С Рождеством. Люблю тебя. (1/1)

Раньше я любил выпить, чтобы вдохновиться,Но ты выглядишь так красиво, мой новый поставщик.Раньше мне нравилось курить, чтобы перестать думать,Но я нашёл кайф в другом.K.Flay – High enough***– В условиях информатизации общества большое внимание уделяется применению информационных и коммуникационных технологий в образовательном процессе по различным дисциплинам. Молодое поколение информационного общества – люди экранной динамичной информации, – голос Хинаты выводит Тобио из раздумий, заставляя переключить слайд с инфографикой, зачитывая свою часть защиты.Почему-то Шоё решил, если они будут первыми, преподаватели накинут им ещё пару баллов за смелость. Кагеяма даже спорить с ним не стал, зная, что это последнее дело, потому что рыжего переубедить в чём-то можно только двумя способами: никак или никак. Хотя в последнее время у Тобио появился очень весомый рычаг давления на него. Теперь заткнуть Хинату вообще не составляло труда – Кагеяме достаточно было просто поцеловать своего парня. Своего парня… За прошедшую неделю брюнет каждый день по десять раз пробовал на языке такое новое для него выражение, каждый раз залипая минут на пять. На него постепенно накатывало осознание того, что он похоже… Счастлив? Наверное, это слово подходит сюда лучше всего.Теперь он не находил никаких причин у себя в голове, чтобы не засматриваться на Хинату. В привычку вошло подолгу рассматривать его, пока тот отвлекался на болтовню с одногруппниками или залипал в телефон. Кагеяма вообще теперь не был уверен в том, что он когда-то был натуралом, ну потому что… Потому что эти ноги. Эти рыжие волосы. Эти лисьи глаза. Эта тонкая шея с такой мягкой тёплой кожей, которую с каждым днём всё больше хотелось попробовать на вкус. Сразу после маленькой серёжки-гвоздика в правом ухе. Хината словно давал ему время свыкнуться со всем этим и не напирал особо с поцелуями, за что Тобио мысленно его благодарил. Но теперь в нём постепенно разгоралось острое желание самому пересечь эту черту, однако было рано. Для всего.За всеми этими мыслями Кагеяма вдруг осознал, что вокруг него какая-то странная тишина. Он поднял взгляд от стола, на котором он сидел и болтал ногой, и понял, что все уставились на него. Чёрт. Хината тоже обернулся через плечо, слегка нахмурившись. И сколько он уже так тупит? Минуту? Или больше? Встряхнув головой, он всё-таки переключил презентацию, продолжая говорить, чувствуя на себе взгляды, отчего против воли начинал волноваться и теребить пальцы. За секунду стало слишком душно и жарко, даже дыхание немного участилось. От понимания того, что его волнение может быть заметно, это состояние только усиливалось, вызывая противное головокружение. Если бы он сейчас стоял, то точно бы покачнулся в сторону. Всё-таки, надо было что-то съесть на завтрак.– Хорошо, – после последних слов Кагеямы Джексон пару раз качнул головой, что-то отмечая в своём журнале. – Если у моих коллег нет вопросов, то с вами мы закончили…– Я бы хотела немного побеседовать с отвечающими, – Тобио только силой воли не закатил глаза на слова Нелли Говард, его любимой преподши по социологии. Про себя он звал её просто крысой. Вообще для него до сих пор было непонятно, что она тут делает. – Кагеяма Тобио, скажите, какую оценку вы бы поставили себе? – Никакую, – парень лишь пожал плечами. – В этой курсовой оценивается общая работа, а не каждого студента лично.– Тогда что бы вы поставили вашей паре? – Кагеяма сжимает края стола руками, пытаясь сдерживаться. У него сейчас явно накатывает волнение, и эта стерва очень не вовремя решила доебаться до него.– Отлично, – хера с два он ей уступит и покажет слабину. Их холодная война длится уже второй год, причём Тобио успешно выигрывает. Обычно.– Вы так уверены в этом? Почему же?– Почему я не должен быть уверен в работе, которую сам же делал? – Он явно наглеет, но по-другому она не отвяжется.– Так вы делали её в одиночку?– Я не это сказал.– Значит, вы на сто процентов уверены в своём напарнике?– Конечно я уверен.– А он в вас?– Простите, но какое это дело имеет к нашей курсовой? – Шоё не выдержал и влез в разговор, замечая побелевшие костяшки на руках Тобио.– Молодой человек, я, кажется, говорю не с вами.– Мисс Говард, Хината прав, – Кагеяма серьёзно помолится за Джексона после этого. – Так, что по итогу вы хотите сказать?– Ах, да, извините, – женщина опустила взгляд в свои записи и как-то неоднозначно улыбнулась. – Я бы отметила, что часть про социальную значимость была действительно слабовата. Мало аспектов и факторов. Это явный минус работы.– Кажется, это вообще никак не связано с нашей программой, также, как и ваш предмет с нашим факультетом, – Кагеяма даже глазом не моргнул, выпалив это на одном дыхании.– Простите, что вы хотите сказать, Кагеяма? – Говард явно не понравился этот тон.– Социология имеет к программированию очень косвенное отношение, и в этом семестре она у нас заканчивается, так что я был крайне удивлён, увидев вас на нашей защите, – Тобио почти почувствовал, как Хината закусил губу.– Кагеяма Тобио, покиньте аудиторию, – голос преподавателя по программированию второй группы раздался как-то слишком громко в резко затихшей после слов Тобио аудитории. Парень лишь пожал плечами и спрыгнул со стола, практически вылетая из помещения, ещё и хлопнув напоследок дверью. Вот так эффектно он лишил себя и Хинату отличной оценки. Он зашёл в туалет умыться и немного прийти в себя, но обнаружил лишь то, что больше дрожит. Он был то ли очень взволнован до тошноты, то ли ужасно взбешён до слабой лихорадки во всём теле. А может, сразу всё вместе, вкупе ещё с его нестабильным эмоциональным состоянием из-за отказа от психотропных веществ. В общем, состояние после сдачи курсовой просто прекрасное. Настолько прекрасное, что Тобио просто садится на пол у раковины и прикрывает глаза, утыкаясь лбом в собственные колени, пытаясь не прыгнуть в окно от накатившей истерики. Он бы вообще не парился, если бы не был в паре с Хинатой, которому он тоже подпортил оценку ненарочно. Из-за этого хочется как следует приложиться затылком о кафельную плиту позади или хотя бы приложить об неё сучку Говард. Женщин бить нельзя, но Тобио уверен на сто процентов, что этот монстр по своему происхождению вообще далёк от человеческой расы.От звука открывшейся двери Кагеяма резко вскинул голову, пугаясь, что его могут застукать за слезами, утирает тыльной стороной ладони глаза и уже хочет встать, как на его колени опускаются две маленькие ладошки, такие родные и успокаивающие, но сейчас даже их недостаточно, чтобы Тобио расслабился. – Прости, я не хотел всё портить… – Он не может поднять на Хинату взгляд, только не сейчас.– Они поставили нам отлично, – Шоё говорит тихо и вкрадчиво, не пытаясь напирать.– Что? – Кагеяма сразу оторвал взгляд от пола и устремил его в карие глаза напротив. – Но я же…– Ну, тебе сделали дисциплинарный выговор, но на нашей работе это не отразилось. Так что успокаивайся и пойдём, – Хината сидит на полу перед ним и склоняется вперёд, обнимая чужие согнутые ноги и устроив на коленях подбородок.