1. (1/1)

01.06. ?Я хочу касаться твоих белоснежных шелковых волос, хочу видеть тебя рядом с собой, Бён Бэкхён?.В этот день Бэкхён поехал на запись новой песни, которую не так давно написал. Текст песни долго крутился в его голове, долго не давал покоя, и Бён наконец решился сделать это. Был обычный солнечный день, пекло неимоверно; солнце светило так ярко, что даже солнечные очки были бесполезны, ведь всё равно приходилось щуриться. Иначе неистово болели глазные яблоки и рябило в глазах. Именно поэтому Бэкхён в тот день даже не стал разглядывать небольшую толпу, встречающую его у студии звукозаписи. Те, кто следит за творчеством юного певца знают, что он чересчур своеобразный парняга, поэтому каждую его выходку воспринимают адекватно и с пониманием. Собственно, и на то, что Бэк в качестве приветствия лишь легонько помахал ладошкой, даже не удосужившись окинуть небольшую толпу людей взглядом — отреагировали спокойно. Там были его поклонники, и возможно он. Тот самый, кто в этот день прислал своё первое письмо. Письмо, не похожее на остальные ничем. Оно не было оформлено всякими милыми наклейками, стикерами и тому подобным, как делает это подавляющее большинство поклонников Бёна; в нём не было типичных, присущих содержанию остальных писем, милости и слащавости. Письмо предельно сухое и совсем обычное по оформлению, пропитанное сумасшествием, дикими чувствами, которые кажутся Бёну ненастоящими, потому что он поверить не может, что незнакомого человека можно так любить. Любить не творчество или личность, а самого Бэкхёна. Как человека, а не как артиста или модель. И Бэка это пугает, доводит до дрожи. Он слишком чувствительный и восприимчивый юноша, от того он и по-особенному переживает всё, что с ним происходит. Бэк уверен, что будь на его месте кто-то другой, например, тот же Тэхён — его брат, он бы отреагировал иначе. Тэ бы забил и даже не сохранил письмо у себя. Выкинул бы или сжог вообще. Не то что его брат, который судорожно в страхе перечитывает текст каждый вечер. Конечно, изначально, Бэкхён не заострил на этом внимание и просто забросил странное и, кажущееся жутким, письмо в ящик с остальными письмами от поклонников. Но покоя это не принесло.Бэк даже не предполагал, что сага будет иметь продолжение, и ему будет ещё над чем потрястись поздно ночью, перечитывая строчку за строчкой снова и снова.02.08?Я видел твоё выступление. Ты прекрасен. Я хочу слушать твой голос вечность, хотя и её мне не хватит, чтобы насладиться им сполна. Я хочу, чтобы ты пел только для меня?.Заключительное выступление с новой песней на одном из не особо популярных шоу. До этого Бэкхён таскался по радиостанциям, но второго августа прошлого года его позвали на шоу. Бэк довольно странный (по меркам окружающих), необычный и, можно так сказать, нестандартный. Начиная с внешности и заканчивая стилем одежды и песен. Бэкхён обычно пишет и исполняет песни о жизни. О том, каково жить, будучи нестандартным, не таким, как все, как найти себя, как стать собой, как принять себя, как не стесняться себя. Поклонников у Бёна не так уж и много, но он дорожит каждым, кто любит и ценит его творчество. Каждым, но не сумасшедшим человеком, который присылает вот уже второе письмо с напечатанным на компьютере текстом. Бэкхён опять перечитывает его. И вот, ему снова не верится, что есть кто-то, кто так зависим и одержим им, что хорошо чувствуется через эти слова в письме. Бён откладывает лист с текстом в сторону, стараясь не думать о том, кто же может быть автором. Это и правда пугает.03.11?Ты сводишь меня с ума, Бэкхён, я еле держусь. Я всегда там, где ты, я вижу тебя и хочу коснуться. Как же хочу коснуться, но это слишком. Слишком небезопасно для нас, но в первую очередь для тебя?.Третье ноября. Бэкхёна пригласили сфотографироваться на обложку одного знаменитого журнала в Корее. Фотосессия проходила в закрытом помещении, внутри было много охраны. Никого подозрительного, и Бэкхён чувствовал себя спокойно и в безопасности. Всё проходило мирно: Бэка одели в соответствующую его стилю брендовую одежду, нанесли лёгкий, еле заметный макияж и принялись фотографировать. Каждый в студии был обходителен с Бэкхёном, каждый общался с ним с улыбкой и вежливо, нахваливая Бёна за труд и благодаря за мотивацию, которую получают, слушая его творчество. В тот день Бэкхён испытал много положительных эмоций, пускай и не показал этого, ведь он не хорош в эмоциональности. Ему тяжело показывать свои искренние чувства и эмоции, от чего Бэк и кажется ещё более странным, возможно, дерзким, холодным и жутким. Но отношение к нему со стороны людей, по крайней мере в тот день, в той студии, не менялось. Все были добры к Бэкхёну. Ни одного странного и особо выделяющегося человека он в тот раз не встретил. Даже случайно ни с кем не столкнулся в гримёрке или по пути из неё в студию. Всё проходило спокойно, как по маслу. Настолько, что Бэк даже смог расслабиться.