Lilac - Спектр/Джин Кусанаги, намёками Рёкен/Юсаку, G, Романтика, Психология (1/2)
По временам Спектр окончательно терялся и не мог никак понять, что творилось в его душе.
Мысли о Джине носились в голове, назойливо жужжали, злили, но пропадать никак не хотели. Бывало даже, что они уйдут на время, словно исчезнут совсем, а потом лежишь, пытаешься уснуть, и они снова стучатся в дверки твоего подсознания, как ветер стучит ненастной ночью в окно.
Спектр откровенно мучился и не мог избавиться от образа младшего Кусанаги, всплывавшего в его сознании, а когда пытался, то сталкивался с собственным нежеланием этого делать, и отчаянно недоумевал внезапной перемене в своём привычном образе мышления. Какое бы растение он ни брался подстричь и подкормить в саду, какую бы программу не писал - везде мерещился ему Джин. Поэтому, вдоволь настрадавшись, Спектр решил-таки поделился своей напастью с Рёкеном.
Когами-кун на протяжении рассказа согласно кивал головой, хмурился задумчиво, но, стоило Спектру окончить свою речь, и лидер Ханой тихо вздохнул.
В этом вздохе по природе умевший хорошо читать людей Спектр уловил нечто новое, особенно непривычное.
- И Спектр туда же! - сокрушался Геном, потому что в самом чувстве любви и в отношениях он видел исключительно беду для любого уважающего себя хакера.
Байра и Фауст лишь значительно переглядывались.
- Рёкен-сама, и что же мне теперь делать? - беспомощно вопрошал Спектр и с надеждой глядел на своего старшего товарища.
- Не томить и признаться, что же ещё? - прозаически отвечал Рёкен, иронично улыбаясь.
Юсаку, в это время стремительно выигрывавший дуэль у Джина в LINK VRAINS, был с ним совершенно солидарен.
***</p>
Джин был искренний, по временам мечтательно задумчивый, а по природе удивительно простой человек. Он придавал мистическое значение окружавшим его вещам и явлениям, поведению людей, но в то же время делал это для себя и почти ни с кем не делился своими рассуждениями. Спектр же замечал за собой, что ему приятно быть единственным, способным полностью вникнуть в предмет их разговора.
Случилось, что первая встреча юношей произошла в начале весны, когда заместителя Револьвера послали проведать, как у старшего Кусанаги и Юсаку дела и как продвигается постепенное восстановление игнисовского сознания.
После возвращения Фуджики-куна прошло, к тому времени, уже два месяца, он только вышел из больницы, и Шоичи с Джином предложили ему жить вместе с ними. Юсаку долго упирался, но в итоге не смог противостоять их общим уговорам и согласился. Джин тогда был вне себя от радости, носился, помогая ему с переездом, а Фуджики-кун не мог перестать удивляться изменениям в младшем Кусанаги; они быстро сдружились и стали почти неразлучны, Шоичи даже отвёл им одну комнату на двоих.
Ай с фрагментированным телом и памятью, которого Юсаку принёс с собой по возвращении, любопытно оглядывал всё вокруг, сидя в дуэльном диске и поминутно чирикая что-нибудь имевшее смысл лишь для одного него.
Рёкен со Спектром ещё в больницу прислали свои поздравления Плеймейкеру, но увидели Юсаку вживую значительно позже, когда были по каким-то неотложным делам в Ден-сити и заглянули перекусить в Кафе-Наги. Братья Кусанаги в тот день уехали из города, Фуджики-кун оставлен был следить за фургончиком и не стал прятать своей радости при встрече с Рёкеном, который тоже оказался изрядно счастлив и плохо это скрывал.
Спектр держался поодаль и успешно делал вид, что их оживлённое общение его никак не касается.
В тот же тёплый весенний вечер, придя с визитом, он застал в кафе-Наги лишь Джина, который весело поздоровался с ним и осведомился, не является ли он мистером Спектром, о котором упоминал брат. На утвердительный ответ Джин покачал головой и сказал, что Шоичи отошёл куда-то, но обещал скоро вернуться, и предложил своему сверстнику попробовать новую часть меню Наги - холодный зелёный чай. Спектр был этому немного удивлён (напиток являлся его любимым и он изумился совпадению), но в то же время рад. Джин принёс ему высокий бокал с прохладным чаем и оставил Спектра ждать, не решаясь завести разговор.