Тобио вообще не думает в следующую секунду, когда тянется вперёд и накрывает чужие губы, выбивая из груди Шоё весь воздух от неожиданности. Голову сразу очистило от всего ненужного, оставив только яркое ощущение губ напротив с лёгким привкусом коллы. Хината немного отстраняется, покраснев, косится на дверь.– Мы в универе…– Плевать, сейчас пара. Иди сюда, – с этими словами брюнет встаёт и поднимает за руки и Шоё, отходя к стене и прижимаясь спиной, сгибаясь к своему парню, пока тот встаёт на носочки, чтобы дотянутся до шеи и обнять её ладонями.– Очень… Романтично целоваться в туалете… – Между поцелуями выпаливает рыжий и подавляет смех.– Можем вернуться на пару и делать это на столе перед Говард. До отчисления у меня есть ещё целых пять выговоров, можем себе позволить, – шёпот Кагеямы словно проникает под кожу Хинаты, когда он говорит прямо ему в губы.Они стоят так ещё какое-то время прежде, чем возвращаются, не заметив камеры телефона, снимающей их всё это время.***Кагеяма никогда прежде не сталкивался с буллингом. Как-то так получилось, что и в средней и в старшей школе он был простым весёлым парнем, достаточно умным, но не ботаником, поэтому за что-то цепляться к нему не было никаких причин. Когда тебя никак не пытаются задеть в коллективе, ты начинаешь чувствовать себя уверенней, и это видят окружающие. Но если ты становишься объектом общей травли, бороться с ней, не меняясь внутри – почти невозможно. Это Кагеяма усвоил из рассказа Хинаты о его прошлом университете, где, казалось бы, учатся уже далеко не дети, однако и в таком месте на тебя могут вылить грязь, если ты каким-то образом не подходишь под созданные кем-то неизвестным ?стандарты?.И когда Тобио на следующее утро обнаружил слитую фотку в сети, где они с Хинатой стояли в том самом туалете и целовались, он почувствовал страх. Причём не за себя, потому что ему, как и прежде, общественное мнение особой погоды не делало, а вот за Хинату ему действительно стало тревожно, учитывая его прошлый опыт. Кому понадобилось заниматься такой хернёй, брюнету в голову не приходило, да и думать сейчас об этом не было времени. Слегка дёрганно собрав рюкзак и вылетев из квартиры, он почти забыл закрыть дверь, но вовремя опомнился. Сейчас он был озабочен только тем, знает ли Хината об этой ситуации, или спросонья ещё и не заходил никуда в сеть по привычке, а ещё надо было понять, что делать. Отношение в этой стране к гомосексуалам было заведомо лучше, чем в той же Японии, но… Везде есть свои ?но?. В любой системе найдётся недочёт, в любом коллективе найдётся своя крыса. И Кагеяма был намерен найти эту крысу позже.Особенно нервно было читать комментарии. Кагеяма до конца не понимал, зачем он это делает, но с какой-то стороны ему было интересно, насколько всё плохо. И к его облегчению адекватных людей было в разы больше. Кто-то их защищал, прося удалить это фото, кто-то даже поддерживал, а были и комментарии в стиле ?сожгите к чёрту этот туалет?, ?как эти педики вообще ещё существуют?. Поморщившись и убрав телефон, Тобио принялся пялить в одну точку, не замечая, как на его плечо опустилась чья-то ладонь.– Привет, – Элис легко улыбнулась и убрала руку, дожидаясь, пока Кагеяма снимет наушники. – Я присяду?– Да, конечно, – благодаря Хинате Элис была одним из тех людей, с которыми Тобио мог просто спокойно поговорить хотя бы об учёбе, не чувствуя себя зажато.– Я, эм, видела то фото… – Было видно, что девушке достаточно неловко говорить об этом.– Я видел твой комментарий, – Элис была из числа тех, кто просил это удалить. Сейчас парень чувствовал себя донельзя странно – одно дело смотреть на сообщения людей, а совсем другое разговаривать с кем-то из них лично. – Я просто хотела сказать…. Вы очень подходите друг другу, и я правда рада за вас, – она подняла взгляд от парты к Тобио и улыбнулась так, что ему вмиг стало легче дышать. Он не ждал никакого одобрения или поддержки, но когда это говорит близкий для Шоё человек, вся неуверенность отступает. – Как староста группы я добьюсь того, чтобы такая личная информация больше не гуляла по сети, а как друг Шоё… – Она вдруг подалась вперёд и обняла Кагеяму до хруста его позвоночника. – Вы такие милые!– О Боже, прекрати, ты мне сейчас рёбра сломаешь, – Тобио морщится и пытается вылезти из её объятий. – Я, кстати, давно начала догадываться, – задрав носик, добавила девушка, – ещё когда вы на катке постоянно сюсюкались.– Чего? Мы тогда даже не встречались… И ничего мы не сюсюкались.– Да ладно, это же не плохо. Ты был с Хинатой таким добрым… Везде держал его, чтобы тот не упал. Всё было очевидно.Кагеяма задумался. Неужели он ещё с того времени был влюблён в Шоё, но просто этого не замечал? Да нет, глупости. Он был дорог ему, как друг, единственный друг, и не более. Элис просто фантазирует.– Только не приставай к Хинате с расспросами, ладно? Это я его попросил не говорить тебе и Аарону, – Кагеяма вздохнул, косясь на входящих одногруппников. И да, он заметил эти заинтересованные взгляды, брошенные в его сторону. – Я так и поняла, – Элис лишь пожимает плечами и встаёт, замечая вбежавшего Хинату.– Кагеяма, это просто аааа! – Тобио даже слегка дёргается от этого крика, раздавшегося на всю аудиторию.– Что? – Он старается говорить тихо, надеясь, что Шоё удастся перенять его манеру разговора, но, конечно же, этого не происходит.– Клип брингов, который ты говорил посмотреть, – он подлетает к его ряду и кажется слишком возбуждённым. А ещё он не кажется таким уж расстроенным, когда обнимает Элис, значит, про фото он не знает.– И как? – Тобио наклоняет голову вбок, пока Хината запрыгивает к нему на скамейку и по-свойски устраивает свои ладони на его бёдрах. Эта привычка обычно очень нравилась Кагеяме, но не сейчас, когда абсолютно все в аудитории пялятся на них. А Шоё этого вообще не замечает, только ближе наклоняясь.– Я пересмотрел его второй раз в автобусе, и как же круто они обыграли тему с чумой технологий в современном мире! У меня аж мурашки пошли на моменте, когда доктора вытащили микрочип из-под кожи того парня!– Хина, можешь быть чуть тише? – Кагеяма почти шепчет, убирая его руки со своих бёдер и разворачиваясь от него. – А, прости, – рыжий достаёт тетрадь и ручку, затем ложится на стол прямо у рук Тобио, смотря снизу одним глазком. – Ты не в настроении?– Я не в том настроении, – он говорит максимально тихо, замечая, что к ним поднимаются две девчонки из группы. Одну из них, Марил, очень низкую блондиночку, Тобио знал – решал ей в прошлом семестре физику за плату.– Привет, – Марил села рядом с Хинатой, хлопая белёсыми ресничками, а её подруга, кажется, её зовут Лэсси (Хината что-то про неё рассказывал Тобио), встала рядом с краем парты. – Так вы правда… встречаетесь?