Закончить начатое (1/1)

Когда Донхек проснулся, в нос ударил неприятный запах медикаментов. Поморщившись, Донхек попытался приоткрыть глаза, но белоснежный свет, бьющийся под самым потолком, в одно мгновение ослепил его. Странное ощущение того, что такое уже однажды происходило, наполнило его грудь саднящим чувством, похожим на липкий страх вперемешку с осознанием собственного бессилия.В действительности Донхек уже однажды просыпался в тошнотворно-зеленых стенах больницы, и под боком у него неприятно пищало. Сейчас же было безмолвно?— только судорожное дыхание Донхека прерывало тишину. Глаза наполнились слезами. Что было сном, а что было явью? Рука его дернулась, пальцы сжали белоснежную простынь в кулак.И только тогда со стороны послышался голос:—?Ты проснулся.Мягкий и отчетливый, и он ни коем образом не принадлежал Минхену. Донхек попытался ответить, но буквы изранили его горло?— в глотке оказалось так сухо, как не было ни в одной пустыне мира. Долго фокусируя взгляд на одной точке, Донхек увидел перед собой расплывчатый силуэт, и только когда голос прошептал ?вода?, Донхек раскрыл губы и сделал один осторожный глоток.—?Так лучше?Донхек кивнул. Холод наполнил его грудь, а секундой позже опустился к животу. Когда его взгляд перестал плыть, он посмотрел в сторону, откуда исходил голос, и каково было его удивление, когда он увидел черную копну волос и мягкую улыбку на бледном лице.—?Почему ты не сидишь с Джисоном? —?было тем первым, что спросил Донхек у Ченлэ, и его аристократические черты дрогнули, словно под маской спокойствия Ченлэ разрывало на части.—?Он в реанимации.Донхек посчитал, что слов будет недостаточно. Он не стал ничего спрашивать до того момента, пока несколькими минутами спустя Ченлэ не привел себя в порядок, не стряхнул с себя волнение, разбивающее его тело мелкой дрожью, и не спросил:—?Что случилось тогда?И сознание Донхека взорвалось вихрем воспоминаний.Он отчетливо помнил, как Чжон замахнулся, как стул в его руках разлетелся на куски, когда он врезался в Донхека, как он наставил на него пистолет, как тело Донхека рухнуло на гладкий камень и как ладонь Юты, мокрая от дождя, выскользнула из его руки.Рыдание наполнило грудь Донхека обжигающей лавой.—?Я… —?задохнулся Донхек. —?Я не хотел его убивать,?— признался он. —?Но он хотел убить меня… Юта спас меня… Он отдал за меня жизнь…Судя по тому, как у Ченлэ не дрогнула ни одна мышца на лице, о Юте он уже давно знал. Парень лишь откинулся своей удивительно прямой спиной на спинку стула и устало сжал двумя пальцами переносицу. Донхек попытался приподняться, но боль острым ножом пронзила его тело, и когда он увидел свои руки, от пальцев до локтей замурованных под слоем чистого бинта, он поднял на Ченлэ вопросительный взгляд.—?Ты изрезал все руки,?— поведал он. —?Тебя нашли на крыше, ты сидел на стекле и плакал. А по дороге в больницу потерял сознание. Ты разве не чувствуешь, что у тебя ребро сломано?—?Нет,?— шокировано ответил он и оглядел себя. Его тело состояло из одной сплошной боли, так что он не обращал на нее должного внимания. —?Как… —?Донхек запнулся перед любимым именем. —?Как Минхен?—?Я заходил к нему час назад. Спит,?— спокойно ответил Ченлэ. —?У него сломана рука в нескольких местах и разбита голова, но он в порядке. Вымотался. Сильно.Ченлэ потянулся вперед.—?Скажи, Донхек,?— мягко начал он. —?Перед своей смертью… отец поведал нечто такое, что бы могло его…—?Оправдать? —?спросил Донхек; он хотел вложить в голос как можно больше яда, но у него ничего не получилось. Ченлэ поджал губы и вновь принял отрешенный вид. —?