ХVIII. (1/1)

Большая широкая улица, освещённая высокими многочисленными уличными фонарями, подсвеченными витринами дорогих бутиков, вывесками разных магазинов и кафе, буквально кипела в преддверии одного из самых ожидаемых детьми и взрослыми яркого праздника?— Рождества. Огромный город не спал, несмотря на поздний час, хотя, Нью-Йорк ведь никогда не спит.Если ещё неделю назад люди неслись в это время с работы, то сейчас, когда почти все магазины открыты круглосуточно, они лавируют между широкими стеллажами и витринами. Город теперь сиял не только жёлтым цветом, но и красным, и зелёным, и белым. Это создавало рождественское настроение.У одной из витрин кондитерской стояла молодая женщина. Её волосы, чуть влажные, подстриженные под градуированное каре, были немного зачёсаны назад. Большие глаза шоколадного цвета подведены чёрной подводкой, что делало их немного уже, а взгляд более хищным. Кремовое пальто до колен всё ещё хранило на себе маленькие бусинки растаявшего снега, поэтому девушка, взмахнула рукой, убирая влагу. Она внимательно рассматривала выставленный товар, когда в кармане завибрировал телефон.—?Да где же ты? —?послышался обеспокоенный голос. —?Уже скоро гости придут.—?Какой торт лучше взять? —?девушка предыдущие реплики пропустила мимо ушей, рассматривая неотрывно сладости. —?Шоколадный или с ванильным кремом?—?Шоколадный, конечно,?— прозвучало насмешливо. —?Терпеть не могу ваниль, будто ты не знаешь. Ладно, торт в руки и быстро домой.В телефоне послышались гудки, оповещая о конце разговора.—?Могу чем-то помочь? —?подошедший консультант по-доброму улыбнулся, с любопытством рассматривая покупательницу.—?Нет, мне вот этот, пожалуйста,?— аккуратный пальчик указал на средних размеров торт, обвязанный сиреневой лентой.Юноша кивнул и скрылся за коробкой, в которую выбранный торт необходимо будет упаковать. Когда всё было готово, молодой человек протянул товар клиентке.Расплатившись за торт, девушка поспешила домой, виляя между прохожими, чтобы никто случайно не задел картонную коробку.—?Одри, Одри,?— первое, что послышалось, когда входная дверь приоткрылась. —?Нет, чтобы сразу домой…—?Я не маленькая девочка, Мэри,?— Одри мягко улыбнулась и, вручив коробку в руки подруги, чмокнула ту в щёку. —?Сама знаешь, что отмечать праздник без сладкого?— не дело,?— девушка подмигнула и, стянув сапоги, умчалась на кухню, где вовсю шла подготовка к празднику: на плите доходила паста, в духовке допекалась курица, а на столике стояли несколько мисок с салатами и три кувшина с разными алкогольными напитками.Схватив кусочек сыра, девушка вылетела в сторону своей комнаты, на ходу расстёгивая платье. Перед приходом гостей необходимо было принять душ, выбрать наряд, уложить волосы и сделать яркий макияж.***После ухода архангела Одри с трудом пришла в себя. Первое, что увидела приехавшая сразу после истерики по телефону Мэри, оказалась забитая, похудевшая, с сильными синяками под глазами, опухшими искусанными губами до крови девушка, глаза которой были жутко красными от слёз. Мэри приняла решение остаться с подругой?— она позвонила на работу и договорилась об отпуске, и даже во время этого короткого звонка не сводила свой внимательный и обеспокоенный взгляд с зажавшейся в кресле девушки, что закуталась по уши в плед. Пришлось дать несколько таблеток успокоительного, чтобы получить вразумительный и членораздельный ответ от Одри, что же случилось здесь.Спустя пару дней Мэри позвонила своему бойфренду, объясняя причину столь резкого отъезда, и именно он предложил идею приехать вместе с Одри в Нью-Йорк. Только вот Мэри сразу же отмела эту идею и очень зря.Спустя всего четыре дня Одри попыталась наглотаться тех же таблеток, что давала ей Мэри. И именно тогда подруга поняла, что оставаться здесь?— не выход.Наспех спихнув продажу дома на своего доверенного человека, Мэри собрала вещи и, купив билеты, отправилась на второй этаж, в комнату, где, завернувшись в одеяло, посапывала девушка. Не составило труда, как собрать Одри, так и отвезти в аэропорт?— Одри было всё равно, она лишь пустым взглядом скользила сначала по знакомым узеньким улицам Скотсдейла, а потом и по широким улицам Нью-Йорка.Только через полгода пребывания в новом городе, в котором жизнь лилась через край, постоянно гудели машины, и люди шумели за окном, Одри немного пришла в себя и стала замечать всё то новое, что её окружало. Рядом была заботливая подруга, не отходившая ни на шаг, в глазах которой всегда был страх. рядом был парень Мэри, который всегда стремился помочь своей, как выяснилось, невесте, а в кровати самой Одри, у её ног, частенько устраивалась огромная чёрная собака. Квартира, в которой оказалась Одри, была очень просторной, обставленная, явно, далеко не дешёвой мебелью. Повсюду висели картину, что не удивляло, Мэри же любила рисовать. Также было большое количество книжных шкафов, на полках которых стояли не только книги, но и сувениры из разных стран. В больших комнатах, а все комнаты имели внушительные размеры, редко включался свет, так как через тонкую вуаль и так попадал уличный свет. Здесь места для троих… нет, для четверых, собака всё же была размером с пони, поэтому не брать её в расчет никак нельзя, хватало.