Как бы тихо она не пыталась это сказать, вышло ужасно громко. Так казалось Кагеяме, когда он чуть воздухом не подавился от такой прямоты. И, надо же, остальные одногруппники даже не попытались отвернуться или как-то ещё спрятать своё любопытство – просто пялили на них в открытую. А когда брюнет опустил взгляд на лицо Хинаты, который так и лежал на парте, он увидел там выражение полной растерянности. – Кхм, а тебе правда не знакома тема личного пространства? – Кагеяма сощурился и посмотрел на Марил максимально ядовито, ну потому что, какого, спрашивается, хера?– Простите, мы просто… – Лэсси попыталась вставить своё слово, но её перебила Элис, тоже подлетевшая к ним.– Просто это немного не ваше дело, так что отстаньте от них.– Да, мы встречаемся. – Хината сел ровно, сложив руки на груди и осмотрев каждого в помещении. – Кагеяма мой парень. Что дальше? – Он перевёл взгляд на Марил, почти не моргая, и даже Кагеяма почувствовал эту ауру угрозы от него, которая действительно пугала.– Значит, та фотка не липовая?– Какая фотка? – Шоё напрягся и немного сжал пальцами свои предплечья, что заметил только Тобио.Марил глянула на Элис, которая вот-вот была готова схватить ту за волосы и хорошенько приложить об парту, и достала телефон, разворачивая экраном к Шоё. Парню больших усилий в этот момент стоило не выдать своего шока, потому что он видел это первый раз и испытывал смешанные чувства. С одной стороны, он про себя достаточно ехидно отметил, что они выглядят ну очень горячо тут, а с другой – он понял, что это видели по меньшей мере все в их группе. Теперь понятно, что за взгляды на них кидают. – Как видишь, это мы, и мы целуемся, – Шоё пожимает плечами, будто это самая обычная вещь, которую он может вот так вот легко обсуждать перед группой, а на самом деле его внутри начинает так трясти, что он как-то интуитивно берёт под партой Тобио за пальцы. – Ещё вопросы?– А как давно вы вместе? – У девушки аж глаза заискрились от возможности порасспрашивать.– Может, тебе ещё в деталях рассказать, что мы делаем вдвоём, сколько раз в неделю занимаемся сексом и видео записать? – Хината сам не понял, почему его настолько это вывело, но он почти зарычал на блондинку, а его уши покраснели. Для многих такая реакция была непонятна, в том числе и для Элис, которая аж побледнела от такого заявления. А вот Тобио отлично понимал Хинату. Он сразу догадался, что это своего рода защита во избежание повторения прошлого опыта. Ну да, легче напасть первым, чем быть позже забитым в угол.– С чего ты взъелся на меня? Это же не я вас в туалете снимала, пока вы лобызались там, – девушка забавно надула губки на реплику Хинаты.– Элис, можешь не отмечать нас, – Тобио быстро встал и закинул свои вещи в рюкзак вместе с тетрадкой Хинаты и поднял его за локоть.– Куда вы? – Староста встала и вместе с ними прошествовала к выходу из класса.– Туда, где не будут доёбываться с тупыми вопросами, – Кагеяма обернулся на группу, всё ещё держа растерянного Хинату за локоть. – Вам заняться нечем, кроме как обсуждать чужую личную жизнь? Заведите тогда свою, если мозги до сих пор не могут оправиться от спермотоксикоза, – с этими словами он вышел и закрыл дверь аудитории, оставляя за ней шокированных таким высказыванием одногруппников.Хината молча следовал за ним, подтянув на своём плече лямку рюкзака, который он так и не снял. Выглядел он максимально угрюмо и даже не пытался это скрывать – в коридоре университета они сейчас были одни. Шоё чувствовал крепкую хватку на своей руке и прижался к боку Кагеямы, чтобы тот так не переживал.– Не обращай внимания на них. Я никому не позволю говорить про тебя всякую чушь, – он убрал руку и забрал из гардероба их куртки – Шоё всегда вешал свою рядом.– Прости…– За что? – Тобио не понял и замер с расстёгнутой курткой.– Ну, что… Втянул тебя в это, – Хината грустно улыбнулся и поднял свои глазёнки как-то виновато. – У меня, видимо, аура такая…– Замолчи, пока я тебя не ударил, – он застегнул молнию и ждал, пока Хината оденется. – Ты меня никуда не втягивал, и, раз уж на то пошло, это я тебя там целовал. Сам. И если придётся за это отвечать хоть перед всей страной – я готов.Хината скукожился и надел свою шапку с помпоном, который Кагеяме порой хотелось оторвать – постоянно мелькал перед глазами.– Куда мы пойдём? – Уже на улице спросил рыжий, замечая, что Тобио вызывает такси.– Я подумал, время исполнить твою маленькую хотелку, – прищурившись в экран и набрав адрес, Тобио убрал руку с телефоном в карман от холода.– А? О чём ты? – Шоё, на самом деле, постоянно трепался Тобио о каких-то своих пожеланиях или целях, иногда думая, что раздражает парня этим.– Увидишь, – загадочно улыбнувшись и отойдя к остановке, ответил Кагеяма.***– Ты же не серьёзно… – Хината аж ротик забыл закрыть от удивления, когда они вышли у студии пирсинга, до которой они добирались достаточно долго.– О, ещё как серьёзно, – Кагеяма открыл дверь перед ним, пропуская.– Я не взял с собой карту, – всё ещё не веря тому, где они находятся, промямлил рыжий.– Считай, что это подарок от меня на Рождество, – Тобио закатил глаза и почти затолкал его внутрь.– Оно через два дня ещё… – Хината уже покраснел, но всё-таки зашел и разделся.– Видишь, какой я ответственный и продуманный.Они оставили куртке на вешалке у двери и прошли по узкому коридору студии с кирпичными стенами, на которых в чёрных строгих рамках на разном уровне висели арты разных художников и подсвечивались неоновыми цветами. Хината боялся моргнуть, думая, что это всё исчезнет перед его взором. Про эту студию он рассказывал Тобио ещё очень давно, даже не то, что рассказывал, а просто вскользь упомянул, что мечтал в ней побывать ещё с лета. Поэтому сейчас он был сильно удивлён, что Кагеяма это запомнил. Надо же.– Добрый день, вы записаны? – Их окликает девушка в белой рубашке и портупее за небольшой стойкой.– Нет… – Хината пропищал еле слышно, пытаясь прийти в себя.– Да, я звонил вам позавчера. Фамилия Кагеяма, ничего, что мы раньше пришли? – Хината вперил в него взгляд. Он это ещё и планировал?– Секунду, – девушка проверила записи и кивнула. – Прокол языка, верно?– Ага. Языка, – Хината всё же отмер и улыбнулся девушке как можно обворожительней.Работница студии проводила их по коридору к мастеру, где Кагеяма сел в кресло для гостей, оглядываясь. Ему здесь тоже очень понравилось, и он был совсем не против той цены, которую установили за прокол. Особенно забавно смотрелись рождественские украшения в небольшом количестве – под потолком повесили несколько ёлочных шариков, широкое окно ненавязчиво украсили приятной глазу жёлтой гирляндой, которая бросала мягкий свет на деревянное покрытие подоконника.