Перед законом, ты прекрасно это понимаешь, он не будет оправдан. Но меня пугает то, что я не могу даже сейчас сказать, что твой отец тебя любил и всегда о тебе заботился. Не могу этого сказать?— ведь это будет наглой ложью.Ченлэ кивнул. Его взгляд наполнился пустотой.Донхек услышал, как за дверью появились голоса. Он и Ченлэ одновременно развернули головы. Дверь приоткрылась, на секунду людские голоса стали громче, но затем все стихло. На пороге стоял Хан Хенджин, генеральный комиссар агентства полиции. В руках он держал несколько темных папок. Когда взгляд его темных глаз наткнулся на изможденное лицо Донхека, он присвистнул:—?Долго же будет заживать.Донхек потянулся забинтованными руками к лицу, но Ченлэ его остановил.—?Просто несколько синяков,?— сказал он. —?До свадьбы заживет.Донхек поперхнулся воздухом.—?Господин Хан, вы хотели поговорить с нами? —?спросил Ченлэ, так и не повернув головы.Ченлэ вел себя в его присутствии абсолютно спокойно, в то время как Донхек чувствовал, как на его утомленное битвами тело наползал липкий страх. Ченлэ был физически здоров, а, значит, не должен был находиться рядом. Почему же его не увезли на допрос? Ждали, когда проснется Донхек?Хан подошел ближе, протянул им папки и спокойно сел на белоснежный диван в углу палаты.—?Благодарю вас за сотрудничество и за помощь полиции нашей страны,?— было тем первым, что он мягко и тихо сказал. —?Благодаря вашему плану мы не потеряли ни одного сотрудника, но некоторые все же получили несерьезный ранения, не считая Ли Минхена. Мы задержали около пятидесяти человек, связанных с нелегальным бизнесом и преступным миром, а также их жен в целостности и сохранности. Конечно же, это ни в коем случае не означает, что миру мафии пришел конец. Я бы даже сказал, что отныне начнется новая эра…—?Эра мафии под покровительством полиции? —?неуверенно спросил Ченлэ, раскрыв папку. Зашелестели белоснежные бумаги.—?Кто не хочет быть осужден по закону,?— промурлыкал господин Хан,?— должен на этот закон работать. К сожалению, вся наша деятельность как хранителей правопорядка ограничивается одними лишь документами, которые запрещают нам выходить за их пределы.—?Но деятельность мафии совершенно другая,?— продолжил Ченлэ, словно понимал генерального комиссара как самого себя. —?И поэтому вы предлагаете работать сообща.—?Я не принуждаю,?— напомнил господин Хан. —?Но я был бы рад видеть вас во главе семьи Чжон. Как вы смотрите на это?Ченлэ поджал губы. Донхек читал на его невообразимо красивом лице оттенки сомнений и думал, что в конечном итоге Ченлэ вскинет белоснежную голову и твердым голосом откажется от этого предложения, но вместо этого он уверенно согласился.—?Я уже переговорил с некоторыми подчиненными вашего отца. Джонни и Доен выразили желание работать под вашим управлением. Снайперы семьи Чхве тоже не остались в стороне. А с ними и люди господина Мун Тэиля.Донхек подавил удивленный выдох. Никто из них не сядет в тюрьму. Никого не будут судить. Они останутся на свободе. Но что насчет него?— снайпера, за спиной у которого десятки отнятых жизней?—?Господин Хан,?— хрипло позвал он. —?Я…—?Донхек, выбери себе новое имя.Донхек замер. Замер и сидящий неподалеку Ченлэ. Его брови сошлись на переносице, так сильно он нахмурился.—?Что?..—?