КНИГА 3. ПРОЗРЕНИЕ. Глава 21 (2/2)

Через две минуты Чанёль тихо сопел, удерживая Кая за бёдра, а сам Кай почти сидел у Чанёля на плече и пытался ухватиться за выступ открытой кабины.Именно такую сцену и застал ввалившийся в цех темноволосый парень в форме фюрера.— Пак-твоюмать-Чанёль! Ты что творишь? — загремел фюрер неожиданно звучным и красивым голосом. — Нашёл себе нового фюрера, сопляк ушастый? Что за разврат, я не пойму? Это так ты работаешь, да? Глаза б мои на тебя не смотрели, гулёна лохматый! На минуту одного оставить нельзя!Чанёль обречённо прикрыл глаза и тихо пояснил:— Бён Бэкхён. Все круги ада на мою несчастную голову. Мы в связке.— Но разве... — Кай осёкся в недоумении. Потому что Чанёль говорил об с-категории, а в с-категории пилот и фюрер делили разумы. В таком случае Кай не понимал, почему фюрер просто не заглянул в разум пилота и не увидел там ничего такого.— Он просто ревнивый, как сволочь. По умолчанию. Заводской стандарт, чтоб его. Ну что, зацепился?Кай крепче сжал пальцы и, наконец, перебрался в кабину, оставив Чанёля на растерзание его фюреру. Кай по-прежнему ничего не понимал, но кому-то следовало заниматься роботом, пока фюрер внизу рвал и метал, а Чанёль пытался его успокоить, но, кажется, злил только больше.Кай активировал панель управления и внимательно осмотрел пометки и виртуальные кнопки. Осторожно тронул одну и чуть не вывалился из кабины: короткая очередь бронебойными из правой стрелковой установки вспорола бетон.

Эта очередь заставила Чанёля и Бэкхёна распластаться на полу и благоразумно отползти за грузовик. Хотя кое-кто сам виноват — можно же было скрутить установки или разрядить робота полностью.Кай запомнил кнопку и похожие уже не трогал. Прикоснулся к другой. Правая конечность робота пришла в движение и зажужжала пилой. Пришлось повозиться, чтобы отключить и убрать пилу.

Методом проб и ошибок Кай выяснил способ управления роботом и заставил машину походить. Пострелял из установок на поясе, побегал, помахал руками и пришёл к выводу, что функциональность у робота невелика. Робот мог стрелять, ходить, пилить, разгребать завалы и прокладывать дорогу. Всё, собственно.Кнопку деактивации Кай нашёл быстро — помнил нужный символ ещё со времени побега. И ему удалось выяснить, что в деактивированном состоянии робот попросту складывал нижние конечности таким образом, чтобы корпус замирал в устойчивом положении, а кабина оказывалась на удобной высоте.Кай уже тепло попрощался с Чанёлем и Бэкхёном и отправился с докладом к Крису.— Значит, игрушка без сложностей? — подытожил Крис, выглянув из-за монитора и устремив на Кая требовательный взгляд из-под пушистых ресниц. Под этим взглядом Кай чувствовал себя так, будто сидел прямо в костре и медленно прожаривался до хрустящей корочки со всех сторон.— Ага. — Кай уставился на угол монитора, чтобы не разглядывать Криса больше положенного и не гореть в личном аду. — Рискну предположить, что изначально это были вспомогательные роботы для освоения территорий. Ну или разгрузчики. То есть, техника не военная, потому что именно эти функции лучше всего отработаны и настроены. Оружие на них нацепили недавно. Ну и эти штуки сами дойти до базы от границы не могли. Передвигаться они способны только по ровной поверхности. В лесу или в горах толку от них будет мало, даже если заменить шасси на вездеходные модели. Трак-стилл, например, поставить можно, но если на пути попадётся распадок или овраг, то и всё тут будет. Ну или робот полетит вверх тормашками вниз по склону. Крепления жёсткие, и баланс рассчитан только на ровную поверхность. Если их сделать больше... метров десять или двенадцать в высоту, то баланс за счёт увеличения веса станет лучше. Немного. Оптимально — всобачить движок истребителя с увеличенной мощностью, прыжковые ускорители и трак-стилл, ну и защиту реактора продумать. Получится убойная штука.Крис покосился на него со странным выражением в глазах, но обошёлся без комментариев и жестом отпустил, прекратив наконец эту пытку. Каю казалось, что ещё одна лишняя минута рядом с Крисом — и он задымился бы отнюдь не фигурально от непреодолимого притяжения.Чтобы остудить голову и немного прийти в себя, Кай сразу из штаба направился к ангарам, на полпути развернулся и двинул в сторону центра управления. Вышка, прилепившаяся к торцу наземной части центра управления, постоянно манила его к себе. Не то чтобы Кай испытывал тягу к возвышенностям, но ноги сами вечно приносили его туда, где было выше всего.Вышка убегала метров на сорок вверх бетонным конусом, выстроенным вокруг спиральной лестницы, и представляла собой один большой передатчик, набитый под завязку всевозможной аппаратурой, включая шифроблоки и модуль искусственного интеллекта. ИИ увеличивал скорость дешифровки всех данных, поступавших с датчиков, расположенных на территории, приписанной к базе.Крышу вышки венчала бетонная ?тарелка?, а дальше ввысь поднималась конструкция из металлических штырей, перекладин и тросов. Ещё метров двадцать — и шпиль с маяком. По сигналу этого маяка истребители обычно определяли точку снижения и захода на посадку.У Кая ладони свербели и чесались при одном взгляде на вышку — так и тянуло забраться на самый верх и посмотреть оттуда на мир под ногами. Но он знал, что внутри всегда торчит пара дежурных, а они непременно его турнут. Но Каю всё равно свербело. При мысли, что Крис тоже сядет на коня, влезть на вышку захотелось невыносимо. Двойное удовольствие: ветер на высоте и Крис в бешенстве.