Пока Хината выбирал с мастером украшение, Тобио угостили кофе, чему он был безумно рад – прошедшая ночь оказалась очень продуктивной в плане работы и очень непродуктивной в плане сна и отдыха. Под конец семестра, как обычно, у всех появлялось огромное количество курсовых, которые ну вот позарез нужно сделать именно до завтра и никак не днём позже. А ещё Тобио стал брать заказы на переводы текстов с японского – очень удобно знать в идеале два языка, хоть и на втором он почти и не общался с носителями. Всё же он копил на такой подарок Хинате, и придумал это парень ещё до того, как у них начались отношения. Тобио прекрасно понимал, что финансовое положение Хинаты было получше его собственного из-за денег родителей, но ему хотелось хоть как-то отблагодарить рыжего. Просто за то, что он есть.– Садитесь и откройте рот, – мастер пригласил Хинату на кресло, и Тобио не мог про себя не посмеяться, что то было немного высоко для парня, так что пришлось подпрыгнуть. Парень, который делал Шоё прокол, представился просто Филом, на его лице была чёрная маска, закрывающая нижнюю часть, и круглые очки. Кагеяма задумался, что он на вид ненамного старше студентов – ему где-то около двадцати двух. Он осмотрел язык Шоё с нижней и верхней стороны с фонариком, поставил засечку и взял инструменты, от вида которых Кагеяма невольно сморщился. Его вся эта тема немного нервировала, но вот на языке Хинаты, как он думал, такая деталь будет выглядеть очень… Пикантной. И да, он совсем не извращенец и ни разу не позволил себе думать об ощущении пирсинга на чужом языке в своём собственном рту. Или ещё где-то.Шоё забавно зажмурил заслезившиеся глаза, а его носик немного покраснел, когда язык прокололи и вставили спустя минуту украшение, и сейчас он казался Тобио до ужаса милым и ещё более маленьким, чем обычно. И как же захотелось лично надавать по роже каждому из тех ублюдков, которые смели говорить или писать про него все те мерзкие вещи. Хината и на первый взгляд казался самим очарованием (хотя Кагеяма до конца жизни будет утверждать, что он его бесил до невозможности первый месяц) и на самом деле таковым являлся. Прям божий одуванчик, если его, конечно, не взбесить.Спрыгнув с кресла, рыжий первым делом устремился к большому зеркалу на стене, высунув язык и рассмотрев его как следует. Кагеяма заметил в отражении, насколько хищным был взгляд Хинаты, брошенным в его сторону – брюнет даже представлять не хотел, о чём думает этот маленький подлец. Но он явно был довольным, когда развернулся и подбежал к своему парню, демонстрируя новый прокол.– Ну как? – Немного шепеляво спросил парень, шевеля перед лицом Тобио припухшим языком.– А я так надеялся, что ты хотя бы денёк после этого помолчишь, – хмыкнув, Кагеяма всё же отметил про себя, что Хинате это очень идёт. Прям очень. И так захотелось попробовать этот металлический шарик на вкус…– Припухлость может держаться до пяти дней, приобретите антисептик для полости рта у нас или в аптеке, – сняв маску, Фил начать рассказывать Хинате о допустимой пище, от ограничения в которой рыжий немного приуныл. Вообще Кагеяма иногда поражался размерам его желудка – он ел почти вдвое больше самого Тобио, но оставался таким же худеньким и подтянутым. Хороший метаболизм и пробежки по утрам делали своё дело.Но сюрпризы на сегодня не закончились. К удивлению Хинаты, после пирсинга они пошли пешком до торгового центра, где гуляли около часа, и Кагеяма кое-как смог убедить Шоё принять от него ещё и серебряный браслет. Надо было видеть лицо консультантки, которая молча и терпеливо дожидалась, пока их препирания не закончились и Тобио не достал свою кредитку, оплатив покупку.– Ну так нечестно, Рождество ведь не сегодня, и я не приготовил тебе ничего! – Хината всё ещё дулся, осматривая поблескивающее на тонком запястье серебряное плетение. – Ты самый подлый парень, который у меня был!– Ох, ещё скажи, что ты это серьёзно, – закатив глаза и тоже мельком посматривая на руку Шоё, ответил брюнет.– Конечно нет… Но больше так не делай, дорого же… Как будто у меня день рождения.– Ну это почти так… – Кагеяма знал, что Хината психанёт. Но тянуть больше было нельзя.– В каком смысле? – Похлопав глазками и присев за столиком в кафетерии, уточнил парень– День рождения сегодня у меня, – ох, если бы Кагеяма имел способность телепортироваться, он бы сейчас с превеликим удовольствием ею воспользовался.– Если ты шутишь, это не смешно…– Нет, это правда так. И опережая твои возмущения и злость, скажу, что этот день рождения был намного лучше, чем в том году, потому что я провёл его очень даже хорошо и с единственным близким человеком, а подарки и поздравления мне совсем не нужны, – после этих слов, Кагеяма приподнял голову и чуть отвернулся.– Но сказать ты мог бы… Я чувствую себя тупо, – Хината вообще никак не мог обижаться на Тобио, хотя бы потому, что сам ни разу не интересовался датой его рождения. А Кагеяма ещё и задарил его подарками, отчего вдвойне неловко.– Я не знал, как сказать, да и не особо хотел. Для меня этот день такой же очередной, как и каждый день в году. Нет ничего особенного в нём, чтобы как-то праздновать.– А торт?! – Хината вдруг вскочил и схватил его за запястье, таща в сторону продуктового. – Боже, Хината, не будь ребёнком, – Кагеяме остаётся только подчиниться.– Я тебе куплю самый ахуенный торт в этом магазине, вставлю в него твои двадцать свечей, и ты, пока не съешь его, живым от меня не уйдёшь!***– Я всё ещё считаю это глупой идеей… – Идя по квартире Хинаты с завязанными глазами и вытянутыми руками вперёд, чувствуя маленькие ладошки на своей талии, проворчал Кагеяма.– Глупая идея – это твоё рождение, – фыркнув в спину, отвечает рыжий, направляя парня на кухню. Он всё ещё немного шепелявил, но сейчас боль, видимо, утихла, так как он снова начал болтать также много.– Ох, как грубо, да ещё и в мой день рождения. Ты самый ужасный на свете человек.– О, это ты ещё моего парня не видел! Представляешь, он в свой день рождения накупил мне дорогих подарков и даже не сказал про свой праздник…– Ладно, я понял, я не достоин жить, – Тобио почувствовал, как руки его отпустили, и остановился. – Можно снимать?– Нет! – Хината рявкнул где-то позади, а затем послышался звук выключателя света.– Что ты делаешь там?..Ответа не последовало, а затем Кагеяма ощутил, как на затылке развязывают узел повязки, и глаза наконец можно было открыть. Но никакого ослепляющего яркого света от светильника не было, кухня была в полутьме, а единственным освещением были двадцать свечей на нешироком высоком тортике с тёмной и белой глазурью. Хоть они вместе покупали этот торт, и это не являлось сюрпризом, Тобио всё равно почувствовал, как в груди стремительно разливается тепло, медленно стекая по рёбрам вниз, покалывая ладони и грея кончики пальцев. И нет, это было совсем не от жара свечей, смотря на которые, почему-то, Кагеяма понял, что его глаза стали влажными. Он быстро проморгался и подошёл ближе, заметив рядом с тортом распечатанную фотографию. Тот самый общий снимок с катка, где Хината сидел верхом на его спине и кривил моську, а Тобио просто улыбался.– Когда ты успел распечатать? – Собственный голос вдруг показался каким-то севшим.– А, давно ещё… Переверни, – приложив указательные пальчики к губам, Хината следил за ним со стороны.