Вскоре Одри начала выходить на улицу, но только в уже совершенно новой одежде, так как в один день, психанув, Мэри выбросила все шмотки подруги. Одри то и против не была?— ей всё равно было, поэтому она с безразличным выражением лица наблюдала, как вещь за вещью отправляется в мусорное ведро. Она пыталась не хвататься за прошлое, а избавиться от напоминающих вещей, среди которых была и рубашка, захваченная с собой из монастыря,?— было, несомненно, верным решением.А вскоре девушка начала улыбаться. По-настоящему. Искренне. С морщинками в уголках глазах и ямочками на щеках. Она вновь прибавила в весе, начала вставать в привычное для неё время, готовить для всех завтрак, если Мэри не успевала, гулять с собакой, которую все, несмотря на устрашающий вид, звали просто?— Веттой.Только вот парней Одри будто не видела вовсе, ну, или не хотела видеть. Только когда Одри устроилась на учёбу, конечно, не без помощи Мэри, она завела несколько знакомств, но ни одно из них не вылилось в романтические отношения. Впрочем, девушка настроилась на учёбу, и в будущем это принесло свои плоды?— ей удалось устроиться работать в ту же клинику, где работают Мэри и Джонатан, на должность психолога. Работа оказалась непростой, но высокооплачиваемой. Как выяснилось, в Нью-Йорке требовались специалисты в этой сфере, так как людям, которые были по уши в работе, не имели семей, требовалась помощь со стороны. Попытка самоубийства нигде не стала помехой, ведь о ней никто, кроме двух людей, знать не знал. Так что, для остального персонала и для пациентов Одри была чем-то, что походило на маленькое солнышко, только без тёмных пятен.Внешний вид девушки изменился сразу же, стоило ей закончить учёбу. От длинных волос не осталось и следа. Сначала волосы были аккуратно подстрижены в каре на среднюю длину, потом несколько прядей были высветлены, а уже через две недели причёска сменилась на градуированное каре. Девушка вновь начала краситься. Глаза всегда были изящно подведены, пушистые ресницы накрашены, на скулах всегда были нанесены румяна, а на губах поблёскивал блеск, делая губы ярче и пухлее.Мэри и Джонатан оказались против идеи того, чтобы Одри от них съехала, а сама девушка настаивать не стала, но всё же стала покупать большую часть продуктов именно за свой счёт.Жизнь наладилась, вошла в привычное русло. Плохие моменты из прошлого оказались вытеснены хорошими и запоминающимися из настоящего.***Звонок в дверь оповестил о приходе гостей. Мэри уже успела привести себя в порядок, поэтому имена она и отправилась встречать гостей. Первый голос, разнёсшийся по квартире, принадлежал Джонатану. Оказывается, гости успели уже заблудиться, и мужчина поспешил их сопроводить до своего дома.В квартире сразу стало очень шумно. Послышался смех детей, прерываемый громкими голосами родителей.Одри улыбнулась своему отражению и вышла из своей комнаты навстречу гостям.Дети носились по квартире, хихикая друг над другом и заливаясь хохотом, а взрослые сидели за столом, попивая напитки и поедая закуски и горячее блюдо.***Через пару часов гости, немного навеселе, засобирались домой, оставляя хозяевам квартиры горы немытой посуды и разбросанные повсюду обёртки от подарков и конфет для детей. Мэри с супругом взяли всё на себя, сославшись на то, что Одри и так устала из-за загруженного вплоть до самого праздника графика. Девушка лишь пожала плечами и устремилась в свою комнату, где сразу же стянула с себя обтягивающее тёмно-синее в блёстках платье. Оставшись в одном нижнем белье, она только было открыла шкаф, чтобы достать футболку для сна, как услышала за своей спиной шорох. Девушка недовольно выдохнула сквозь зубы и, не прикрываясь, обернулась, сложив руки на груди.—?В чём дело, Михаил? —?незваный гость вышел из тени и без промедления уселся на кресло в углу. —?По моему, тебе совершенно незачем меня навещать.—?Я просто волнуюсь за тебя,?— архангел смерил полуголую девушку осуждающим взглядом и как бы невзначай кинул ей футболку, которая до этого покоилась на спинке кресла.—?Беспокоиться надо было тогда, когда я чуть не сдохла от передоза таблеток,?— спокойно произнесла Одри, натягивая на себя огромных размеров вещь. —?А сейчас нет необходимости. Ты приходишь слишком часто, это напрягает.—?Всего лишь раз в три месяца, почему это тебя напрягает? —?