Кай облизнул пересохшие губы, огляделся, ожидаемо не увидел вокруг ни души — никто не рвался гулять под порывами стылого ветра — и подобрался ко входу в вышку. Приоткрыв дверь, Кай прошмыгнул внутрь, прокрался мимо шкафчиков с вещами дежурных и замер у лестницы, прислушиваясь и озираясь.

Всё складывалось намного удачнее, чем он ожидал. Напичканная техникой башня позволяла подняться вверх незамеченным, достаточно было просто прятаться между корпусами трансляторов, забираться на блоки с ногами или замирать в тенях при встречах с дежурными. Ну а стоило пройти мимо них, и путь наверх больше ничто не преграждало. Кай взбежал по ступеням, резко выдохнул, оказавшись на пятачке под крышей, и полез к люку. Спустя миг он зажмурился, когда ветер хлестнул в лицо, срывая слёзы с ресниц.Кай опустил крышку люка, подобрался к краю и осмотрел базу сверху. Неплохо, но могло бы быть и лучше. И он перевёл взгляд на металлические крепления и тросы, которые тихо гудели, поскрипывали и будто бы пружинили под ударами ветра. Не удержавшись от быстрой улыбки, Кай ухватился ладонями за холодный металл и удобно поставил ногу, оттолкнулся и бросил руку на перекладину над головой.

