Часть I. Алые сердца Корё – 8. По воле Небес (2/2)

*** Чжи Мон старательно имитировал панику, впрочем, она всегда удавалась ему довольно натурально. Но толстокожий четвёртый принц не понимал его намёков и сидел за столом, упорно не желая пойти навстречу. То есть на ритуал дождя. – Ритуал дождя скоро начнётся, а наследного принца всё ещё нет! А вдруг с ним что-то случилось? – вовсю истерил астроном и метался за спиной Ван Со, который с мрачным видом слепо листал какую-то книгу.

– Подожди ещё, – угрюмо изрёк четвёртый принц, даже не повернув голову. – Люди начнут возмущаться, если ритуал дождя будет отложен! – продолжал гнуть своё Чжи Мон, проклиная упрямство Ван Со. – Я пойду и попробую поискать наследного принца. Ну да, поискать! И где, интересно? На конюшнях? Его блеф был настолько грубым, что астроном охнул и покосился на принца, который дураком не был и мог за эту очевидную глупость размазать Чжи Мона по стенке. Но Ван Со был не в том состоянии, чтобы напомнить зарвавшемуся звездочёту, что наследный принц задержался на границе и никаким образом не сможет появиться в столице к сегодняшнему ритуалу. Чжи Мон употребил все свои возможности, чтобы Ван Му торчал там как можно дольше и не мешал ему тут своим осточертевшим самоедством и бесконечными сомнениями.

Притомившись носиться по комнате и впустую сотрясать воздух, звездочёт шагнул к столу: – Ваше Высочество, пожалуйста, сделайте что-нибудь, чтобы успокоить народ! – Я не пойду, – даже не шелохнулся Ван Со. – С меня хватит и прошлого общения с народом. Ну надо же, какой упёртый, а! Что теперь, все карты перед ним раскрывать что ли? Всё равно стащить силой по лестнице и выгнать из башни его не получится, хотя Чжи Мон никогда не жаловался на собственную немощь. Ещё ведь нужно заставить его переодеться, затолкать в паланкин и всучить эту несчастную ветку, чёрт бы её побрал вместе с принцем, рождённым в год Петуха! Чжи Мон мысленно досчитал до пяти (до десяти не мог: поджимало время!) и пошёл в лобовую. – Именно вы должны быть там вместо наследного принца! – отчеканил он. – Вы уничтожили банду наёмников, но впадаете в уныние из-за такой мелочи? Ван Со побелел так, что Чжи Мон испугался, а не перегнул ли он палку. – Мелочи? – сощурился принц.

Голос его опасно упал. – Вы чересчур уж переживаете из-за этого шрама! – вздохнул астроном. – Как вы будете наследным принцем, если не справляетесь даже с этим? Ваша обида на мать никогда не пройдёт.

Ну всё. Он точно переступил черту. Уже в открытую заявил, что Ван Со предстоит стать наследным принцем, несмотря на то, что следующий по счету за Ван Му принц Ван Ё здравствовал и метил на престол с немалым рвением, пусть и с подачи королевы Ю.

Более того, он и королеву приплёл! А откуда, спрашивается, он, простой звездочёт, мог всё это знать?

Чжи Мон нервно сглотнул.

Перебор. Он не раз уже поражался интуиции и остроте ума четвёртого принца, и сейчас сильно рисковал, раскрывая ему карты. Но иначе Ван Со не сдвинется с места! Астроном это чувствовал и начинал переживать за успех предприятия.

Святые Небеса, за что ему всё это, а? Ох, не зря он оттачивал план, не зря дёргался из-за вероятной импровизации – вот, пожалуйста! Опять четвёртый принц заставляет его выкручиваться прямо по ходу. А четвёртый принц тем временем поднялся из-за стола и с угрожающим видом двинулся на Чжи Мона: – Значит, вы специально выбрали меня, чтобы унизить? Зачем? Вы хотели посмотреть, как я с этим справлюсь? Так? Вот теперь точно всё. Ну почему Небеса наградили этого человека таким умом и прозорливостью? Ну почему ему предстояло управлять какой-то страной вместо того, чтобы стать проводником? Как бы там ни было, а притворяться дальше смысла не имело. Не с четвёртым принцем. – Ну вы же сами всё поняли, – глухо ответил Чжи Мон. Он помедлил, а потом подошёл вплотную к Ван Со. – Вам нужно обрести уверенность в себе. И тогда камней, летящих в вас, станет меньше. – А тебя когда-нибудь закидывали камнями? – прошипел ему в лицо четвёртый принц, чьи глаза наполнялись гневными слезами. – Это что – воля небес? Ты считаешь меня глупцом? К моим братьям относятся, как к принцам, а меня воспринимают, как сына мясника. И вы выбрали меня вести ритуал? Если вам нужен раб, который бы сидел там, так бы и сказали! – Если от ритуала раба пойдёт дождь, он станет королём! – закричал, сорвавшись, Чжи Мон, но ему уже было плевать. – Это воля Небес! Вы должны устоять перед всем народом! Только так принц станет королём! Вы должны устоять перед народом и доказать своё право на трон!