архангел нахмурил брови и чуть наклонил голову вбок.—?Потому что я хочу забыть вас всех,?— расправляя кровать, проговорила Одри. —?Просто забыть и всё.—?Но это твоё прошлое, твой опыт и…—?Михаил, заткнись,?— зашипела девушка. —?Просто уйди. Опыт?— не опыт, мне всё равно. Твой брат убил во мне человека, тут,?— Одри ткнула себя в район солнечного сплетения. —?Пусто. Я любила твоего брата, очень сильно любила, а он ушёл, бросил меня. Ушёл с демоном, понимаешь? Я не выполнила то, о чём ты меня просил. У меня навязывается вопрос: ты зачем обо мне заботишься? Я оказалась бесполезной. Я только хуже сделала,?— Одри говорила монотонно, будто её вообще не волновало то, о чём она говорит, только боль в глазах выдавали истинные чувства и переживания.—?Во первых, я забочусь о тебе, потому что хочу, я отчётливо помню тебя, пока мы были на той заправке. Ты боялась, но защищала других, вся твоя настоящая сущность проявилась там и тогда и ещё… когда ты была с Гавриилом. Сколько бы ты сейчас не пыталась скрыть это всё от меня?— не получится. Я уже видел.—?А во вторых? —?девушка улеглась на живот и укрылась одеялом, вслушиваясь в каждое слово архангела с неподдельным интересом и вниманием.—?Ты точно хочешь это услышать?—?Почему бы и нет,?— Одри пожала плечами.—?Он тебя не бросал. Я говорю тебе об этом только сейчас, так как раньше ты бы не восприняла мои слова всерьёз,?— архангел тяжело вздохнул и подался вперёд. —?Он получил приказ.—?Приказ? —?Одри нахмурилась, осознавая, что в ближайшие несколько минут в её жизни вновь произойдет переворот.—?Гавриил должен был уйти вместе с ним, только благодаря этому мы узнали подлинную численность их гарнизонов и некоторые планы, которые касались похищения людей. Многих демонов удалось уничтожить, если бы не Гавриил, то они бы продолжали и дальше красть людей разных возрастов. Огромное количество ангелов могло погибнуть, так как планировались нападения на несколько монастырей на горе Афон. Ангелы защищают ту землю, так как-то место считается священным, и мы бы не выдержали этих нападений. Также планировалось нападение на церковь Лас-Лахас?— тоже одно из священных мест на этой планете.—?Я, конечно, рада, что обошлось без жертв, но… —?губы Одри изогнулись.Девушка никак не могла воспринять новую версию случившегося, ведь десять лет она жила с убеждением, что её предали.—?Но почему Гавриил мне ничего не сказал?—?Асмодей мог запросто узнать о нашем плане, если бы ты знала.—?А ошейник? Зачем Гавриил его снял? И почему он так вот ушёл, бросив меня одну? И почему он даже не вернулся? Он ведь знает, что я любила его.—?Ты по-прежнему его любишь? —?Михаил намеренно не стал отвечать на все заданные вопросы.—?Я не знаю,?— девушку этот вопрос ввёл в тупик, она была растеряна и совершенно не понимала, что на самом деле чувствует к архангелу, ушедшему от неё десять лет назад.По сути, за такой длительный промежуток времени чувства должны были угаснуть, но как тогда объяснить тот факт, что сейчас, после всего услышанного, в груди вновь разлилось что-то тёплое и согревающее.—?Ошейник я ему помог снять. Если бы он у него остался, Асмодей не предложил бы ему присоединиться к ним, так как сам по себе этот ошейник не только средство для контроля, но и признак верности Небу. Гавриил, сколько бы он не отнекивался, всегда был нашим братом и остаётся, он и сам понимал, что никогда не сможет покинуть свой Дом. Даже пребывая здесь, он неразрывной и крепкой нитью был связан с Небом. Ушёл он в своём стиле, но знал, что за тобой будут приглядывать. И не только Мэри, кстати. Ты не замечала и не заметила бы, что тебя оберегают два ангела. Мэри помогала тебе душевно, а они до сих пор оберегают тебя физически. А не вернулся, потому что боится. Он знает и видел, что с тобой происходило после его ухода. Боится, что своим возвращением сделает тебе больно. Одри,?— Михаил придвинулся очень близко к кровати, оказываясь совсем рядом с девушкой. —?Поверь мне, слишком сильно он тебя любит, поэтому и боится сделать тебе хуже, но иначе поступить, тогда, он не мог. Приказы мы никогда не обсуждаем, а просто выполняем.Девушка не могла сейчас поднять глаза на сидящего перед ней архангела. Она нервно облизывала губы, комкала одеяло похолодевшими платьями. Она хотела во всё услышанное верить. И она верила. Доверять Михаилу можно, он не обманет. Только теперь Одри не знала, что делать с вновь разгоревшимся, некогда забытом, глубоко спрятанном чувством, которое приносило дискомфорт из-за отсутствия рядом Гавриила. Она поверила, прочувствовала всё то, что необходимо было, и теперь ей хотелось взглянуть в голубые светлые глаза.—?Если он не придёт, то зачем ты мне всё это сейчас рассказал?—?Если ты захочешь, он вернётся. Ты хочешь?Одри подняла глаза на архангела и, закусив изнутри щёку, кивнула.—?Хочу.