Получив очередное письмо в тот день, он был не на шутку напуган. Каждый месяц с августа он жил, постоянно переживая, опасаясь и, всё же, ожидая нового письма, которое никак не приходило. И как только Бён окончательно успокоился — неизвестный объявился снова. Тогда он ворошил в голове все увиденные в фотостудии лица, но ни одно не показалось ему странным и пугающим. У Бэкхёна хорошая интуиция — она бы не обманула. Никто не пришёл на ум. И это пугает более всего — неизвестность.04.12 ?Здравствуй, Бэкхён. Я надеюсь, что у тебя всё хорошо. Сегодня я убедился в том, что очень сильно хочу к тебе. Опять чувствую эту сильнейшую, удушающую и тяжёлую для меня потребность видеть и ощущать тебя рядом с собой. Мне тяжело держаться. Бэкхён, ты скоро станешь моим, и мы поедем с тобой в это место. Там так красиво, малыш. Особенно красив ты. Да, определенно, ты намного красивее вида позади тебя, солнце. Ты освещаешь собой этот серый и скучный лес. Ты заполняешь и меня своим светом?.Вторая фотосессия в жизни Бён Бэкхёна для одного из популярных за рубежом брендов. На этот раз она проходила не в студии, а в туманном лесу, среди столбов высоченных деревьев, среди различных кустарников и растений изумрудно-зеленого цвета, который в примеси с опустившимся на лес туманом, казался ещё ярче. Серость и зелень смешались воедино, превращая обычное место в сказочное и волшебное. А ещё в тот день был сумрак; много-много мрака, придающего месту большей таинственности. Всё соответствовало Бэкхёну, его богатому внутреннему миру и своеобразной внешней загадочности. Территория леса, на которой проходила фотосессия, была пуста, и Бэкхён был в этом уверен. Никого кроме команды, с которой Бён приехал фотографироваться, здесь не было. Он бы почувствовал, интуиция бы подсказала. И когда по прибытию домой Бэк узнал, что его ожидает новое письмо, он вновь в панике пытался вспомнить, может был кто-то подозрительный в тот день на фотосессии. Но никого так и не вспомнил. Его водят за нос. Кто-то, как будто невидимый. Внутри вновь поселяется надежда, что это глупый розыгрыш, но страх так и не отступает.02.02 ?Я устал подчиняться запретам, держаться словно на цепи и бояться последствий. Мне надоело сидеть в тени. До встречи, моё солнце?.Бэкхён перечитывает письма, последнее из которых получил месяц назад. Он качается в кресле, закусывая подушечку большого пальца и вчитывается в текст, старясь найти скрытый смысл, а если повезёт — скрытое послание. Но ничего. Белоснежный лист, короткий текст и больше ничего, за что можно было бы зацепиться. Бэк вертит в одной руке лист с последним посланием от неизвестного человека, и его сердцебиение с каждым разом всё больше ускоряет ритм, с каждой перечитанной строчкой кровь стынет, бегут мурашки, а волосы по всему телу встают дыбом. Он закусывает губу и переключает внимание на дом напротив. А вдруг и сейчас этот неизвестный охотится за Бэкхёном? Вдруг видит его? А может он и правда совсем рядом? Может он даже в одном доме с Бэкхёном. Бэку становится тяжело дышать, он словно загипнотизированный сверлит взглядом заключительное ?До встречи, моё солнце? и не может поверить, что это происходит с ним. До какой встречи? С кем? Вопросы атакуют голову, Бэкхёна начинает потряхивать, а когда сбоку раздаётся стук в дверь, он и вовсе слегка вскрикивает, после чего зажимает ладошкой рот. — Господин Бён, простите, я не хотел Вас напугать, — темноволосый охранник останавливается в дверном проёме и низко кланяется в качестве извинения. — Ваш отец приехал и попросил меня позвать Вас к нему. Бэк облегченно выдохнул и, быстренько сложив все бумажки в ящик в столе, закрыл его на ключ, который взял с собой. Сейчас здесь охранник, поэтому нельзя класть ключ в его родное место, так как никто не должен знать где оно. Кроме самого Бэка, естественно. В доме полно охраны и кто знает, вдруг, кому-нибудь захочется покопаться в личном Бэкхёна. Что ж, доверяй, но проверяй, как говорится. Бён встал с кресла, разгладил длинную белую толстовку и вопросительно посмотрел на темноволосого парня, неизменно стоящего в дверях.