Часть 3 (1/1)

Не при звездах приду, да не при луне,В темный волчий час на твое крыльцо,Выйди, выйди, сердце мое, ко мне,Дай мне вновь увидеть твое лицо…? Хелависа. Поздним утром мы добрались до деревни. Так, ничего особенного, самое обычное поселение, немногим больше десятка избенок насчитаешь. Одного взгляда на них достаточно, чтобы уже кое-что сказать про хозяев: кто побогаче себе жилье выстроил, из крепкой вековой сосны, кто победнее - из простой березы. Заезжие путники здесь появлялись нечасто, так что и постоялого двора мы не обнаружили. А нам жизненно важно было найти себе временное пристанище. Рест даже высказал унылую мысль, что в крайнем случае, если не удастся напроситься на ночлег к местным, мы могли бы обратно в лесную избушку вернуться. Идея его мне не показалась такой уж соблазнительной, потому что обратно топать предстояло два дня, а терять это время я не планировал.Поэтому, не мешкая ни минуты, мы вызнали, где отыскать дом старейшины, да и сразу отправились к нему. Встретил нас преклонный старец с трясущимися, корявыми как болотная коряга руками, подслеповатыми слезящимися глазами и замедленной реакцией на всякое слово. Рест нетерпеливо топтался вокруг нас, пока я вел с ним беседу. Ученик явно не верил, что от такого немощного старика, мы сумеем чего-то добиться. Но дед Орша оказался мужиком приятным и деловым. По поводу интересующего нас вопроса знал он немного, но нужных людей посоветовал. Огорчало только, что было их всего двое: коробейник Дёрн - ныне местный дурак, да травник Мирлас. Первого в деревне всегда недолюбливали за ремесло, которым он промышлял. Второго наоборот, уважали. На минуту я задумался об этой извечной людской несправедливости. Торгашей всегда недолюбливали, хотя везде с нетерпением ждали, так и с нами, магами. А ведь чего дурного мы сделали? Но стереотипы живучи. Орша поведал, что у Дёрна в соседней деревне жила умелая родня. Он покупал у них глиняную посуду, которую потом продавал в других поселениях. Предприимчивый мужичок и в тот раз отправился навестить своих родственников, да только вместо обещанной наживы отыскал там ужас и смерть близких людей. Не удивительно, что открывшаяся его взору картина настолько потрясла торговца, что вернулся он обратно уже не в своем уме. Мирлас, как уверял меня старик, тоже имел в деревне, подвергшейся нападению, какого-то знакомого человека, с которым поддерживал торговые отношения. Однако травник перенес случившееся стойко, ничто не убило его жизнелюбие, и умом он, к счастью, не повредился. Я поблагодарил Оршу за ценную информацию и ненавязчиво напросился на ночлег. Дед нам не отказал, и вопрос с жильем решился сам собой.До дома Дёрна решили отправиться пешком, а потому распрягли лошадей и оставили их в хлеву, под присмотром добродушного старика.Отыскали избу сразу же, да только в ней никого не оказалось. Выяснилось, что Дёрн жил сам по себе, семью заводить не хотел, и поэтому сейчас болтался где-то неприкаянный. Пришлось искать этого полоумного по всей округе. Даже в луга обратно вернуться. Мы уже было совсем отчаялись, плюнули и повернули назад, как Рест приметил под мостом какую-то сгорбленную фигурку.—?Это что, тролль? —?недоверчивым шепотом спросил меня ученик. Я покосился на Реста, потом на копошащуюся в полутьме тень.—?Что переживаешь? Краткий справочник ругательств, используемых троллями, так и не выучил? —?поддел я Реста,?— На твое счастье, это не тролль. Эй, мил человек,?— по-приятельски обратился я к незнакомцу,?— мы ищем коробейника по имени Дёрн, не видел ли ты его?Из-под моста выглянула всклокоченная грязная голова с бегающими, ни на чем не останавливающимися глазками.—?Зачем он вам? —?поинтересовался всклокоченный.—?Вызнать у него, что он видел в соседней деревне. Говорят, там тварь какая-то весь народ перебила,?