Увидев, как поник под его напором принц, Чжи Мон смягчил тон: – Я могу только направить, но не могу заставить вас произнести: ?Я понимаю. Я справлюсь?. Только вы сами можете решить, что вам делать.

Припечатав окаменевшего принца этими словами, Чжи Мон направился к лестнице. Ему действительно пора было уходить. Сейчас сюда должна была прийти Хэ Су, которой он вчера якобы от имени Ван Ука передал целую коробку редких порошков, масел и трав. И он знал, что всю ночь Хэ Су старательно смешивала ингредиенты и пробовала полученные смеси на коже. Он в ней не сомневался. Равно как и в четвёртом принце.*** Стоило Чжи Мону уйти, как Ван Со упал обратно на стул и замер, глядя на белое одеяние, которое очистили от грязи и глины и принесли ему сегодня, чтобы он вновь провёл ритуал дождя. Он был раздавлен словами звездочёта, их силой и правдивостью. Если он не сможет переступить через себя, побороть свой страх, то что тогда он может вообще? На что годится? Чего стоит?

Внезапно в его ушах прозвучал тихий голос Хэ Су: ?Никому в этой жизни не бывает слишком легко. И каждый сам решает, как ему жить?.

Ван Со глубоко вздохнул, а затем решительно поднялся, схватил одеяние и бросился к лестнице.

Будь что будет! Он не позволит издеваться над собой ни матери, ни братьям, ни кому бы то ни было. И пусть камни полетят в него вновь, никто больше не увидит ни его слёз, ни его слабости.

Но не успел он шагнуть на лестницу, как перед ним появилась Хэ Су, которая радостно воскликнула: – Ваше Высочество! Вы должны пойти со мной! – У меня сейчас нет времени, – попытался обойти её Ван Со. – Я иду на ритуал дождя. – Я могу помочь вам снять маску. По какой причине он вдруг послушался Хэ Су и пошёл за ней? Что он делает здесь, в просторной светлой комнате дворца Дамивон, у стола, заставленного баночками со странными порошками и мазями?

Почему позволяет Хэ Су развязывать кожаные ремешки на его затылке, когда ещё совсем недавно угрожал ей смертью за то, что она видела его без маски? Ван Со задавал себе эти вопросы, сидя напротив Хэ Су и впиваясь пальцами в колени, лишь бы не показать, что они дрожат от напряжения. Ремешки ослабли и соскользнули вниз по шее. Он вздрогнул, когда Хэ Су отняла маску от его лица, но упавшая на лоб чёлка скрыла шрам, давая Ван Со возможность вздохнуть ещё пару раз перед тем, как Су увидит его. Увидит таким, какой он есть, – проклятым всеми уродом. Хэ Су осторожно убрала его волосы с лица, закрепив тяжёлые пряди, чтобы не мешали, и… …и ничего не произошло.

Она не ахнула от изумления, не скривилась в презрительной усмешке, не зажмурилась от страха. Она смотрела на него, просто смотрела, как на… обычного человека. А потом спокойно протянула руку и дотронулась до шрама. Ван Со замер, смущённо моргая и изо всех сил заставляя себя сидеть на месте. Он был открыт перед нею и чувствовал себя при этом так странно, что не мог понять, что же испытывает на самом деле. Тёплые пальцы цветочными лепестками касались старого рубца, изучая его: от середины лба к переносице, затем спустились ниже, на левую щёку, и чуть задели ресницы. Не выдержав этого, Ван Со вцепился в запястье Хэ Су, пытаясь справиться с охватившим его смятением. – Ты можешь спокойно смотреть на это уродливое лицо? – прерывисто проговорил он. – Тебе меня жаль? – Как я могу жалеть того, кто постоянно угрожает мне смертью? – легко вздохнула Хэ Су, ничуть не испугавшись. – Есть у вас шрам или нет, неважно, что говорят люди. Для меня вы всегда будете хорошим человеком. Ван Со растерялся от её задумчивого взгляда, мягкого голоса и простых, добрых слов, и отпустил её руку.