— Я нормально выгляжу? — спокойно интересуется Бэкхён, медленно хлопая своими ресничками. Ярко голубые глаза пронзают насквозь, словно гипнотизируя, от чего охранник на секунду теряется.— Как всегда неотразимы, — улыбнулся темноволосый.Бэкхён ничего не ответил и поплёлся вслед за парнем. Сначала они шли по длинному коридору в тишине, а уже позже на подходе к лестницам, Бён устал молчать.— Он опять с женщинами? — интересуется Бэкхён, хмуря светлые бровки. — Нет, насколько мне известно. К тому же он трезв и хочет поговорить. Заранее хочу извиниться, — начал парень, неожиданно останавливаясь. — Ваш отец знает о письмах, которые Вы получаете.Бэкхён знал, что рано или поздно всё всплывет на поверхность, но не ожидал, что так скоро и именно в тот момент, когда Бэку больше всего не хочется думать об этом и вспоминать это. А уж тем более обсуждать. Ещё и с отцом... — Это неизбежно, не извиняйся, Чимин. Ты тут не причём.Чимин тепло улыбнулся и поджал губы от неловкости. Бэкхёна всегда забавляет этот парниша, который имеет милейшую, обожаемую Бэком привычку поджимать губы, когда ему нечего ответить. Бён не сдержался и одарил охранника улыбкой в ответ. Легкой, кривой и мимолетной, в привычной и странной манере Бэкхёна. ?Этот парень совсем не умеет улыбаться? — прокручивает в голове Чимин и открывает перед Бёном дверь в кабинет отца. Темноволосый мужчина уже удобно расположился в кресле и отбивал пальцами одному ему известный ритм по крышке дорогого деревянного стола. Бён легонько поклонился и также тихо, сохраняя молчание, прошёл глубже в кабинет, усаживаясь в тёмно-зелёный кожаный диван.— Когда-нибудь я привыкну к твоей безэмоциональности и неразговорчивости, — бурчит себе под нос Бён Джэён, — Что ж, опустим этот момент, — уже громче заговорил мужчина, — и поговорим о твоей безопасности. Что за письма ты получаешь, и есть ли повод волноваться и менять охрану? Бэкхён сначала не хотел что-либо отвечать, ведь тема с письмами от ненормального незнакомца для Бёна одна из самых нелюбимых, но во-первых, он не должен молчать, так как дело касается его безопасности, а во-вторых, с отцом молчать не удастся. Джэён хоть силой из глотки информацию вырвет, а ещё его бесит, когда на его вопросы совсем не отвечают или отвечают враньём. Злить отца очень уж не хочется, потому что он сразу становится бесчеловечным и полощет мозги, заставляя Бэка раздражаться. А ещё ему ничего не стоит вручить Бэкхёна автору писем прямо в руки, в случае, если сын его разозлит. Джэён жестко воспитан, и для него не существует чувства любви, сострадания и заботы. Даже к собственным детям мужчина всегда относится строго, почти как к своим работникам. Это одна из причин, по которой Джэён разведен с женой. Он слишком черствый эгоист, грубиян, жадина и подонок. Истинный политик.— Ты постоянно на работе. Будет трудно привыкнуть, — отвечает на неразборчиво произнесенное замечание отца, бездумно смотря куда-то в окно за его спиной, — Всё в порядке, отец, не стоит беспокоиться. А менять охрану тем более. Джэён шумно выдохнул и, засунув руки в карманы штанов, встал с места. Отец обошёл стол и оперся бедром на его край, разглядывая сына.— Не хочу расстраивать тебя, дорогой, но менять охрану придётся. Ты ведь в курсе, что Чимин увольняется? А ещё я хочу в целом поменять штаб работников. Дармоеды! — рявкнул мужчина, стукая кулаком по столу. У Бэкхёна неожиданно внутри будто что-то опустилось и словно немного надломилось, хрустнуло, разливая по всему телу горькое и неприятное чувство разочарования. Но Бэк не подал виду, ведь он не может. У него отключены эмоции с самого детсва, от чего он вынужден переживать все внутри сам. Наверное, единственное, что показывало его чувства — это глубокие ярко-голубые глаза, которые сейчас блестят досадой и огорчением. И всё же юношу эта новость задела. А как же иначе? Пак Чимин — самый добрый, понимающий и адекватный охранник из всех, а главное — самый близкий Бэкхёну человек. Нет, Бён никогда особо не доверял ему какие-то секретики, он не рассказывал о чем-то очень личном: о страхах, о чувствах, о каких-то личных-личных тайнах. Он почти совсем не открывался Чимину и