часть девятая. «праздник на прощание» (1/2)
С утра пораньше, надёжно стягивая кимоно поясом, Кай долго и глубоко думал.
На самом деле его всегда трудно было заинтересовать чем-то настолько сильно. То ли он был слишком легкомысленным, то ли слишком умным. Возможно, сейчас дело просто касалось его самого, его семьи. Да и стечение обстоятельств выходило, на удивление, довольно интересным.
Парень думал, и это правда его настораживало. Он настолько отрёкся от действительности, что не сразу услышал стук в дверь.
— Доброго утречка, — здоровается шатен с дамой Пан. — Я опаздываю?
— Госпожа До просила передать, что сегодня занятий этикета не будет. Она взяла выходной.
Кай опускает взгляд и понимающе кивает. Трудно было решить, радоваться ему этой новости или печалиться: уроки Госпожи До понесли настолько сильный эффект, что стали едва ли не чем-то обыденным. К тому же, он почти приспособился к практике. Ни словечка, сказанного ей, не забыл!Что бы парень о ней ни думал, она действительно была мастером своего дела.
— Вы просили меня найти письмо, — вновь отзывается женщина, и Кай вдруг с ужасом понимает, что напрочь про него забыл. — Его нет.
Мастер огня отмирает и молча кланится, и дама Пан выходит за дверь.
Вот тебе и любовь сестры. Неужели его слова настолько её успокоили, что она и ответ писать не стала? Да, Кай безусловно мастер лгать (ну хорошо, недоговаривать) и преувеличивать, но Ния могла хотя бы заподозрить неладное. Или у них дома настолько замечательно в его отсутствие? Они по нему совсем не скучают? А может, у них что-то случилось?
Да что б его. Видит Первый Мастер, он скоро точно свихнётся. Наверняка дома всё замечательно — парню просто нужно поменьше думать. Меньше волноваться. У него целый свободный день, а уже следующим утром он уедет и увидится с сестрой. Всё закончится, и письма будут ни к чему.
Живот жалобно урчит, и Кай вспоминает, что вчера совсем не наелся. Почему-то он даже не подумал о том, чтобы прийти на ужин к Стормам. Может, он просто был занят, а может, слишком долго решался, остерегаясь не совсем приятного разговора. Что ж, это не беда. Сегодня у него, возможно, есть побольше смелости и желания, чем раньше. Он нормально поест перед мучительно долгим днём, а ужин сможет и пропустить.
Если, конечно, не наживёт себе ещё больше проблем.
Парень напоследок выглядывает в окно, встречая солнце над горизонтом, и, на пару мгновений потерявшись в собственных мыслях, выходит из комнаты.
***</p>
К удивлению Кая, завтрак проходит тихо и спокойно. Привычную семейную идиллию нарушает, разве что, совсем не заметный подозрительно-выжидающий чего-то взгляд Смита: в основном ни Высочайшая, ни Морро лишний раз не говорят.
У Кая было много мыслей по этому поводу: начиная от того, что оба Сторма уже обо всём осведомлены, и заканчивая тем, что Морро просто издевается (непонятно было, что из этого страшнее). Никто не поднимал на него взгляда, ни о чём не спрашивал. Казалось, словно парня здесь и не было вовсе — настолько он не привлекал внимания. Конечно, ему стоило бы этому порадоваться. Доесть этот рис и смыться, больше не встречаясь ни с кем из этой семейки.
Тишина держалась до тех пор, пока Высочайшая внезапно не заговорила:
— Корабль отплывает рано утром. Вам стоит выспаться, господин Смит, чтобы не опоздать на отплытие.
Кай чувствует какую-то призрачную издёвку, хотя такой наверняка не было, и склоняет голову в согласии.
— Вас понял.
— Морро, список учеников готов? — женщина привлекает внимание сына. Морро поднимает взгляд и сталкивается им с Каем, что чувствует внезапный мороз на затылке. На лице брюнета расцветает улыбка.