Донхек, ты уже несколько раз доказал полиции свою преданность, и я в полной мере беру на себя ответственность в будущем за твое поведение. Сложись все иначе, я бы не заставлял тебя брать новое имя, но твое нынешнее было вписано в завещание господина Чхве. Если дело дойдет до суда, мне не помочь тебе, ведь все будут считать, что ты устроил переворот лишь затем, чтобы присвоить себе руководство над мафиозной семьей. Поэтому мы пришли к выводу, что ?Ли Донхека? следует убить.В горле шумно заклокотал звук.—?Вы даруете мне свободу? —?тихо спросил он, словно не верил собственным ушам.Господин Хан мягко улыбнулся.—?А разве не для этого ты сражался?***—?Твои новые документы.Доен присел на стул, на котором несколько часов назад сидел Ченлэ, сбежавший из палаты сразу же, как только ему сказали, что Джисон пришел в себя.—?Ты не поменял фамилию,?— заметил мужчина.—?Будем считать, что я взял фамилию Минхена,?— ответил Донхек, раскрыв папку. Доену пришлось переделать целую кучу документов, и впервые он делал это действительно законно. На тех местах, где должны были быть фотографии, оставили пустые места.—?Тебе придется немного изменить внешность,?— подсказал Доен. —?Перекраситься,?— он покачал головой, словно размышлял об этом. —?Может, сделать пластику…—?Ли Джиху,?— протянул Донхек, проведя пальцами по буквам, которые складывались в его новое имя.Неожиданно дверь в палату раскрылась, ударившись в стену, и на пороге показался Ченлэ. Улыбка его, яркая, точно солнечная, пересекла лицо от уха до уха. Радостный Ченлэ не сразу заметил сидящего в стороне Доена, но когда тот поднялся, чтобы уйти, он быстро поклонился ему. Лишь когда дверь за Доеном захлопнулась, Ченлэ радостно запищал:—?Он пришел в себя, пришел в себя, он такой милый, теперь у него есть красивый боевой шрам… —?улыбка в мгновение ока погасла. —?Только этот негодяй заснул прямо во время поцелуя.Донхек засмеялся, но остановился, втягивая воздух?— боль пробила грудную клетку.—?Минхен тоже пришел в себя.Донхек застыл.—?Но он прикован к постели как и ты, так что я не знаю, когда вы сможете увидеться.—?Он в порядке? —?спросил Донхек. В конце концов, каждый полученный Минхеном шрам был его виной.—?Для человека, которому пробили голову и сломали руку, он хорошо держится,?— взгляд Ченлэ наполнился задумчивостью. Он резко выпрямился. —?Видеочат.—?Что?..—?Ви-де-о-чат,?— по слогам сказал Ченлэ, достав из кармана толстовки телефон. —?Пусть тебе и Минхену нельзя подниматься с постели, вы сможете поговорить по видеозвонку.Он протянул телефон, и Донхек ужаснулся, увидев свое лицо; темно-лиловые синяки расползлись по коже, как если бы нерадивый художник пролил на холст мутную воду, в которую прежде окунал кисточку с краской.—?Я ужасно выгляжу…Ченлэ перевел на него взгляд безумных глаз.—?Это сказал человек, который позволил Минхену находиться рядом все те полгода, что он восстанавливался после комы?—?Мое лицо тогда не было похоже на картины Цвиатко.Ченлэ резко поднялся на ноги.—?Жди звонка,?— сказал он. —?Я пойду к Минхену и позвоню с его телефона тебе.Лишь когда он был уже у двери, Донхек его окликнул. Развернувшись, Ченлэ увидел его хрупкое, слабое тело в ворохе белоснежных одеял. Это был Донхек, который прежде вызывал в нем смутную тревогу, в присутствии которого он никогда не чувствовал себя в безопасности. Но отныне это был Донхек, ради которого Ченлэ сделает все, что угодно, зная, что Донхек никогда не останется в долгу.—?Да? —?спросил он.—?Пожалуйста, в следующий раз, когда пойдешь к Джисону, скажи ему,?— в глазах блеснули слезы,?— скажи ему, что я прошу прощения.Ченлэ мягко захихикал.—?Сам скажешь,?— ответил он. —?Он будет ждать твоих извинений.И затем дверь за ним захлопнулась.