12. Могильные тайны (1/2)

— Идём, Дени, — Арья потянула подругу за руку. — Идём.

Дени, послушная и немного равнодушная, последовала за ней вниз по лестнице, ведущей в крипты. Она изменилась с того проклятого дня в богороще. Не смеялась, почти не говорила — только шептала — и редко смотрела Арье в глаза. Но рука была прежняя, тёплая и крепкая, и по-прежнему цеплялась за Арью, как за спасательный канат.

Ничего. Они спустятся вниз, погуляют в криптах, найдут новый тайный ход — и Дени вернётся в себя.

Искать дракона — это ведь была её идея. Оказывается, в Белой Гавани и других городах верили, что тёплые источники теплы не сами по себе, не от земного жара, как учил мейстер Лювин, а от дыхания спящего дракона. Это, конечно, была глупость — но интересная, Арья всегда была всей душой за интересные глупости. Тем более, потом они прочитали в ”Итинерарии Северных Земель”, что когда добрая королева Алисанна останавливалась в Винтерфелле, с ней была Среброкрылая, её драконица.

— Драконица, — сказала Дени. — Это значит, она могла оставить кладку.

— Зачем? — спросил их полумейстер. Он всегда говорил: верный или нет, ответ должен быть обоснован. Прошло несколько недель, и основание тоже нашлось:

— Септон Барт считал, что яйца дракона живут там, где есть земной жар, и каменеют там, где его нет. Значит, под Винтерфеллом кладке самое место.

— А почему они не вылупились тогда же? — лукаво спросил полумейстер.

— Потому что дракону нужен всадник! — Арья придумала ответ ещё до того, как услышала вопрос. — Человек, который поможет родиться на свет.

Это была хорошая теория, достаточно логичная, чтобы быть верной — и с того дня они искали не дракона, а его яйца. Вечерами, лёжа в общей девчачьей кровати, шептались, какого они цвета, ведь драконы были самые разные, как листья по осени (пока Санса и Джейни шептались о дурацких гаданиях или обсуждали мальчишек и узоры для вышивки).

Они спустились в крипты. Арья, как взрослая и ответственная, несла факел. Дени, сегодня в роли маленькой и беззащитной, робко шла следом. Вот и гробницы начались — они прошли пустые склепы, заготовленные для папы и Робба, напротив Артоса Несокрушимого, и Арья улыбнулась дяде Брандону, навеки застывшему с широкой, залихватской ухмылкой.

А потом из пустого гроба пружиной выбросило что-то крупное и чёрное, и выбило из руки Арьи факел. Тот прокатился по полу немного, выхватив из темноты сапоги из красной кожи, с вышивкой на голенище — и погас.

Звякнул металл. Скрипнула кожа. Прямо у лица прошла волна воздуха с запахом оружейного масла. Нож, у человека в сапогах был нож, и он...

«Не бойся, — сказала себе Арья. — Нельзя бояться. Ты взрослая и ответственная».

Ладошка Дени, мокрая от пота, выскользнула из её руки.

— Арья, статуи, — шепнула та, и по камню пола простучали каблучки.

Точно. Статуи. Они каменные, за них можно спрятаться. Нож сломается о камень, человек в сапогах уйдёт и всё будет хорошо. Налево, Арья рванулась налево, где статуя тёти Лианны; у неё венок, очень удобно уцепиться, подтянуться, залезть... шаг, другой — она подпрыгнула и повисла, вцепившись в каменные розы.

Венок подался вниз, раздался скрежет и тихий, задушенный крик Дени.

Арья разжала руки и упала на постамент. Нож мазнул по камню совсем рядом, выбив искры.

Тётя Лианна сидела, держа в руках венок.

Дени нигде не было.

* * *</p>

Раздался скрежет, и пол ушёл у Дени из-под ног.

— А! — она хотела крикнуть «Арья!», но не успела, упала вниз лицом во что-то мягкое и гладкое. Снова раздался скрежет — и звуки (топот, звон ножа о камень, пыхтенье Арьи) словно отрезало.

Вокруг был спёртый, тяжёлый запах пыли и гнили. Под мягким и гладким — шёлком — кто-то лежал. Кто-то, давно умерший: под тканью и мехом прощупывались кости.

«Это тайный склеп», — подумала Дени. Он открывается каким-то механизмом. Открылся — и закрылся, и никто не узнает, где она, и не найдёт её. Она задохнётся и останется навсегда лежать здесь, на шёлковом плаще неизвестного мертвеца.

Воздуха оставалось всё меньше, голова кружилась, и вдруг она ощутила тепло. Совсем недалеко, где кончались ноги скелета, веяло теплом.

«Может быть, это выход?» — глупо, конечно, ведь крипты славились своим холодом, но так хотелось на что-нибудь надеяться!

Она потянулась к источнику тепла, нащупала его... нет, не выход, не тайный рычаг, увы!