Поднявшись немного выше и в полной мере насладившись холодом под пальцами и толчками ветра в спину, Кай повернул голову и полюбовался на крошечные фигурки у ангаров. Фигурки ёжились и пригибались, и выглядели с такой высоты жалкими, даже напуганными.Ветер взревел, и Кай вцепился в перекладину крепче. Прикрыл глаза, позволяя ветру швырять волосы в лицо и дёргать за комбинезон, обнимать напряжённое тело и остужать, унимать внутренний жар. На шее, плечах и спине медленно разливалось покалывание под кожей. Напоминало это слабые разряды электричества и приносило блаженство. А едва ветер утих и перестал злобствовать на минуту, Кай шустрее заработал руками и ногами, чтобы влезть ещё выше — до самого шпиля. Обнял металлический столб, убегавший к небу, зацепился ступнями за переплетения тросов и с упоением уставился на горную гряду к западу.Там начиналась Вайсгау.Линию горизонта укрывала зыбкая дымка, но Кай различал тёмные массивы леса, угадывал очертания гор и с лёгкостью мог представить себе Голубую Долину, речные пороги и толстый ковёр из опавших иголок на земле, делавший хвойный аромат стойким и густым.Спустя минуту Кай тёрся щекой о плечо и пытался понять, что не так с его лицом. Осознал далеко не сразу. Просто за полгода как будто разучился нормально улыбаться, а сейчас ничего не мог с собой поделать — улыбался и мечтал раскинуть руки, обнять ветер и оказаться вот прямо там, под хвойным шатром. Лететь низко, дышать домом и смеяться.Ветер кусал за пальцы, вгрызался в запястья, хлестал по лицу и звал поиграть с ним. А облака над головой словно сами спускались ниже, чтобы Кай мог их лучше разглядеть. У него голова кружилась от каждой волны радости, что проходила сквозь тело с новым порывом ветра. И, похоже, он нашёл своё личное седьмое небо на базе-А15.На грешную землю Кай обратил внимание уже тогда, когда у центрального корпуса столпился народ. Это напомнило о расписании и столовой. Но все продолжали торчать у входа или подходить ближе к вышке, и до Кая дошло, что его заметили. А ещё чёрт его знает, что они там себе понапридумали. Небось, решили, что он спрыгнуть решил или ещё какую дурость учинить.Без особой охоты он спустился на крышу, открыл люк и скользнул в нежеланное тепло. Шёл вниз по лестнице уже не таясь, потом лениво кивнул дежурным и вывалился на крыльцо. Тут же и застыл на месте под взглядами со всех сторон. Чувствовал, что до сих пор улыбается, как дурак, но улыбку стереть не получалось. Было слишком хорошо, чтобы не улыбаться. Хорошо до той степени, что Каю хотелось стать полупрозрачным и унестись куда подальше вместе с ветром — подальше от людей.Ну а после Кай наткнулся на строгий взгляд Криса. Тот сжимал затянутыми в перчатки ладонями планшет с документами и смотрел в упор. Кай выдохнул, отвёл глаза и живо нарисовал в воображении грядущую выволочку, а то и несколько суток карцера. Под землю после неба не тянуло ни разу. С усилием он таки стёр с лица улыбку, вскинул голову и устремил на Криса выжидающий взгляд.

Тишина тянулась мучительно долго. Потом Крис сунул планшет под мышку, развернулся и зашагал к центральному корпусу. Кай пожал плечами, двинул следом, внутри задержался в туалете, чтобы умыться и прийти немного в себя. Когда же ввалился в столовую, нашёл Криса за одним столиком вместе с Ченом. Очередь привычно рассосалась, и спустя три минуты Кай сидел в одиночестве и уныло ковырял вилкой в тарелке. Видел со своего места спину Криса, как Крис увлечённо беседовал с Ченом и не оборачивался.Кай прилежно собирал на хвост неприятности, поэтому день не мог для него закончиться ничем хорошим.

Сразу после отбоя взревела сирена, а через четверть часа Кай уже был в небе на новом истребителе и прикусывал себе язык до крови, лишь бы не ляпнуть лишнее в ответ на указания Криса.Крис вёл его над судоходным Монте по самому короткому пути к Вагенштоль, где засекли новый отряд роботов.

Это походило на умерщвление младенцев, потому что сбившиеся в кучу роботы на открытом пятачке представляли для истребителей великолепную мишень. Их бронебойные для истребителей угрозы не представляли на большом расстоянии, зато у истребителей стрелковая мощность явно превосходила наземную.С роботами расправились быстро, но не это беспокоило Кая, а то, какое впечатление на него производил голос Криса в небе. Крис говорил холодно, чётко и только по делу, звучал отстранённо, но это Кая совершенно не успокаивало.Противостоять доппельгангеру в небе было сложнее. Кай мрачно предположил, что с каждым новым полётом ему будет всё хуже. Если раньше он просто остро реагировал на голос Криса, то теперь жадно ловил каждый звук и чувствовал лёгкое покалывание под кожей на плечах, лопатках и между ними.Это превращалось, на взгляд Кая, в зависимость. А зависимость порождала панику.— С тобой всё в порядке? — тихо спросил Крис, когда Кай развернул корабль и направился на базу.— В полном, — солгал Кай с чувством бескрайнего отвращения к самому себе, потому что лгать в небе — последнее дело.— Я не упрекаю, но... просто ты летал не так, как всегда.— Привыкаю к обновке, — ещё раз солгал Кай.