С нескрываемым интересом парень взял фотокарточку в руку и посмотрел обратную сторону, не сдержав усмешки. Там красовалась выведенная кривоватым почерком надпись: ?Моему парню теперь двадцать?, а рядом сердечки.– У меня такими темпами аллергия на ваниль появится, – тихо смеясь и поворачиваясь к Хинате, Тобио положил фото обратно на стол. – Спасибо… Это правда лучший день рождения.– Я всё равно подарю тебе подарок позже, – высунув язык, ответил рыжий.– Иди сюда, – Кагеяма расставил руки в стороны и с удовольствием принял прыгнувшее на него тело, которое сразу обвилось вокруг торса всеми конечностями. – Ты самый лучший подарок, который только мог у меня быть… – Парень утыкается носом в рыжую макушку, отчего слова немного приглушённые.– Загадай желание, – крепче обнимая за шею руками и обвивая ногами чужую талию, прошептал Шоё.Тобио повернулся вместе с ним к свечам, поддерживая его двумя руками под бёдра и замер. Если бы ещё полгода назад его спросили, чего он хочет больше всего на свете, он бы без колебаний ответил, что хочет увидеться с мамой. Снова ощутить себя кому-то нужным, снова почувствовать, что значит семья… А сейчас в его голове было настолько пусто из-за повисшего на нём Хинаты, что желание родилось в мыслях как-то легко и само собой. ?Пусть он всегда остаётся рядом?, – рыжие волосы слегка зашевелились от быстрого выдоха, и комната погрузилась во мрак, разбавляемый лишь слабым свечением уличных фонарей, проникающим через прозрачные занавески.Но мне не нужны наркотики,Потому что я уже достаточно под кайфом.Ты покорил, ты покорил меня.– С днём рождения, Тобио-кун, – последовал такой мягкий и сладкий поцелуй в щёку, что у Кагеямы мурашки по шее пробежали то ли от мурлыканья Хинаты на ухо, то ли от этого поцелуя. В ногах внезапно появилась тяжесть, и парень крепче сжал чужие бёдра, направляясь в спальню с тихо смеющимся Шоё на руках. – Ты не попробуешь тортик? – Прости, но торт – это сейчас меньшее из того, что я хочу попробовать, – Хината только звонко пискнул, когда его бросили на кровать и устроились между его ног, наклоняясь и с громким выдохом обволакивая его губы. Рыжий сразу запускает пальцы в чёрные волосы, по привычке немного оттягивая их и мыча, когда его нижнюю губу настойчиво кусают и оттягивают с пошлым звуком.– Кагеяма… – Дыхание резко спирает, когда чужая рука проникает под футболку и оглаживает втянутый живот. – Я не… Не готов…– О чём ты подумал, глупый? – Ох, этот голодный взгляд Хинате совсем не нравится. – Я просто сделаю тебе приятно.– А? Что ты… – Шоё не успевает сформулировать мысль, когда по его шее проходится горячий широкий язык, оставляя за собой влажную дорожку, слегка поблёскивающую в темноте. Он бы соврал, если бы сказал, что ему это не нравится. Ему очень нравится. До такой степени, что он не может сдержать тихие поскуливания, когда язык Кагеямы поднимается вверх, а его губы обволакивают кожу под скулой, вбирают её, а затем чужие зубы немного смыкаются, оставляя след. – Я… Я не тортик, – так жалобно его голос ещё никогда не звучал, но на это было сейчас слишком сильно плевать.– М… Я думаю, ты слаще него, – рука с живота Хинаты ползёт вниз, пальцы находят пуговицу и расстёгивают, также легко расправляясь и с ширинкой. Но Шоё этого вообще не ощущает, сейчас его заботят только губы, посасывющие мочку его уха, и язык, играющий с маленькой серёжкой. Собственные руки теперь переместились на спину, пальцы непроизвольно впивались в кожу через ткань худи.– Кагеяма… Сними его, – кое-как найдя в себе силы сказать что-то вразумительное, Хината протяжно простонал, когда от его уха наконец отлепились. Тобио выпрямился и склонил голову набок, без какого-либо стеснения рассматривая такого возбуждённого и податливого Хинату, грудь которого высоко вздымалась от каждого вздоха.– Сними его сам, – хмыкнув, Кагеяма приподнял руки.Рыжий оторвался от кровати и ухватился подрагивающими пальцами за край худи, снимая наконец верх с парня и откидывая элемент одежды на подушки, сразу укладывая руки на подтянутый торс, оглаживая пресс и подаваясь вперёд, оставляя поцелуи на груди. Язык всё ещё неприятно пульсировал при контакте с чем-либо, поэтому, к своему большому сожалению, Хината не мог подразнить им своего парня.– Стой, – Кагеяма нажал на его плечи, укладывая обратно на кровать, и стянул с него джинсы, скинув на пол. Хината почувствовал, как его лицо загорелось, благо, в темноте этого не было видно, и свёл ноги вместе. – Ой, неужели Хината Шоё умеет стесняться? – Усмехнувшись, Тобио сжал колени Хинаты, затем повёл руки вниз, к его бёдрам, поочередно целуя обе коленочки и цепляясь за резинку боксеров, вызывая у парня очередной тихий стон.– Может, глаза закроешь?.. – Кусая пальчики, прошептал Шоё.– Если ты забыл, я тоже парень, и вижу член несколько раз в день.– Прекрати меня смущать, – Хината закрыл глаза и приподнял зад, позволяя стащить с себя бельё, промычав, когда резинка задела стояк. – Я сейчас умру от сты… Боже, Тобио… Ах… – Парень неожиданно для самого себя выгибается навстречу, разведя ноги и простонав, когда чужая смоченная слюной рука обхватывает основание его органа и проходится пару раз по длине.– Какой чувствительный, – Кагеяма закусывает губу от того, как рыжий выстанывает его имя при первом касании, немного удивляясь такой реакции. А потом до него доходит – Хинату никто прежде не трогал. От осознания этого сразу захотелось сделать всё идеально, чтобы ему действительно понравилось, а поэтому про свою собственную эрекцию придётся забыть. Брюнет садится и облокачивается спиной о спинку кровати, подтягивая Хинату к себе и устраивая его спиной на своей груди, возвращая влажную от слюны и частично предъэкулянта Шоё ладонь обратно на чужой член, второй рукой приподнимая подбородок парня и наклоняясь к его шее, снова начиная терзать её губами и покусывать.Хината совсем перестаёт отдавать себе отчёт в том, что он делает, когда закидывает руки назад, снова зарываясь пальцами в волосы. Ещё несколько минут, и теперь он уже не сдерживается, раскрепощаясь больше от каждого движения руки Тобио и постанывая громче. Звуки поцелуев рядом с ухом только больше возбуждают и он поворачивает голову, игнорируя боль в языке, начинает мокро целовать парня, проникнув наконец в его рот языком и проводя по щеке изнутри шариком пирсинга, выбивая из чужой груди низкий стон. Вторая рука Кагеямы спускается на его шею и слегка сжимает её, он начинает быстрее надрачивать Шоё и напирает в поцелуе, ловя губами чужие стоны.Он с каждой секундой перестаёт чувствовать грань между своим органом и рукой Тобио, закатывая глаза каждый раз, когда тот сильнее сжимает пальцы на возбуждённой плоти. Чувства стеснения и стыда покинули его совершенно, и он не боялся стонать чаще имя Кагеямы, блуждая руками по подтянутому, горячему во всех смыслах торсу, задевая ногтями соски и чувствуя в ответ на это мелкую дрожь чужого тела. А Тобио сейчас наслаждался вовсю своим мальчиком, которого, если признаться честно, он неосознанно начал хотеть уже давно, начал хотеть владеть им и его телом, играть с ним, как с музыкальным инструментом, ловя мурашки от каждого сладкого стона.