25. POV Alois (2/2)

Распахнув двери гардероба, я обнаружил, что все мои вещи были постираны и поглажены. Надо же…Клод решил проявить заботу? Или забыл о том, что они мои? Или же…надеялся на то, что я вернусь? Я чуть усмехнулся, а затем, обернувшись, увидел на пороге его.Клод стоял, облокотившись о дверной косяк, закрывая половину лица рукой.Неужели до сих пор не верил?

Словно в подтверждение моих мыслей, он вдруг произнес:

-Алоис, не уходи! Пожалуйста, не уходи. Ты нужен мне. Мне…мне тяжело.

Я лишь развел руками, продолжая складывать вещи в рюкзак.

-Клод, ты справишься, я уверен. До этого как-то получалось же. И я справлюсь. Для того необязательно быть вместе. Со временем все забудется.

-Но… я не хочу ничего забывать, черт возьми!

На какое — то мгновение я почувствовал в его голосе настоящее жгучее отчаяние. А через мгновение он шепотом добавил, глядя мне прямо в глаза:

-Я люблю тебя,Алоис. Люблю.Ничего неответив, я быстро застегнул доверху набитый вещами рюкзак и пошел к выходу.Задерживаться здесь не было никакого смысла – только мучить себя. Быстро обернувшись и тихо сказав ?Прощай?, я с силой захлопнул за собой входную дверь.

Не помню, как я оказался на улице. Кажется, эмоции настолько захватили меня, что я даже не заметил, как спустился вниз. Порыв свежего, все еще морозного, но уже намного более ласкового весеннего ветра в одно мгновение растрепал мне волосы, чуть тронул покрасневшие щеки. Простояв без движения несколько секунд, одной рукой придерживая деревянную дверь подъезда, а второй пытаясь убрать с лица выбившуюся прядь волос, я в один момент вдруг развернулся и побежал обратно, совсех ног, взбираясь по лестнице, с которой только что спустился. Я бежал, не зная,что ждет меня впереди, бежал под влиянием одного-единственного всепоглощающего порыва, желания, которому не мог противостоять. Я уже не мог, да и не хотел думать о том, что поступаю вразрез с собственным, уже принятым решением. Я слишком сильно хотел обратно, к нему.Настолько, что все остальное уже не имело значения.

Запыхавшись, я остановился у входа в квартиру, пытаясь восстановить дыхание, слыша, как собственное сердце отстукивает бешеный ритм. Но я больше не сомневался, я должен был хотя бы попробовать... Не успел я потянуться рукой к кнопке звонка, как дверь неслышно отворилась.

Я не заметил,как оказался в его объятиях, вдыхая запах его тела, по которому так соскучился,ощущая его тепло, которого мне так не хватало, не заметил, как коснулся его губ своими, задохнувшись от внезапной нехватки кислорода. Не заметил, как едва не застонал, когда мы, наконец, слились в долгом, страстном поцелуе. Поцелуе,который снился мне каждую ночь с момента, как мы расстались. Поцелуе, которого я жаждал всем своим существом. Поцелуе, несравнимым ни с чем другим. Его поцелуе. Я не заметил, как руки с силой потянули за его белоснежную рубашку, спровоцировав уже через секунду приглушенныйстук крошечных пуговиц о линолеум. Незаметил, как усадил его за стул в коридоре, стоявший перед фортепиано, как,вначале расстегнув ему брюки, позволил быстро раздеть себя. Не заметил, что непроизвольно приоткрыл крышку пианино, чуть приподнимаясь и облокачиваясьруками о клавиши. Казалось, я даже не почувствовал той нестерпимой жгучей боли,когда стал медленно опускаться на его плоть. Я хотел его, безумно, теряя последние остатки разума. Хотел принадлежать ему целиком. Я любил его. А он любил меня. Я знал. Я чувствовал. Наш шепот сливался в единый трудноразличимый звук,смешиваясь со стонами удовольствия. ? Я… люблю тебя. Люблю. Люблю?, — повторял я вслед за ним, одними губами, не в силах произнести вслух, снова и снова терзаяего губы, в перерывах наслаждаясь его рваными выдохами, щекочущими мне шею. Он крепко сжимал мои бедра, помогая мне двигаться, а я, непроизвольно запрокидывая голову назад, иногда касался ею клавиатуры, заставляя инструмент издавать резкие,а порой протяжные звуки. В какой-то момент голова закружилась от переизбытка эмоций, а внизу живота стало с немыслимой скоростью усиливаться сладостноеострое напряжение, выход которому я нашел, едва его пальцы несколько раз сильносжали мой член. Кажется, впервые я испытал столь продолжительный, почтиболезненный оргазм, от которого потемнело в глазах. Несколько минут я был не в состоянии до конца осознать, что произошло. И, только когда он помог мне подняться,аккуратно выходя из моего тела, я начал приходить в себя. Клод продолжил целовать меня, ласково и бережно гладя по волосам, шепча на ухо нежные слова,которые звучали так отчаянно и трогательно, слова, от которых сердце постепенно наполнялось сильным, искренним чувством.

-Люблю, — слегка охрипший голос Клода разорвал на мгновение воцарившуюся тишину, сопровождаемую нашим учащенным дыханием. – И никогда тебя не оставлю, слышишь?

Я лишь кивнул и,глубоко вздохнув, улыбнулся. На этот раз я ему верил.