— Конечно. Всем уже обо всём известно, — юноша улавливает одобренный кивок матери и притрагивается к чашке.
— Если у Вас остались какие-то дела в Ордене, — вновь обращается Приминента к отмеревшему Смиту. — господин Смит, сегодня Ваша последняя возможность. Надеюсь, поездка в Золотой Орден не доставит Вам неудобств.
Мастер огня понимающе склоняет голову. Кажется, он едва сдерживается, чтобы не вздохнуть с облегчением, когда опускает голову и возвращается к недавно услышанным словам. «Последняя возможность», значит? Неужели она имела в виду то, о чём подумал Кай? Это был незамысловатый намёк на то, что его всё-таки не собираются здесь задерживать? А может быть, Морро всё-таки рассказал ей? Он окончательно всё испортил?
Кай в полной растерянности. Верить в такое невезение, пусть и ожидаемое, хотелось меньше всего. Ему нужно было сказать что-то. Что-то, что поменяло бы ситуацию в лучшую сторону, какой бы она ни была. Время завтрака уже заканчивается, тарелки пустеют. Если он не сделает что-то сейчас, то не сделает уже никогда.
Кай быстро поднимается с места, когда Стормы уже заканчивают со своими порциями, и, отступив на шаг от стола, резко сгибается в поклоне. Женщина и юноша поднимают на него удивлённые взгляды.
— Спасибо, что приняли меня и учли моё мнение, — уверенно проговаривает Смит. — Я... действительно волновался по этому поводу. Возможно, я слишком надоедливый или чересчур самоуверенный в ваших глазах, и мне трудно сказать, правы Вы в этом или нет. Но я могу быть уверен в одном: я благодарен Вам за то, что Вы сделали. Спасибо, что... дали мне шанс.
Он не решается поднять голову. На самом деле, сейчас Кай говорил искренне. В его словах на самом деле была своя доля правды, и он, отчасти, на самом деле благодарил Высочайшую. Пусть даже и методом «испытания», но женщина позволила ему постоять за себя и свои слова. Кай хотел поступить во благо семьи и в то же время — во благо сестры. Если бы он ошибся, в любом случае пострадало бы что-то одно: семья — отсутствие уважения в глазах Главы Ордена Ветра, или сестра — всё-таки состоявшаяся помолвка. Возможно, тогда ему стоило ещё раз подумать и первым делом обратиться к Майе и Рэю — тогда что-то могло бы и выйти. Однако что было сделано, то, конечно, было сделано.
Затянувшееся молчание в комнате подсказывает, что поступок Кая положительно повлиял на ситуацию — или, по крайней мере, вышел эффектно, — и парень, незаметно улыбнувшись, благодарит за еду и тут же скрывается в коридоре.
Первым делом мастер огня решает освежиться на улице, поэтому уже скоро оказывается за пределами дворца. Сердце всё ещё колотится от волнения и лёгкой радости, и Каю приходится какое-то время постоять на месте, чтобы успокоиться.
— Юный господин? — доносится со стороны женский голос, и Смит, обернувшись, узнаёт свою новую подругу. — Наконец-то я Вас нашла...
— О, — удивлённо отзывается он. — Харуми.
Девушка спешит подойти к нему и, поклонившись, расслабленно улыбается. Невольно улыбка появляется и на лице Кая — Руми имела удивительную способность делиться энергией с окружающими. По крайней мере, с Каем точно.
— Всё не могла найти время, чтобы увидеться... У Вас сегодня свободный день, господин?
— Да, вроде того, — кивает Смит.
— Я говорила Вам о библиотеке, — при одном её упоминании перед глазами всплывает нежданная картинка, и Кай дёргает головой. — Я могу... составить Вам компанию и помочь с поисками. Может, Вы найдёте там что-то интересное. Конечно, если Вы не заняты.
Что-то интересное, значит...