– Быстрее… Тобио, пожалуйста… – Парень уже не выдерживает и сам начинает толкаться в руку, ерзая между чужих ног и сводя бровки к переносице.– Пожалуйста что? – Горячее дыхание опаляет ушную раковину, а рука, как назло, замедляется.– Ммм, нет… Быстрее, – Кагеяма чувствует себя извращенцем, но ему явно нравится вид умоляющего Хинаты.– Что ты хочешь? Скажи это, – он дразнит его большим пальцем, который медленно обводит головку и надавливает на уретру, выбивая очередной стон.– Я хочу… Кончить… Дай мне кончить, пожалуйста, – Хинате очень-очень стыдно. Будет потом. Когда-нибудь. А сейчас он просто стонет куда-то в шею Тобио, царапая короткими ноготками его грудь, на которой потом точно останутся красные следы.– Умница, – Кагеяма оставляет короткий поцелуй в уголке губ и быстро двигает рукой, чувствуя, как орган Шоё сильно пульсирует, а затем рыжий прикусывает его плечо и громко мычит, изливаясь в его руку с сильной дрожью, сгибая ножки и сводя вместе колени.– Блять… – У Хинаты под опущенными веками настоящие фейерверки, и первые секунды он даже слегка пугается, когда перестаёт чувствовать свои ноги и низ живота, растекаясь лужицей в руках Кагеямы. У него никогда ещё не было такого сильного оргазма, он теряется в своих ощущениях, а затем чувствует, как его лицо начинают расцеловывать. – Всё хорошо? – Шоё слышит чужой голос где-то над ухом словно из-под толщи воды, наконец открывая глаза и встречаясь взглядом с глазами напротив.– Пре… Красно… – Он только сейчас замечает, как громко дышит и облизывает свои влажные губы, утыкаясь лицом в изгиб локтя Тобио. Случайно уронив руку куда-то вниз, Хината понимает, что Кагеяме сейчас явно очень тесно в своих брюках. – Ой… Тебе, кажется, что-то мешает? – Еле найдя в себе силы, чтобы поднять голову, он сощурился.– Совсем немного, но сомневаюсь, что ты сейчас в состоянии это исправить, малыш, – брюнет чистой рукой взлохматил немного влажные рыжие волосы и улыбнулся. – Я схожу в ванную, если ты не против.– Я очень против, чтобы ты шёл туда один сейчас, – в руке Шоё сейчас буквально был очень весомый аргумент, и он сжимает ладонью чужой стояк через ткань штанов.– Маленький… Мерзавец, – Кагеяма закусил губу и сгрёб в охапку обмякшее тело парня, вставая с ним на руках и заходя в ванную, где ставит Шоё на пол, сразу включая воду.А у Хинаты, видимо, открывается второе дыхание, потому что он вдруг прижимает Тобио к стиральной машинке и опускается перед ним на колени, начиная расстегивать ремень. С ширинкой он провозился чуть дольше из-за маленькой дрожи в руках, немного шокировано осмотрев бугорок под чёрными боксерами, когда джинсы оказались на полу.– Ты гипнотизируешь его? – Тобио кажется, что если он будет шутить, то не кончит сразу от одного вида Хинаты, стоящим перед ним на коленях. Рыжий недовольно фыркнул и потянул бельё вниз, пребывая в некоем шоке. Нет, конечно, он понимал, что с ростом Кагеямы у него действительно будет большой, но это… Это должно будет когда-то войти в него!? Вот эта огромная штуковина?! – Почему он такой большой? – Почти испуганно подняв широко раскрытые глазки наверх, промямлил Хината.– Боже, ты действительно хочешь поговорить об этом сейчас? – Кусая губы и смотря в потолок, Кагеяма начал перечислять в голове формулы по матанализу, потому что, ну серьёзно, он был готов кончить ещё одновременно с Хинатой, когда тот пребывал в оргазме. – Просто подрочи… Хината?! – От странного ощущения на головке Тобио опускает взгляд вниз и… Ему срочно требуется искусственное дыхание. Потому что он не уверен, что сейчас он вообще в сознании и способен воспринимать реальность. Хината водил кончиком языка по его головке, неуверенно и слегка забавно сведя брови, но Тобио не смог сдержаться и закатил глаза, зарывшись в его волосы рукой и слегка оттянув его. – Я мылся только утром, прекрати…– Я хочу попробовать немного, – убрав его руку со своей головы, Шоё снова провёл по кругу несколько раз языком, пробуя его на вкус, а затем накрыл губами всю головку, всасывая её и немного насаживаясь ртом, начиная помогать себе рукой, надрачивая Тобио.– Твою мать, Шоё… – Парню приходится прикрыть рот рукой и закрыть глаза, его начинает нехило потряхивать, отчего он сжимает второй рукой край стиральной машинки. Конечно, это не самый умелый минет в его жизни, но… От одного понимания того, что это делает Хината, делает это первый раз и для Тобио… Это сильно компенсирует все минусы. Брюнет не замечает, как начинает немного толкаться в рот, низко постанывая и запрокидывая голову ещё больше, чувствуя, как она начинает кружиться. А Шоё лишь шире открывает ротик, жмурясь от неприятных ощущений на языке, помогая себе уже двумя руками. Затем он чувствует, как его снова отстраняют за волосы, и выдыхает.– Кончи для меня, – Кагеяма очень жалеет, что опускает взгляд вниз после этой фразы и видит, как Шоё трётся щекой о его член, потому что в этот же момент сразу кончает ему на лицо.– Чёрт, прости… – Громко дыша и запинаясь, выдаёт брюнет.– Нормально, – Хината вытирает один зажмуренный глазик и улыбается. – Тебе понрави… – Его затыкают ленивым и томным поцелуем, поднимая с пола и стягивая футболку через голову. – Не целуй, противно же… – Покраснев, добавляет он.– Мне никогда не будет противно тебя целовать, – с этими словами Кагеяма усаживает его в ванну и садится следом, сгребая его в охапку и помогая умыть лицо. – Ты правда хотел это попробовать? – Улёгшись с Хинатой в горячую воду и медленно водя руками по его телу, спрашивает парень.– Ну, не то чтобы… Я думал просто, что мне может, ну… Понравиться делать это тебе, – Хината сейчас казался максимально милым, смущающимся от собственных слов после того, что он делал.– И что, понравилось? – Хмыкнув, Тобио принялся массажировать ему голову.– Твой самодовольный тон заставляет меня думать о том, что мне надо было откусить тебе член, – Шоё фыркнул.– Ох, какие мы злые даже после оргазма…– Заткнись.– Люблю тебя, – Хината замер от этих слов, произнесённых шёпотом ему в макушку. Это был первый раз, когда Кагеяма сказал ему эти слова, отчего парень сжался на его груди, начиная погружаться в дрёму.– Я тоже люблю тебя.***Кагеяма всей душой любил Рождество. Даже в прошлом году, хоть он его и никак не отмечал по понятным причинам, его радовали украшенные улицы, праздничные торговые центры и просто настроение людей вокруг, когда внутри него была просто чёрная пустота. Год назад он бродил по нарядному и яркому городу почти всю ночь, греясь в открытых кафе с глинтвейном в окружении людей – так было в тот момент спокойнее. Сейчас же он был намного больше уверен в своём ментальном здоровье, отчего и дышать было легче и наслаждаться своим Хинатой вдвойне приятнее. Но только не в университете.