Этот странный человек с вытянутым лицом, забавным носом и исключительной вежливостью в обращении с собеседником производил впечатление настоящего джентльмена, который, наверняка, умеет поддержать любой разговор. По природе неловкий со словами, Джин боялся ляпнуть глупость, и потому, казалось, специально не смотрел в его сторону.
Положение спас Юсаку, при виде которого Спектр поднялся и улыбнулся. Эта улыбка содержала в себе нечто, невозможное для прочтения, как показалось Джину. Фуджики-кун отреагировал на его появление спокойно и с привычной невозмутимостью поддерживал беседу о программе, о которой прислал уточнить со Спектром Рёкен, но и в позе его, и в самом голосе чувствовалось разочарование.
Джин решил, что надо расспросить Фуджики об этом как-нибудь невзначай, а, между тем, Спектр, завершая свой визит, подошёл к младшему Кусанаги и, мягко улыбнувшись, обещал прийти ещё раз, но только ради того, чтобы выпить ещё стакан превосходно заваренного зелёного чая. Джин смутился, не зная, что и ответить на такой комплимент, а потому сказал, что будет рад снова видеть его клиентом кафе Наги. Видимо довольный эффектом, произведённым на миловидного юношу, Спектр отправился к пристани, а Юсаку пристально поглядел ему вслед.
Другие посещения вице-командира Ханой были строго в то время, когда Джин находился в кафе один, и почти никогда не носили рабочего характера.
Спектр приходил, часто с книгой или компьютером, заказывал всегда разные напитки, словно испытывал талант в готовке оных младшего Кусанаги, и со стороны казалось, что не обращает на него ни капли внимания.
Джин же недоумевал, отчего так всегда выходит, но продолжал кидать любопытные взгляды на Спектра, думая, что тот и не замечает их, и пытаясь отыскать причину этого внезапного внимания к себе со стороны нового постоянного клиента.
Насладившись вдоволь джиновским замешательством и решив, что им пора завести существенный диалог, Спектр в другой раз принёс с собой маленькое дерево из своей коллекции, прораставшее из небольшого округлого горшка. Оно ожидаемо вызвало интерес у младшего Кусанаги, а так как посетителей почти не было, то никто им не мешал наслаждаться приятным и оживленным общением. По окончании этого визита юноша понял для себя, что имеет дело с поэтической и милой в своей бесхитростности натурой, которая кажется ему до странности привлекательной.
В голове Спектра сам собой начал зарождаться дальнейший план действий, о конечном результате которого он, правда, не хотел задумывался.
Внутри юноши боролись две силы: одна желала, чтобы он был честен с собой, другая заставляла упрямствовать и откладывать на потом размышление о том, почему такой ярый мизантроп, как он, вдруг захотел чужой близости и тепла.
На следующий раз Спектр снова принёс компьютер и, работая над частью новой защитной программы, подозвал к себе свободно стоявшего Джина, спросив его совета по её поводу. Младший Кусанаги неловко улыбнулся и сообщил, что не очень понимает в программировании, но пообещал спросить у Юсаку об этом. Спектр, представив себе эту сцену и лицо Фуджики-куна, чуть не засмеялся, но вместо этого, с присущей ему сдержанностью, поблагодарил Джина.
Юсаку, имевший со своим другом разговор вечером, действительно изумился, как это Спектр мог не знать ответ на столь простой вопрос, и, сам не будучи осведомлённым в тонкостях спектровских манипуляций, не распознал подвоха, хоть позже подозрения и закрались в его душу.
Днём позже Джин слово в слово, не упуская ни единой подробности, пересказал новому знакомому решение проблемы, предложенное Фуджики-куном, и был тайно счастлив от осознания того, что может быть ему полезен.
Джин, возможно, не понимал, но чувствовал, что к нему питают симпатию, и попытался выразить её взаимность, по незнанию ухватившись за первый попавшийся повод.
Спектр уловил это, как и особенно радостное волнение, с которым младший Кусанаги говорил, дослушал его до конца и поблагодарил за оказанную помощь. Джин снова просиял, хотя куда уж было больше, и отправился дальше помогать старшему брату, что внимательно следил за их беседой из-за прилавка фургона Наги.
Спектр перевёл взгляд на монитор, тихо усмехнувшись, и продолжил писать код, с которым работа не ладилась ещё с утра.
Через некоторое время, уже собираясь уходить, Спектр сделал вид, словно что-то вспомнил, и, обратившись к Джину, предложил ему прогуляться вместе, когда представится возможность.