также малость знал о нём, но тем не менее, Пак был очень близок Бэкхёну. Чимин часто не исполнял приказы, когда ему было велено следить за Бэком даже в его собственной комнате. Пак всегда знал, как дорого Бэкхёну его личное пространство и его одиночество, как он не любит, когда кто-то находится в его собственной комнате кроме него самого. Поэтому Чимин просто торчал под дверью и, к счастью, ему это сходило с рук. Он привык к Бэкхёну, он читал его эмоции по глазам, всегда знал, что Бэку нужно от него и в какой момент, он сопровождал Бёна везде и всегда. Можно даже сказать, что Чимин был его правой рукой. И что теперь? Он уходит. Бёну стало не на шутку больно. Такое он испытывает впервые за двадцать лет. У него нет никого, кроме Пак Чимина, который увольняется, ну и...Брата. Брата, который знает его хуже, чем охранник и который вообще его не понимает, в отличие от охранника. И вообще, в целом, Чимин во многом лучше и ближе Бэкхёну, чем родной брат.— Ты, наверное, думаешь почему и зачем, верно? — захваченный обидой и незнакомыми чувствами, Бён легонько кивнул, ожидая скорее услышать ответ. — Я проявил человечность и решил вложить больше средств и сил в вашу с Тэхёном безопасность, — криво усмехнулся старший. Выглядит наигранно и лицемерно, — По поводу Чимина, — сделал паузу Джэён и подошёл ближе к сыну. — Я знал, что твоему приятелю будет тяжело говорить тебе об этом, ведь вы так близки. Но причину узнаешь уже у него самого, у меня нет на это времени, — по лицу отца было видно, как ему плевать на происходящее, как ему вообще дела нет до того, чтобы подробнее рассказать обо всём сыну, да и в целом дела нет до Бэкхёна. Для чего, спрашивается, тогда начал рассказывать? Отец ещё тот любитель потрепать нервы. Но с Бэком точно не прокатит — у него иммунитет.Поэтому Бэкхён подорвался с места и, поклонившись, вышел из кабинета Джэёна, где прямо у двери сразу же наткнулся на Чимина. Пак бегал глазами по лицу Бёна, не выражающему, как всегда, никаких эмоций, и шумно выдохнул. Чимин всё видит и всё чувствует, как и прежде. Ему заметна грусть, мелькающая в огоньках зрачков, оседающая на дне ярко-голубых глаз Бэкхёна. Первое время Чимина это пугало, ведь ему всегда казалось, что Бён будто бы запер самого себя внутри, и этот уже внутренний Бэкхён пытается достучаться до окружающих через глаза. Паку понадобилось много времени, чтобы привыкнуть и начать разбираться во взглядах младшего. Так, спустя два года, примерно, он научился различать во взгляде Бэка такие эмоции как: радость, грусть, злость, страх и так далее. Поэтому и сейчас он всё видит и прекрасно понимает, от чего ему становится ещё хуже.— Господин Бён, простите. Я не мог рассказать сам, — виновато опустил голову охранник, после чего поднял полный сожаления взгляд. — Я должен уволиться по семейным обстоятельствам. Я буду надеяться, что Вам найдут достойного человека, который сможет Вас охранять лучше, чем это делал я. — Чимин, вряд ли кто-то справится с этим лучше, — пожал плечами младший. — Я буду надеяться, что у тебя всё будет хорошо. Пиши мне и не забывай меня. Приходи иногда, когда сможешь, потому что я скисну тут без общения с тобой, пускай и в основном мы общались всегда ни о чём. В этом доме, — Бэк сделал паузу, — да и в целом, кроме тебя, меня некому понять. Как бы горько это ни было, но так и есть. Вся охрана — скучные, безэмоциональные (иронично), холодные и, даже по взгляду видно, тупые, не умеющие нормально и двух слов связать. Они словно безжизненные машины, которые изо дня в день только и делают, что стоят на своих постах и деловито пялятся куда-то перед собой, выполняя возложенные на их плечи обязанности, словно встроенные функции. Бён надеется, что на место Чимина найдут нормального человека, иначе Бэкхён совсем сойдёт с ума. Как долго он привыкал к Паку, как долго он учился говорить с ним на самые разные темы. А теперь трудиться придется по-новой и не факт, что следующий телохранитель окажется таким же общительным и милым, каковым был Чимин.— Обещаю, что как только будет появляться возможность, я буду пользоваться ею и навещать Вас! — Пак низко поклонился. — Можно? Чимин раскинул руки в разные стороны, а Бэк сухо кивнул, хотя внутри всё кипело от смеси чувств, и Пак зажал его в своих объятиях. Не хочется отпускать Чимина, не хочется искать кого-то на его место, потому что Бён уверен, что лучше него не будет никого. Никто так не поймёт Бэкхёна, никто так не позаботится о нём, как Чимин. Руки младшего легонько опускаются на сильную спину охранника, и Бён зарывается носом ему в плечо, тоскливо смотря куда-то перед собой. ?