Хэ Су вновь дотронулась до шрама: – Он не очень и большой. Из-за этого так долго жить в тени? Это несправедливо, – она потянулась к столу и взяла в руки кисточку. – Почему я доверяю тебе? – проговорил Ван Со, на самом деле спрашивая не её, а себя. – Я всегда думал об этом и не мог понять.

Брови Хэ Су удивлённо взлетели: – Бывает, что доверяя кому-то, вы совершаете просто огромную ошибку. Доверять другим всегда сложно. Я понимаю, что вы хотите сказать. Поэтому вы можете на меня положиться: я никогда вас не предам. Если вы доверитесь мне, я помогу вам сделать первый шаг. – Ну если так, – отозвался Ван Со, ощущая, как от её открытого взгляда и светлой улыбки его обволакивает неожиданное и такое непривычное спокойствие, – тогда я отдам себя в твои руки. Делай со мной, что хочешь. Теперь я твой. И он закрыл глаза. Никто и никогда не находился так близко от него. Настолько близко, чтобы Ван Со чувствовал чье-то дыхание на своём лице. Только те, кому он вспарывал мечом живот. Но от них пряно разило кровью, смертью и ненавистью. А эта хрупкая девушка с огромными глазами пахла лаской и доверием, чаем из свежих зелёных листьев и медовой выпечкой, ключевой водой и луговыми цветами.

И Ван Со хотелось вдыхать её аромат, чувствовать его ближе, касаться его… Он скрипнул зубами, заставляя себя не открывать глаза, чтобы не напугать Су. Кисточка в её руке едва ощутимо щекотала его переносицу, а мягкое размеренное дыхание обнимало доселе неизведанным умиротворением и надеждой на что-то недосягаемое, несбыточное и оттого ещё более желанное.

Что это? Ван Со не знал.

Он просто позволил себе успокоиться, впервые в жизни осознав, что может не переживать ни о чём, довериться кому-то и подпустить к себе настолько близко, чтобы ловить дыхание другого человека и мечтать почувствовать его своим. – Взгляните на себя, – радостный голос Хэ Су позвал его из бесконечного далёка, заставляя настороженно открыть глаза. Но, подняв ресницы, он увидел не её, а своё собственное лицо без единого намёка на шрам, который был закрашен так искусно, что нельзя было и подумать, что безупречная кожа четвёртого принца не настолько совершенна, как убеждало зеркало. – Вам пора идти, – вскочила со стула Хэ Су, оборачиваясь на призывный звук барабанов в открытом окне.

Ван Со схватил её за плечи и притянул к себе. – Помнишь, я уже говорил – ты принадлежишь мне? И тогда, и теперь, и когда ты дотронулась до моего лица, я всегда знал – ты моя. Так что ты должна быть готова – я никогда не отпущу тебя.

Хэ Су замерла в его руках, и принц склонился к её раскрытым от изумления губам, погружаясь в аромат цветущих лотосов, который обволакивал его рассветным туманом и манил коснуться нежных лепестков. Однако почувствовав дрожь Хэ Су под своими пальцами, в последний момент он поднял голову, улыбнулся и, разомкнув объятия, вышел из комнаты. Пусть не сейчас.

Но он знал наверняка – она принадлежит ему. И он никогда её не отпустит.*** Барабаны надрывались, возвещая о начале ритуала дождя. Наследный принц ожидаемо не явился. Избранный небесами четвёртый принц куда-то пропал, что никого не удивило после произошедшего с ним в прошлый раз, и ушлый министр Пак Ён Гу, науськанный королевой Ю, настоял на том, чтобы приготовить к проведению ритуала Ван Ё, как следующего по возрасту за Ван Му. Нельзя же было упустить благоприятный момент!