Прошедшие два дня были достаточно напряжёнными для них обоих. Вся группа теперь вообще что-то боялась мявкнуть в присутствии Кагеямы, а Хинату начали остерегаться. Парень впервые за долгое время себя очень неловко чувствовал в коллективе, но поделать ничего с этим не мог – о своих словах, сказанных тогда в порыве злости Марил, он не жалел ни капли. А вот по Кагеяме было видно, что он хочет хоть как-то исправить эту ситуацию. Ему было плевать, как относятся к нему, но то, что теперь на Хинату смотрят с опаской и долей брезгливости, его действительно волновало. Потому что он знал, что комфорт Шоё заключался в свободном общении со своим окружением, он не привык быть с кем-то в ссоре или контрах. А теперь получилось так, что у него холодная война с половиной группы минимум.И всё решилось в Рождество. Ребята тогда сидели в квартире у Тобио и думали, идти куда-то или просто остаться вдвоём в месте, где им никто не будет мешать заниматься всякими интимными вещами. Но тут Хинате пришло смс от Аарона, в котором он предложил им сходить в бар, где сегодня будет часть их группы. Парень тоже старался помочь наладить отношения ребят с одногруппниками, когда узнал об этой ситуации, ведь в тот злополучный день он решил прогулять. – Что-то не думаю, что это такая уж хорошая идея, – нахмурившись, подытожил Кагеяма.– Мы же можем уйти, если не понравится. Тем более, там будут Элис и Аарон, можем с ними отдельно сесть и всё, – Хината лежал головой на коленях парня, смотря на него снизу.– Ага, это будет выглядеть вообще не странно, – вздохнув и щипнув парня за нос, брюнет поднялся и пошёл к шкафу, ища рубашку.– Так значит, всё-таки пойдём? – Перекатившись набок и хихикнув, сказал Хината. Кагеяма знал, что тот любит вечеринки и посиделки в компании, поэтому понял, что Шоё хочет туда пойти. А ему в принципе и не сложно, если рядом будет его парень.– Да-да. Только не перепей, как в тот раз, – Тобио не может сдержать ехидной усмешки, надевая чёрную свободную рубашку, заправляя половину в джинсы.– Хватит уже это припоминать, – буркнув, Хината подошёл к нему и встал рядом. – У тебя есть что-то для меня?– Ага, например, волшебная затрещина.– Ну Кагеяма! Я не хочу идти в толстовке, – дуя губки, Хината полез в чужой шкаф.– Иди тогда без верха, будешь самым красивым.– Я могу пойти хоть голым, если тебя это устроит, – улыбнувшись и выудив из глубины шкафа светлую фланелевую рубашку в бежевую клетку, парень похлопал глазами. – Почему ты её не носишь? Она крутая…– Она из прошлой жизни, – Кагеяма вздохнул и дал ему белую футболку. – Если хочешь, забирай. – Спасибо! – От радости Шоё прижал мягкую рубашку к лицу и вдохнул запах. – Она пахнет тобой.– Боже, избавь меня от этого…В бар они пришли немного позже назначенного времени, потому что в итоге Кагеяма решил сходить в душ, а затем к нему присоединился и Хината, и водные процедуры слегка затянулись. Оставив куртки в раздевалке, ребята прошли в зал, где заранее были сдвинуты столики в углу, чтобы одногруппники могли сесть вместе. Помимо знакомых, здесь было достаточно много людей, бар было почти забит. Кагеяма заметил, что украшений почти не было, оно и понятно – они были здесь не к месту. На танцполе была просто какая-то толпа, через которую ребятам пришлось пройти, и Тобио еле вытащил Хинату, который уже начал прыгать под ритм музыки, бьющей из колонок по ушам. Взгляд брюнета зацепился за тонкую полоску серебра на запястье Хинаты, которая сейчас невероятно красиво поблёскивала в цветах неоновых прожекторов. У столиков было немного тише, а на стенах очень ненавязчиво горели тусклые светильники – здесь было неплохо, признал Тобио у себя в голове.Шоё потянул его к дальним столам, откуда им активно махала Элис, а Аарон что-то показывал рукой у своего горла – видимо, намекал, что сестра уже в ноль.– О, вы всё-таки пришли! – Девушка поднялась и обняла Хинату, потрепав по волосам. – Классная рубашка! – Из-за музыки приходилось говорить достаточно громко.– Спасибо, – Хината улыбнулся, чувствуя запах маргариты от подруги.– И засосы тоже классные, – хихикнув, добавила девушка.– Кажется, кто-то напился, – Кагеяма усмехнулся и поймал в объятия Элис, которая сжала его рёбра до минимум трещин.– Не обращайте внимания, сестрёнка решила ещё по дороге выпить глинтвейн, – Аарон отодвинул Элис почти что за шиворот и тоже обнял ребят.Сначала было достаточно напряжённо. Тут сидело человек десять, кто-то уже примерно, как Элис, изрядно выпил, а остальные были в основном трезвые и немного поднапряглись при приходе ребят. Но изворотливый и без алкоголя язык Хинаты сделал своё дело, и через каких-то полчаса он уже пил на брудершафт с Марил, которая, на удивление, оказалась совсем не сучкой, а просто прямолинейной. Кагеяма только вздыхал от того, какой по счёту бокал мартини с соком пил его парень, стараясь незаметно добавлять ему больше сока.– Так, я достаточно выпил, чтобы сказать, что вы очень подходите друг другу, – Аарон наклонился к уху Кагеямы, чтобы не кричать.– Хах, спасибо, это то, что я слышу от твоей сестры уже три дня подряд, – Тобио смеётся с похмелевшего Аарона, с которым они вдвоём пили шоты с ромом.– Знал бы ты, что я слышу от Хинаты эти дни, – недвусмысленно хмыкнув, ответил парень.– Даже знать не хочу, честно, – уже в открытую смеясь, сказал Тобио.– Так, ты гей? Извини, если это слишком.– Э, не, не думаю. Не думаю, что мне кто-то ещё бы понравился моего пола, кроме него, – Кагеяме было невероятно странно и непривычно говорить о такой теме с кем-то кроме Шоё. Но Аарон за всё время показывал себя только с хорошей стороны и в целом был лёгким и приятным в общении.– Ты так изменился, – махнув рукой, сказал Аарон.– В смысле?– В прямом. Я за прошлый год привык видеть тебя… Отчуждённым, наверное.– Я не изменился, – Тобио пожал плечами. – Просто именно в тот год… Я был не собой.Аарон склонил голову вбок, заметив странный блеск в глазах Тобио.– Хочешь выйдем покурим?– Да, пожалуй, – Тобио кивнул и глянул на что-то рассказывающего одногруппникам Хинату. Лишь бы он не перепил.– Так, что такого случилось, что ты стал таким? – Выдыхая дым в воздух и немного ежась от холода, спросил Аарон.– Ну, если коротко… Я потерял маму, – Кагеяма смотрел в сторону, затягиваясь, чувствуя какое-то странное облегчение, что на пьяную голову говорит об этом так открыто.– Она?..– Её сбила машина. Она сразу… умерла.– Ох, чёрт, прости… Я сочувствую, – парень сглотнул, говоря совершенно искренне.– Знаешь, если бы не Хината, я бы никогда не смог это сказать. С принятием этого факта становится легче со временем.– Всё равно, это ведь не проходит. Нельзя просто так взять и забыть такого важного человека… Нельзя отпустить.– Да уж, это точно, – улыбнувшись, брюнет выдохнул. – Без Шоё я бы не смог… Продержаться ещё год, – Кагеяма сглотнул, понимая, что сказал лишнее.– Ты думал о самоубийстве?..