Чимин, не уходи? — покручивает в голове Бэк. И отчего-то его посетило странное чувство. Чувство, будто грядёт что-то плохое, что-то разрушительное и неблагоприятное для Бэкхёна. Возможно, это чувство возникло из-за такого неожиданного поворота событий в жизни Бэка, ведь ему впервые приходится отпускать человека. Причём такого важного ему, как Пак Чимин. Да, скорее всего из-за этого. По крайней мере Бэкхён на это надеется.Ближе к вечеру, когда Бэк более-менее пришёл в себя и наладил бардак в голове, в дверь легонько постучали, что заставило юношу агрессивно стиснуть зубы. Как же он раздражается, когда слышит этот противный звук соприкосновения костяшек о деревянную дверь его комнаты. Именно у дворецкого выходит такое омерзительное звучание. Все стучат, как люди, а этот, как нечисть. Не зря охранники называют его между собой "дворецкий из преисподней", а в его присутствии просто "дворецкий".— Господин Бён, — железным голосом начинает Сокджин, — спускайтесь к ужину. Бэк, валявшийся на кровати, испепеляя взглядом потолок, лениво сполз на пол и обул белые тёплые тапочки. Он много думал обо всём случившемся и даже пустил слезу. Ему впервые приходится кого-то отпускать из своей жизни. И, соответственно, он впервые испытывает такую боль. Чимина уже нет в доме, уже поздний вечер, а он собрался и ушёл ещё днём. Несколько часов его нет, а уже так досадно и скучно. А ведь они могли бы сейчас поиграть в какую-нибудь настольную игру. Для Бэкхёна дом опустел с его уходом. И вот опять накатило всё, что так старательно Бён прогонял из своей головы. Дурацкий Сокджин, он только и может делать хуже лишь одним своим присутствием.Смирившись с уже случившемся, Бён вышел из комнаты и направился есть. На лестницах его перехватил Сокджин, и они вместе, в гробовой тишине, направились вниз в столовую. Сегодня Бэк дома один, как и всегда, собственно, хотя раньше с ним был Чимин или отец, который торчал в своём кабинете и решал дела, в случае, если у него появлялась свободная минутка, так сказать. Но в силу своей одержимости работой, он и всё своё свободное время уделял ей. Поэтому дома целыми днями он не отдыхает, а работает и работает. С Бэкхёном в доме сейчас только надоедливый дворецкий и куча пустоголовых охранников, стоящих во дворе дома; ещё парочка таких же внутри, которые сразу же переглянулись, как только увидели недовольного юношу и идущего рядом делового дворецкого из преисподней. Наверное им смешно наблюдать за измученным недолгим присутствием Кима, Бэкхёном. Но ничего, долго смеяться не придется, ведь Сокджина скоро погонят со всеми ними.Бэк сидел за столом, уткнувшись взглядом в его стеклянную поверхность. Когда перед носом неожиданно оказался поднос с сочным стейком из свинины и соусами, Бён перевёл взгляд на Кима, что стоял с планшеткой в руках и деловито смотрел в каракули, нацарапанные на листе. Почерк у него, кстати, тоже не очень. В принципе, кроме привлекательной внешности и прекрасного телосложения, у дворецкого больше плюсов никаких нет.— Завтра у Вас по расписанию фотосессия для одного известного бренда одежды. Они изъявили желание поработать с Вами, так как находят вашу внешность до нельзя необычной и прекрасной, а отсутствие у Вас эмоций и вовсе кажется им чем-то сверхъестественным. Ваша холодная манера, леденящий взгляд и мертвое спокойствие они хотели бы запечатлеть на фотоаппарат завтра в районе трёх часов дня. Так, — задумчиво произнёс Ким и быстро пробежался взглядом по листу с записями, после чего продолжил, уже смотря в глаза Бэкхёну. — Ах, да. Завтра Ваш отец представит Вам нового охранника. Сегодня же мы начали тщательные поиски, и, думаю, к завтрашнему утру он уже будет найден.