За крепостной стеной в нетерпении шумели простолюдины, а внутри уже давно изнывали от жестокого солнца обитатели дворца. На небе по-прежнему не было видно ни одного, даже самого крохотного облачка, и ленивый ветер не обещал никаких перемен. Паланкин ждал у ворот, а время катастрофически заканчивалось. Чжи Мон ковылял, волоча ноги, и с показным кряхтением хватался за поясницу, как древний старик. А ритуальный сосуд нёс так, словно тот был наполнен не водой на жалкую треть, а кусками гранита по самый верх. Его спектакль не обманул третьего принца, который только что не бил копытом, стремясь поскорее забраться в паланкин. – Не старайся слишком сильно, – съязвил Ван Ё с ехидной усмешкой. – Наследный принц не явится. – О чём это вы? – распрямился уличённый в симуляции недуга звездочёт. – Мой брат обладает талантом вечно упускать хорошие возможности, – ядовито пояснил Ван Ё и решительно направился к паланкину.

Судя по всему, Ван Со после случившегося в расчёт он просто не брал. ?Чтоб тебя!? – думал звездочёт, имея в виду и бессовестного третьего, и пропавшего четвёртого, и всех принцев Корё в прямой и обратной последовательности, которые каждый по отдельности и всем своим табуном вознамерились, видимо, свести его с ума. А ум ему ещё ой как был нужен! Однако стоило Ван Ё приблизиться к паланкину, как перед ним, преграждая дорогу, беззвучно вырос Ван Со в белоснежном ритуальном одеянии и маске. – Ты что себе позволяешь? – опешил третий принц, не веря своим глазам. – Я пришёл занять своё место, – невозмутимо ответил Ван Со. – Только наследный принц и я имеем право находиться в этом паланкине.

– Ты слишком наглый для животного!

Удар Ван Ё сбил маску с четвёртого принца, но когда тот выпрямился, Чжи Мон с трудом удержался от торжествующего крика: открытое лицо Ван Со было холодно спокойным и абсолютно чистым, без единого намёка на шрам. Хэ Су не подвела! – Прошу вас сесть, – едва не лопаясь от грозящего вырваться наружу смеха, изрёк астроном. Избранный Небесами принц шагнул в паланкин перед застывшим в изумлении Ван Ё и коротко обронил носильщикам: – Идём. Чжи Мон давно не испытывал такого всепоглощающего чувства триумфа, когда следовал за Ван Со по улицам Сонгака и видел, как люди подобострастно падают на колени перед четвёртым принцем, взывая к нему с просьбами о дожде, и превозносят того, кого вчера ещё проклинали и забрасывали камнями. А Ван Со шёл, смело расправив плечи и улыбаясь, как и подобает будущему великому правителю. Так же неспешно и уверенно он ступил во дворец, где ему предстояло завершить ритуал. Чжи Мон откровенно развлекался, пополняя свою копилку забавных впечатлений изменившимся лицами обитателей дворца. И сколько бы ему ещё ни предстояло участвовать в ритуалах дождя, он точно знал, что никогда не забудет уважение короля Тхэджо, неприкрытую злобу королевы Ю, удивление молодых принцев, улыбку гордости за брата Бэк А и радости – Хэ Су. Поднявшись на ступени храма, Ван Со обернулся, выискивая кого-то в толпе, и, найдя Хэ Су, смотрел теперь только на неё. Смотрел так, что Чжи Мон понял – всё получилось и в этой части его хитроумного плана. Однако пора было включать дождь. Момент настал. И поскольку все, застыв от шока, разглядывали четвёртого принца и его безупречно чистое лицо, никто не заметил, как безоблачный раскалённый Сонгак вдруг накрыла плотная пелена туч, проливаясь на землю щедрой долгожданной влагой. Чжи Мон ликовал: как же он любил, когда его план удавался!

Подставляя довольное лицо собственноручно пущенному ливню, он поглядывал на Ван Со и прекрасно видел, как открыто принц улыбался Хэ Су, какой ласковой признательностью светился его взгляд, который переставал быть волчьим, когда принц смотрел на неё.

Внезапно Чжи Мон заметил, как Хэ Су пошатнулась и теплота в её лице сменилась неприкрытым ужасом. Он перевёл взгляд на Ван Со и вздрогнул, увидев то, что видела она: в пурпурно-чёрном зареве волчьей луны на ступенях храма стоял и пристально смотрел вниз Кванджон – кровавый четвёртый император государства Корё.