— я прищурился, изучая странного типа, внутреннее чутье подсказывало мне, что перед нами и был тот самый сумасшедший Дёрн. Действительно, мужик стремительно выскочил из своего укрытия, высоко поднимая ноги, и создавая при этом огромные брызги, стал выбираться на берег. С безумным видом он бросился к нам и вцепился в горловину рубахи Реста.—?Они там были! Ужасные звери! Волки! Вот с т-а-а-а-кими зубами! Я видел их своими глазами!Я отпихнул ненормального от своего ученика. Рест побелел и сгорбился.—?Полегче! —?пригрозил я мужику,?— Ты говоришь, волки? Обычные волки? Или…—?Ха! —?нервно усмехнулся Дёрн,?— Обычные! Да уж не меньше сажени в длину.—?Смахивает на описание оборотня,?— робко вставил Рест.—?А я про что?! —?натурально возмутился мужик.— Их там было десятка два, а то и больше! Стая! Целая стая! Всех растерзали на моих глазах!Я продолжал смотреть на коробейника, и пытался понять правы ли люди, утверждающие, что он сумасшедший. Конечно, отойти после такого шока не так-то просто. Тем более если тебе никто не оказывает помощи, а словам твоим и вовсе не верят. Но в его фразах было что-то странное, не укладывающееся в голове: оборотни не сбиваются в стаи. Они друг друга на дух не переносят. Они не объединяются даже ради создания потомства. Так уж они устроены. Может быть, это его возбужденный рассудок выдумал целую стаю, а несчастный и поверил? И все-таки я сомневался. Чтобы один зверь уничтожил целую деревню... А ведь говорят, она была даже куда многолюдней этой, более полусотни жителей, разве же это под силу одному оборотню? —?Они и сюда придут! За нами придут! —?повторял Дёрн, позабыв, где он находится, и схватившись за голову.—?А как ты выбрался? —?заинтересовался Рест, испуг которого уже прошел.?— Как тебе удалось уйти?Но Дёрн уже нас не слышал. Он пустился наутек и не прекращал твердить свои ужасные пророчества. Следом за ним мы не кинулись. Зачем? Вряд ли он смог бы сказать нам еще что-нибудь ценное. Нам нужно было хорошенько все обдумать, да и время близилось к полудню, а следовательно, неплохо было бы перекусить. У нас с прошлого вечера во рту и маковой росинки не бывало, поэтому вопрос с обедом стал первоочередным. Мы нагрянули в первую ближайшую избу, из открытого окна которой распространялся по улице приятный аромат жареной картошки. В животе призывно заурчало. Хозяйка дома оказалась баба мелочная и прижимистая, содрала с нас с три шкуры за крохотную миску какой-то мерзкой похлебки. Так что всю дорогу до лавки травника меня не покидало чувство, что скормила она нам очистки, заготовленные для свиней. Хорошо, что по пути нам встретилась старушка, торгующая пирожками. Мы с Рестом обрадовались да скупили у нее все разом. Неизвестно ведь когда и где в следующий раз предстоит нам отобедать.Травник оказался человеком приятным, отзывчивым, легко и обстоятельно поведал нам все кровавые подробности. Слушая его подробный рассказ с места событий, Рест заметно позеленел и выбежал во двор. Я улыбнулся, отправил в рот очередной пирожок и одобрительно кивнул, чтобы Мирлас не смущался и продолжал. Уговаривать мужика не пришлось. Он был из той породы людей, которым в сущности все равно с кем и о чем разговаривать. Стыдливость и брезгливость у него, как у всякого лекаря и травника, отсутствовала, а значит, мне удалось выяснить характер ран, которые тварь оставила на трупах. Словом диалог получился на редкость информативным. Мирлас даже поделился со мной, какие эликсиры пользовались особой популярностью среди жителей этой деревни. Я избавил походную сумку Реста еще от одного пирога, и, пока травник отвлекся, потому что ему принесли для продажи снадобья, я продолжал жевать. Мирлас о чем-то спорил за дверью, видимо, никак не мог договориться о цене товара, а потом вернулся в лавку, да не один. Я резко перестал жевать, иначе точно бы поперхнулся. Прямо передо мной, зло прищурившись, стояла ОНА.