Сокджин низко поклонился, пожелал приятного аппетита и ушёл, не желая более оставаться с Бэкхёном наедине. И его нежелание взаимно. Хотя, вероятнее всего, он понял, что у младшего найдутся какие-то вопросы или возражения, как обычно, поэтому и слинял. Противный Ким. Высокомерный эгоист и навязчивый подлиза. На все просьбы сменить дворецкого отец постоянно отвечает отказами, объясняя это тем, что Ким очень ответственный и пробивной, касаемо работы. А Бэкхёну, увы, с ним жить, а не работать. Отцу, конечно же, плевать на то, кто будет работать, ведь главное, чтобы человек был хорош в своём деле. Конечно, сам ведь Джэён круглые сутки на работе, а Бэкхён вынужден жить с этими всеми "хорошими работниками". Для Бёна главное, чтобы человек оставался человеком. Как Чимин, например. Он знатно отличается от всех, кто работает на семейство Бён. У Чимина большое и доброе сердце, а все остальные натренированные и дисциплинированные роботы. Их дело выполнить свою работу и всё. А Чимин другой. Был...Силой сжав в руках вилку, Бэк обречённо выдохнул и принялся есть. Ничего уже не изменить, поэтому будет лучше перестать думать об этом и поскорее забыть, чем задаваться вопросом "почему?". Он сам пожелал мяса на ужин, поэтому стоит направить мысли лучше на наслаждение едой. Еда — единственное в этом доме, на что может хоть как-то повлиять Бэкхён. Рабочий персонал, его личная охрана, да даже личный распорядок дня — под руководством строгого и упрямого отца. Отца, который никогда не прислушивается к своему сыну и делает всё так, как считает нужным он сам. А ещё Бён-старший любит частенько скинуть график Бэкхёна на дурацкого Сокджина, что бесит юношу втройне. Лучше потерпеть строгого зануду отца, чем Кима.Но что Бэкхёну остаётся делать? К сожалению, нечего. Не сбежать же, не пытаться перечить или противостоять, ибо всё это бессмысленно и, как показывает опыт — безрезультатно. С отцом не хочется иметь дела от слова совсем, ибо он очень вредный и непробиваемый. Джэён никогда не понимал и не слышал Бэкхёна и его просьб, он всегда делал всё по-своему. От части он виноват в том, что Бэкхён не может больше испытывать эмоции. ***Бён проснулся от знакомого раздражительного звука. Опять Сокджин ломится в дверь комнаты Бэкхёна, настойчиво приговаривая ?Господин Бён, просыпайтесь, прилетел Ваш брат?. Бэкхён нехотя разлепил веки и озлобленно смял в руках одеяло. Как бы он хотел наорать на Ким Сокджина, но увы... Есть ряд причин, по которым он не может этого сделать. Во-первых, не хочется потом выслушивать ругань отца, его советы и наставления о том, как правильно общаться с персоналом, а во-вторых, Бён не хочет с утра портить себе настроение. Нет уж, он не позволит дворецкому из преисподней стать причиной его плохого настроения. Бэк нагнулся за своими тапочками, что стоят прямо у кровати, взял один из них и, с удушающим раздражением, швырнул тапок в дверь. Попадание в десятку. Ким Перестал стучать, а уже позже послышались шаги, оповещающие Бэка о том, что раздражающий его объект уходит в другом направлении от комнаты. С облегчением выдохнув, юноша сполз с кровати, оделся и пошёл в ванную. Приезд брата его особо не впечатлил, их отношения можно охарактеризовать, как приятельские, нежели братские. Они чересчур разные, начиная с внешности и заканчивая характерами. Бэкхён по природе маленький голубоглазый альбинос, а Тэхён высокий, кучерявый брюнет с аристократически бледной кожей. Тэ считается идеальным в Корее, о нём много говорят по телевизору, пишут о нём статьи в журналах, а в целом, да — он постоянно на слуху. Даже его прилёт не смог остаться незамеченным, от чего ему пришлось ещё дольше добираться до дома, ведь толпа фанатов и репортеров его знатно тормозили. Тэ и правда до чертиков популярен на родине, в отличие от Бэкхёна. За Бэком гоняются крупные бренды из-за границы, где он также имеет фанбазу. Правда не такую огромную, как у Тэхёна. А в Корее Бэк в основном занимается музыкой, выстраивая себе карьеру певца. Хотя в последнее время он понимает, что ему это порядком поднадоело. Да и желание куда-то пропало из-за писем в частности, а теперь ещё и уход Чимина по нему, на удивление, сильно ударил. Бэк постепенно забывается общественностью, хотя на общественность ему всё равно. Какая разница, если половина из них считает Бэка моральным уродом, зазнавшимся и зажравшимся. Никому ведь неинтересно, что он не способен выражать эмоций. Главное, все знаю, что он из очень богатой семьи, сын мэра, а значит точно какой-то гад. Что говорить о другой половине — наглядный пример тому письма. Бэкхёна просто желают и питают к нему какие-то неадекватные, на его взгляд, чувства.Многие, кто знает семейство Бён, часто удивляются тому, как эти два человека могут быть друг другу родными братьями. Бэкхён сам иногда задумывается. Как?