– Всерьёз никогда, но… Были моменты, когда моя жизнь казалась мне пустой тратой энергии своего тела. Я не воспринимал себя кем-то достойным жить, думая, раз умер такой человек, как она, мне здесь делать нечего… – Тобио затих, чувствуя, как Аарон обнял его.– Я правда рад, что Шоё перевёлся к нам.– Я тоже…Дверь бара распахнулась, и из него наружу с громким смехом вывалили студенты, впереди всех шли под руку одинаково пьяные Хината и Элис, сзади их пытались держать Марил и Лэсси вместе с парнем по имени Нэа.– Хината, ты нормально вообще себя чувствуешь? – Кагеяма взял парня под руку, склоняясь к нему.– Ага, рядом со своим будущем мужем особенно, – Хината ловко перехватил пальчиками сигарету из руки Кагеямы, пока тот натурально ахуевал от услышанного.– Что, прости?.. – Тобио ошалело смотрит на Шоё, пока тот затягивается с прикрытыми глазами.– О, мы планировали вашу свадьбу, Хината разрешил мне быть свидетельницей! – Весело хихикая, пояснила Элис.– Блять, Хината, не кури, тебя стошнит, – Тобио выхватил сигарету и запустил её в урну.– А я, получается, буду Кагеяма Шоё? – Без остановки смеясь и вися на руке брюнета, пробормотал Шоё. Тобио беспомощно посмотрел на Марил и Лэсси, те лишь развели руками, тоже смеясь.– Я пытался их остановить до того момента, как они не позарились на мой виски, – Нэа прояснил ситуацию, на что Кагеяма лишь вздохнул, беря Хинату под руку удобнее.– Элис, ты больше не пьёшь. Нам послезавтра ехать, – строго сказал Аарон.– Ой, твою мать, я забылааа, – девушка на секунду заскулила, а затем оживилась и обратилась к Тобио и Шоё. – Кстати, не хотите с нашей компанией послезавтра съездить на лыжах покататься? На три дня, – Элис закивала, будто в подтверждение своих слов.– Не получится, – Хината резко помрачнел.– Почему? У вас планы? – У меня самолёт через два дня, – добавил тише Хината.Кагеяма на секунду завис, не понимая, что только что сказал Шоё. Самолёт? Он куда-то летит? Или это какая-то метафора? Ведь он бы сказал парню, если бы куда-то планировал улететь?..– Самолёт? Куда ты улетаешь? – Аарон приподнял бровь.– В Японию, к родителям.– Надолго?– На все каникулы…Кагеяма вообще не понимал, что это за шутка. Потому что она несмешная. Совсем. Хината правда не сказал ему о том, что через два дня он валит домой? И ещё на такой долгий срок? Или он говорил, но Тобио не помнит? Нет, у него явно есть проблемы с психикой, но не с памятью. И об этой вещи Хината даже вскользь не упоминал. Ни разу.– Что ж… Удачного полёта, – отпустив Хинату и передав его руку Аарону, Тобио ретировался в помещение, надеясь, что за ним не пойдут. Забросив куртку в гардеробную, он прошёл к бару и сел рядом с каким-то долговязым парнем, попросив бармена сделать ему шот. На душе резко стало так гадко и мерзко, он чувствовал, будто его предали. Или это так и есть? Думать об этом не хотелось. И видеть Хинату не хотелось тоже. Поморщившись от вкуса текилы, он съел кусочек лайма и сел полубоком к толпе танцующих.– Кагеяма? – Парень рядом окликнул его, и когда Тобио повернул голову, он его узнал. Он был тоже из их группы, но почему-то сидел тут один. Как же его имя… Ко…– Коул, – Тобио кивнул головой. – Что это ты вдруг ушёл от вашей компании? – Как-то странно улыбнувшись, спросил парень. Вообще, выглядел он немного отталкивающе: тёмные сальные волосы и помятая одежда, но больше всего напрягала какая-то недобрая улыбка. Или Кагеяме так казалось на нетрезвую голову.– Захотелось.– А как же твой ненаглядный? – Сюрпнув из своего бокала, спросил он.– Он, вроде, в порядке, – пожав плечами, ответил Кагеяма.– Уже не переживает после той фотки? Хайп пошёл на пользу?– Извини, но что за херню ты говоришь? – Тобио фыркнул.– Ну, типа… Когда я вас там увидел, в туалете всмысле, я думал, всё это продлится гораздо дольше.– Это был ты? – Кагеяма развернулся к нему полностью, насторожившись.– Ага. Кстати, извини, не думал, что получится такое дерьмо…– О чём же ты думал, когда выставлял в сеть фотку двух целующихся в университете парней?– Ну знаешь, вы меня тогда так взбесили… Типо, отношение Джексона к вам, все понимают, что вы его любимчики, и как он выгораживал тебя перед остальными преподами после твоей выходки… Хоть никто из группы и не сказал, но я уверен, что не одного меня это раздражало.– И ты решил, будет прикольно слить фотку? – Коул не видел, как напряглись мышцы рук у Кагеямы.– Ну да… Сейчас я понимаю, что это неправильно, смотря за тем, как вы рассорились с группой… Но сейчас ведь всё классно, да? – Парень глянул на Кагеяму, а в следующую секунду уже полетел на пол, получив в скулу удар кулаком.Бармен увидел их перепалку и перепрыгнул через стойку, прося выключить музыку, хватая Тобио за локоть.– Вот теперь действительно всё классно, – выдавив из себя и еле сдерживаясь, чтобы не добавить ему ещё, Тобио выдернул руку из хватки и отошёл сам, пока кто-то из толпы танцующих принялся поднимать Коула, сплёвывающего кровь.– Что случилось? – Сразу начали сбегаться люди, и Кагеяма успел заметить рыжую макушку прежде, чем обойти толпу и быстро забрав куртку, выбежать на улицу.Снег залетал в шею и неприятно холодил открытые участки кожи, пока телефон в кармане не переставал вибрировать от входящих звонков. В конце концов заебавшись ощущать вибрацию на бедре, Тобио поставил авиарежим. Он шёл уже минут двадцать, не понимая, куда, пока не поднял голову и не узнал близкий к своему район. Отлично, ещё полчаса такой ходьбы по морозу, и он абсолютно без сил и эмоций завалится спать. Хотелось только этого. Ну, и ещё немного вернуться и получше начистить лицо этому придурку Коулу, а затем наорать на Хинату, желательно на трезвого Хинату, потому что пьяным он был ну слишком ранимым и чувствительным. Кагеяма махнул головой. К чёрту Хинату. И самолёт его к чёрту. Ну серьёзно, какого хера он так поступил? Это неприятно и даже в какой-то степени больно, отчего у Тобио в уголках глаз начали скапливаться слёзы. Нет, нет, это всё от холодного ветра. Не будет он плакать из-за этого, вот ещё. Херов обманщик. Они столько времени вместе провели, уже практически съехались, а он утаил такую важную вещь.Придя домой через чуть большее количество времени, чем рассчитывал, Кагеяма просто без сил свалился на кровать прямо в одежде. И, надо же, упал лицом прямо на толстовку Шоё, которую тот оставил здесь. Рыкнув и кинув её на пол, он стянул джинсы, которые отправились туда же, и завернулся в одеяло. Грёбанный обманщик. Рыжий говнюк. Что-то сейчас Кагяема первый раз после ухода из бара подумал о том, как Хината доберётся домой. Блять. Нельзя об этом думать. Он плохо поступил и не заслуживает никакой жалости. Чёрт.Зло вздохнув, он всё же достал телефон и выключил авиарежим, просматривая сообщения, попутно поднимая с пола хинатовскую толстовку, обнимая её и читая.Сообщение от: Хина23:48 Куда тф ушёл?23:49 Это ты подрался с Коулом? Что случмлось? 23:53 Прости, что так ввшло, я всё обхясню23:55 Плжалуйста, возьми трубку00:12 Элис и Аарон довезут меня на такси домоф00:30 Прости меня ещё раз. С Рождеством. Люблю тебя.