Но солгать было легче, чем сказать ?мой фюрер?, признаться в доппельгангере и дать шанс на с-категорию. С-контакт убил бы Кая, и он это знал наверняка. Ещё одного вторжения в свой разум Кай не вынес бы. И дело даже не в том, что тело не выдержало бы и окончательно извратило защитный механизм. Кай полагал не без оснований, что с-контакт мог свести его с ума. Закончить то, что фремды начали. Сделать его таким же, как те, кто вернулся из плена. Большинство из них.

С-контакт мог сделать его безумцем с набором отклонений и фобий.Этого Кай точно не хотел. Он по-прежнему испытывал животный ужас при мысли об объединении разумов. Даже если второй разум будет принадлежать Крису. А, быть может, объединение разумов именно с Крисом пугало Кая ещё больше.Стоило лишь на миг представить, что в его разуме Крис увидит всё, вообще всё — прошлое и нынешнее, и Кая бросало в холодный пот.

Он никому не хотел показывать то, что с ним было в плену. И меньше всего он желал бы показать это Крису. Если ему достало силы сказать в общих чертах Крису о том, что ждало человека в плену у фремдов, то этого не хватало на показ или подробный рассказ.Кай не хотел ни жалости, ни сострадания, ни ужаса. Особенно от Криса.И он до рассвета видел в кошмарах, как ему резали правую ногу по частям. После — вдоль, чтобы изучить механизм движения и сравнить с аналогичным у различных животных и фремдов. И он видел, как данные вносили в каталог на его примере. На его примере в каталог внесли немало данных, но Кай этим точно не гордился.После сигнала побудки Кай навернулся с кушетки, когда попытался вскочить на ноги. Правая подвела. Нога вообще работала прекрасно. Фремды всегда всё возвращали в исходное состояние после опытов. Порой даже возвращали в лучшем состоянии, чем было до. Но оставались психоблоки. Потому нога и подвела — Кай пересмотрел кошмаров. Телу казалось, что ноги опять нет.

Кай свернулся на полу клубком и тёр ладонью бедро и голень, позволяя телу осознать поскорее, что всё в порядке.

При падении колено пострадало. Под ладонью ощущалось липкое и вязкое.Кай потратил двадцать минут, чтобы встать наконец и дохромать до душевой кабинки. Наскоро ополоснулся, залепил колено пластырями и торопливо оделся. На умывание и бритьё времени просто не осталось, но он всё равно опоздал на построение и потерял балл.Крис окинул его встревоженным взглядом, но ничего по поводу опоздания не сказал, зато в столовой полюбовался на неровную походку Кая. Кай изо всех сил старался не хромать, но он неплохо долбанулся коленом и разбил на совесть. Даже просто сгибать правую ногу в колене было адски больно, не то что делать шаг ею.После завтрака Кай стиснул зубы, но всё-таки сунулся в медицинский корпус, чтобы повидать Чена и позволить осмотреть ногу.— Всё не так страшно. Просто сильный ушиб и повреждение тканей. Но тебе следует быть осторожнее. Частые травмы такого рода приводят к излишней чувствительности сустава и непроизвольной потере контроля. Не постоянно, но довольно часто.Кай безучастно кивнул. Он и так это знал, но вряд ли мог что-то изменить.— Можно сделать фиксацию, если хочешь. Два дня в кандалах, зато потом будешь как новенький, — предложил Чен, но Кай отказался.

Предпочитал перетерпеть, и чтобы зажило само, чем два дня жить с фиксацией на ноге. А ещё боль помогала на время отключиться от мыслей о Крисе — польза.