Нельзя было сказать, что в прошлый раз он ничего подобного не нашёл. Возможно, если бы не разговор с Морро, он бы хорошо провёл время и узнал что-то новое. Конечно, возвращаться не очень хотелось... последствия могли бы оказаться ещё более плачевными, если бы там снова оказался Сторм. С другой стороны, он не должен был идти туда один — Харуми предложила ему компанию. Каю льстило, что о нём здесь кто-то помнил. К тому же, с девушкой он действительно чувствовал себя хорошо. Его день полностью свободен, до тех пор, пока он не возьмётся за подготовку к отплытию. Тогда почему бы и нет?
Идея оказалась не такой плохой, какой была на первый взгляд, и мастер огня, кивнув Харуми в знак согласия, уходит с ней по направлению к злосчастной библиотеке.
***</p>
На этот раз внутри стоит более оживленная атмосфера. У шкафов разгуливают мастера стихий, окна освещают библиотеку вместо фонарей. Дневная обстановка всё-таки значительно отличается от вечерней — в первой, в отличии от последней, не было чего-то магического и расслабляющего.
В какой-то момент Кай сам не заметил, как снова окунулся в воспоминания.
В свои детские годы, когда учёба стояла где-то между скукой смертной и серьёзной необходимостью, Кай был весьма привередлив в вопросе проведения его занятий. Его режим дня после длительного отъезда родителей заметно сбился, и он ни в какую не хотел учиться днём. То ли из-за сонливости, то ли из-за раздражения он сразу бледнел, когда открывал книгу.
Из-за такой явной сложности расписание юноши смещалось на пару часов, и за книжки он садился с заходом солнца. Тогда этот метод оказался на удивление действенным: к приближению ночи мальчик чувствовал бодрость, и занятия могли продолжаться. Каю нравилась атмосфера вечера: вокруг было тихо, он мог хорошо слышать собственные мысли. Конечно, позже, с приездом Рэя и Майи, пришлось возвращаться на круги своя. У него это получилось, но эффект был уже не таким.
Кай не любил учиться, но мог делать это по своему хотению, когда на улице темнело. Подобная прихоть тоже являлась непостоянной, однако имела место быть.
Кай был смышленным. И мог взяться за ум, когда это требовалось. Просто иногда его дневная энергия и активность могла уйти куда угодно, но точно не в учёбу.
Для собственного убеждения взглянув на второй этаж и заметив место у края пустым, Кай оглядывается на Харуми и идёт к лестнице.
— Что может Вас заинтересовать? — спрашивает девушка, не отставая от мастера огня.
— Сказать честно... я не знаю, — отзывается Кай. — Какие-то особые техники? — он оборачивается на девушку и приглушенно смеётся. — Не подумай, я не вор. Было бы интересно научиться чему-то новому, пока я здесь. Не у каждого бывает возможность попасть в Орден Ветра, это как шанс один на миллион.
— Вы можете быть смелее, — говорит Харуми. — Все эти записи не нуждаются в охране. Так как наш Орден закрыт для посторонних, нет смысла в подозрениях.
— Правда? А какие-то древние ценные записи?
— У нас таких немного. Они правда находятся в другом месте, но там, в основном, затрагиваются дела Ордена и его предыдущих правителей. Записи, в которых упоминались опасные для жизни техники — вроде создания смерча, — сразу сжигали. Госпожа не хочет подвергать свой народ и народ других орденов риску. Нет смысла хранить что-то подобное.
Кай кивает ей в знак благодарности и проходит к шкафам — тем, на которые ему указывал Морро. Приминента ведь действительно знает, что делает. Такие записи могли бы стать настоящим оружием, начни кто-то конфликт. Стихия воздуха и ветра не менее опасна, чем огонь, земля и вода — атаки могли бы уничтожить целые города. Возможно, миру невероятно повезло, что нынешние главы против войны. Начнись она, воцарил бы полный хаос.
Даже преставить страшно.