня тоже есть свой резон. Он талантлив и я бы не отказался ему финансово помочь, — сказал я. — В конце концов — деньги должны работать, а не просто лежать. И я бы не отказался от столь талантливого посредника.

— Эвоно как, — тогда… — Геральт, излови, будь добр, это чудо. Я думаю — заключу контракт с ним и с…

— Мэтр Сеиджи.

— С вами, мэтр Сеиджи.

***

Да, это было весёлое время, которое ознаменовалось поиском новоявленного Дуду Бибервельта. После я снабдил Дуду деньгами, естественно, я бы мог создать столько денег, сколько нет в казнах всех государств сего мира, но решил — отобразить честность. Так интереснее. Наказал — каждый месяц скидывать на мой счёт по тридцать процентов от прибыли, в конце концов у меня есть ещё и магическая лавка, ассортимент оказываемых услуг которой я расширил ещё и алхимией. Выучить рецепты с моей памятью было просто.

Погоня за допплером принесла ещё интересность в виде знакомства с Ляшарелем. Та ещё тварина… Был, вот только уже столько лет этот тайный агент является ещё одним допплером. Точнее — допплер является им. С ним у меня состоялся краткий, но интересный разговор. Я сказал, что буду собирать данные на всех жителей Новиграда, он же тоже предложил свою помощь и обмен знаниями по «жителям», в конце концов — он контрразведчик и разведчик, главный шпик, карающий меч и ещё куча прозвищ.

***

Тысяча двести шестьдесят второй год не был спокойным. Он был годом потрясений. Вторая половина тринадцатого века Неверлэнда ознаменовалась Первой Северной Войной, в которой сразу же вылетела из войны Цинтра. Это Королевство погибло, спасибо Нильфгаарду.

Армия Нильфгаарда — наступала безжалостно и довольно быстро, сказывались действия Императора. Эмгыр вар Эмрейс, Деитвен Аддан ын Карн аэп Морвудд — Белое Пламя, Пляшущее на Курганах Врагов — был прекрасным политиком и полководцем, отчего положение армии Севера, что объединился при такой угрозе было плачевным. Капитул кинул «клич» и приказал двадцати трём, не двадцати двум, а двадцати трём чародеям, под руководством Вильгефорца — помочь Северу. Я был тем самым двадцать третьим, что присоединился к битве, то, что мной управляет главная мразь — мне было плевать. Вдобавок — главенствовать группой чародеев он будет лишь номинально, по факту каждый из нас представлен сам себе и каждый из нас сам решает, как ему принимать участие в битве, хотя все чародеи будут сражаться, как и я. В этот раз я решил показать лишь часть сил, совсем немного недотянув себя до уровня сил Вильгефорца. Если покажу больше, чем требуется — значит не произойдёт канон, а если не произойдёт канон, то фиг знает — что произойдёт в итоге. Здесь я решил сохранить канон, конечно, вскоре я сильно вмешаюсь, да так, что весь мир вздрогнет, но это после, сейчас меня ждёт Холм Коршуна, который вскоре станет Содденским Холмом.