Закончив с ежедневными утренними процедурами, Бэк выходит из комнаты, внутри ощущая странное и новое чувство, к которому он постепенно привыкает — разочарование. Его не встречает за дверью Пак Чимин, который сейчас бы ожидал выхода Бэкхёна из его комнаты и сразу доложил бы обо всём, на что должен потратить Господин Бён новый день. А ещё бы отпустил какую-нибудь шутку про Сокджина, которая заставила бы Бэкхёна улыбнуться. Шутки юноша научился понимать благодаря, непосредственно, Чимину.Идя по пустому длинному коридору, Бён сворачивает к лестнице и останавливается, замечая внизу брата и его телохранителя, которые уже успели устроиться в столовой. Бэкхён обшарил взглядом весь первый этаж: соединенные гостиную, кухню и столовую. Вроде новых лиц пока нет, а значит замену Чимину ещё не нашли. И то хорошо, можно немного передохнуть от чьего-то постоянного присутствия, а также погрустить от нехватки этого присутствия. И всё же, Чимин был лучшим...— Спускаться не собираешься, братец? — грубоватый низкий голос окликнул Бэкхёна, возвращая его в реальность. Бэк метнул взглядом в брата и медленно спустился к нему, отмечая для себя факт того, что даже тембр голоса у них совсем разный.— Привет, — спокойно произнёс Бён, слегка приобняв Тэхёна.— Да ладно тебе, неужели ты не рад? — хихикнул Тэхён, прижимая Бэка к себе сильнее и гладя того по спине. — Очень смешно, — буркнул в ответ Бэкхён. — Да ладно, Бэкки, не обижайся. Я помню, что у тебя проблемы с эмоциями. Это просто шутки, мой голубоглазый братец. Только посмотрите, как он похорошел! Меня всего несколько месяцев не было, а ты вон как возмужал, — Тэ стал осматривать брата сверху вниз, восхищенно разглагольствуя и эмоционально жестикулируя.Бэк смотрел на брата своим пристальным и холодным взглядом, понимая, что не может сказать о нём того же. Тэ остался таким, каким и был: темноволосый, кучерявый брюнет с тёмно-карими глазами, который шутит также хреново, как и ранее. Вновь удивляясь тому, насколько они, будучи родными братьями, родившимися почти в одно время, выросли такими разными людьми, Бэк нацепил на лицо подобие улыбки, понимая, что сейчас нужно улыбнуться хотя бы для вежливости. Тэ вытянул большой палец вверх и одобрительно покачал головой, после чего добавил: — Отлично справляешься!Это заслуга Чимина. Бэк пожал плечами, не желая что-либо отвечать на похвалу и обогнул брата, проходя глубже в столовую. Сев за один из пустых стульев, Бён закинул ногу на ногу, выжидающе смотря на Тэхёна, желая услышать о том, как обстоят дела в его жизни.— Бэк, я не могу читать по твоим глазам, уж прости. Что ты хочешь? — сев напротив, сказал Тэхён, неловко улыбаясь.?А Чимин умеет? — подумал Бэкхён и быстро отбросил навязчивую мысль. — Хочу узнать, как твои дела? Как провёл время в Париже? — старается скрыть безразличие голубоглазый.— Ах, прекрасно! — счастливо разулыбался Тэ. — Сначала, конечно, так бесило, что меня узнавали, как одного из сыновей мэра Сеула, но позже, после парочки фотосессий для известного бренда, все стали узнавать меня, как Тэхёна. Того самого Тэхёна, который популярен на всю Южную Корею, — самодовольно разулыбался Тэ. Да, самооценку ему не занимать... — Как я раздражался, когда слышал писклявое ?Смотрите, сын мэра Сеула! Какой красавчик?. Я — Тэхён! Отдельная от словосочетания ?сын мэра Сеула? личность!Тэ эмоционально рукоплескал и кривлялся, наигранно возмущаясь. Бэкхён же внимательно слушал, хотя на деле ему не был так интересен рассказ брата, как с виду. Тем не менее, Тэхён не останавливался. — Произошло вообще много всего за прошедший месяц. Много всего хорошего. Если вкратце, то я посещал разные знаменитые и не очень места в Париже, много фотографировался и купался в лучах славы, — брат рассмеялся. — Хотелось бы там жить, но ты же знаешь отца, — Тэ закатил глаза. — Патриот хренов. Расскажи ты, лучше, как твоя жизнь? Что там с написанием песен? — Ничего. Я потерял вдохновение, поэтому изредка играю на пианино или на гитаре. Всё. Пару раз фотографировался для различных отечественных и заграничных брендов.Теперь точно всё.— Бэкки, не переживай, ты рождён, чтобы покорять сердца людей своим талантом и индивидуальностью, — Тэ расслабляюще засмеялся, вселяя в Бэкхёна чувство облегчения. — Твёрдая почва под ногами у тебя уже есть, а дальше всё в твоих руках.И Бэк задумался... Если, как сказал Тэхён, ?он рождён, чтобы покорять сердца людей своими талантом и индивидуальностью?, то почему это сыграло с ним такую злую шутку? Почему его известность, пускай и не масштабная, приносит ему страх? Страх за собственную жизнь, ведь эти письма...Почему Бэкхён не перестаёт ни на секунду о них думать? В последнее время тем более. Он потерял вдохновение и желание как-либо активничать в, как казалось раньше, любимой сфере, он стал параноиком: на ночь зашторивает окно; выходя за пределы собственного дома или транспорта, Бэк постоянно оглядывается, как дикий, опасаясь встретить того, кто пишет ему письма, хотя не знает, как выглядит этот кто-то. Бэкхён стал ощущать на своей спине, на затылке пристальный взгляд, от чего постоянно оборачивается, даже в собственном доме. Ещё и уход Чимина добил. Теперь Бэк чувствуете себя в опасности, без видимой на то причины. Жизнь течёт без каких-либо угрожающих ей изменений, лишь иногда приходят письма от какого-то явно сумасшедшего человека. И это так пугает и сбивает с толку. Да, ему казалось, что он отпустил, что забыл, но каждую ночь, когда Бэкхён не может уснуть, он снова и снова перечитывает письма незнакомца и, в силу своей впечатлительности, каждый раз приходит в отчаяние. Бэк не хочет, чтобы кто-то так его любил. Он не хочет, потому что знает, что рано или поздно, на нём эта любовь всё же отразится когда-то. Чего бы не хотелось. — Да ну с ним, с этим талантом, — тон Бэкхёна передал его внутреннюю тоску, а выражение лица неизменно оставалось каменным. — Чимин уволился, — голубоглазому легче свести тему, пускай и на такую грустную, чем отвечать на вопросы брата, который, судя по его выражению лица, собирался засыпать ими Бэка.Тэ ахнул и начал удивлённо хлопать глазами, а его выражение лица сменилось с удивленного на разочарованное. — Как так? Точно сам уволился? Чимин-щи, я же его обожал. Если и существует кто-то, кроме него, кому под силу тебя понять и втереться в твоё доверие, Бэк, то этот кто-то точно не с этой планеты, — Тэхён резко изменился в лице и улыбнулся. Он успокаивающие посмотрел на брата и продолжил, — я понимаю, что ты, возможно, чувствуешь разочарование, обиду, а может быть и больно, но, к сожалению, такое в жизни нормально. Я, увы, не в силах повлиять на отца и его выбор, но я железно уверен, что тебе он найдёт достойного кандидата на место Пак Чимина. Ты ведь жемчужина нашего рода, Бэкхён. Поэтому даже наш вредный старик Бён Джэён не даст драгоценное сокровище семьи Бён в руки какому-то уроду.Бэкхён надеется на это, а ещё и верит. Тэхён звучит слишком правдоподобно, он слишком правильно влияет на Бэка и его мысли. Не зря он все же встал сегодня намного раньше. Этот разговор был слишком необходим Бэкхёну, и он это понял только сейчас. Что очень неожиданно — подобный разговор состоялся с братом, с которым, по сути, у них мало, что общего. Да и ранее таких разговоров с Тэхёном у Бэка не было.— С каких пор ты такой умный и заботливый, Тэ? — Я просто счастливый. Тэхён широко улыбнулся брату, а Бён почувствовал какое-то странное жжение внутри. Как же он завидует Тэ. Почему Бэк не такой? Он готов переродиться обычным человеком, с обычной внешностью, чтобы испытывать то же, что и его брат. Почему Бэкхён не может также радоваться жизни, элементарно улыбаться и показывать то, что у него на душе? Он родился без таланта. Всего-то петь научился, играть на инструментах и сочинять музыку. Но какой в этом смысл, когда ты бесчувственный камень? О чем может сказать в своих песнях человек, который родился без возможности проявлять некоторые чувства и показывать свои эмоции? Это болезнь, и Бён это ненавидит. Какие бы песни о принятии себя он ни пел — себя Бэк не принял. И не принимает до сих пор. Он не хочет быть красивой статуэткой с необычной внешностью, только чтобы привлекать внимание к какому-то бренду, использующему красоту Бэкхёна в своих целях. Это не делает его счастливым. Бэкхён хочет просто чувствовать и дарить людям положительные эмоции. Он хочет быть свободным и жить не по расписанию, которое диктует ему надоедливый Сокджин или строгий отец, а слушать только свои желания. Бэкхён устал торчать в этой золотой клетке, ему хочется бежать отсюда. Но Бэку нигде нет приюта, ведь везде он остаётся собой. Алмаз. Красивый, блестящий, драгоценный, но камень. И сейчас, смотря на родного брата, который что-то начал неосознанно рассказывать о своём путешествии в Париж со счастливой улыбкой, Бэкхён понял, что хочет также.