Эпизод 5 (1/1)
- Я уже много раз говорил тебе, Друид, что не могу ответить на твои вопросы. Я видел слишком много хаоса и огня, тьмы и первородного зла, ненависти и страха, чтобы в этом месиве событий разглядеть всего-навсего один призрачный след.
Голос Каина былломким и хрупким, скрипучим, словно старое дерево, но Ульрих знал, что за всем этим внешним бессилием скрыт острый ум и воистину сильный дух. Не оттого ли так хочется схватить старика за ворот его видавшего виды балахона и встряхнуть как следует, дав волю поднимавшейся из глубины души звериной ярости? За дурака его, что ли, держат? За дитя малое?!! Или невдомек кому-то, как важны для Ульриха хоть какие-нибудь сведения…Зеленые глаза мужчины недобро сверкнули, но Фиана, едва заметив это, тут же положила руку на плечо своему спутнику. Ульрих пренебрежительно дернул плечом, скидывая ладонь асассина, но та лишь крепче сжала пальцы.- Ульрих. У нас в Храме принято говорить, что только смерть может дать все ответы. Для тебя, думаю, это не вариант.- Я сам решу, что для меня вариант, а что нет. – Тут же ответил Ульрих, но, тем не менее, поумерил свой пыл. Он обернулся к декарду Каину, стоявшему у центрального лагерного костра, и тихо, как-то немного растерянно, спросил:
- Что же теперь делать?Старик встрепенулся и оторвал взгляд от пламени, в чьей глубине он словно искал что-то, но там была лишь пустота, и Каин грустно улыбнулся. -Что делать? То, что ты умеешь: идти по следу! Назад не поворачивайся. Там ты уже был и ничего интересного не нашел, а вот что ждет тебя за поворотом? За скалой, преграждающей тебе дорогу, за рекой?Ульрих молча смотрел на старика. Ветер растрепал его волосы и закружил искры от костра за спиной. ?Да, надо двигаться вперед, продолжать поиски. Не здесь, так еще где-либо, но я найду их!!!?Друид кивнул декарду и собрался, было, уйти к себе, но старик добавил задумчиво:
- Там, в Тристраме, меня посадили в клетку, и мне некуда было спрятать взгляд. Чтобы не видеть, чтобы не смотреть. Но Он подошел к клети вплотную и стоял так очень долго, насмехаясь. Мне с трудом удавалось дышать - такой от Него исходил жар. Сердце - оно разрывалось: я видел на Нем оставшиеся части доспехов Воина, спустившегося в подземелье со своими спутниками. Лучницей и магом. Девушка была молода и красива. Ее рыжие волосы тепло светились на солнце и были мягки и шелковисты. Я помню, как Воин нежно проводил по ним ладонью. А маг... он был достаточно силен, чтобы тягаться с самим Диабло. Но никто из них не выжил. Воин стоял перед моей клетью, во лбу у него горел дьявольский камень, а в руках он держал их головы. На мертвых лицах, искривленных в предсмертных муках, застыл ужас. Головы... были оторваны.Он швырнул их мне под ноги, и я ничего не мог сделать. Только смотрел. Вокруг Него бушевало пламя и дым, блуждали тени. Из мрака вокруг доносился протяжный вой, и там был еще кто-то. Много, много тех, чьи души теперь принадлежали Ему.- К чему ты говоришь все это, старик?!! – не выдержал Ульрих. Каин помолчал некоторое время, а потом закончил:- Там были такие же, как ты… с зелеными глазами. Тот, кто тебе нужен, ушел на восток. Путь туда преграждает Монастырь сестер Невидящего Ока и нынешняя его настоятельница: Андариэль, Королева Демонов… Так что же ждет тебя за поворотом?Ульрих прищурил глаза и ухмыльнулся.<Из прошлого…>Все города давно остались позади. Каменные мешки… он бежал от них, сломя голову, мелким воровством добывая себе еду лишь для того, чтобы выжить.Мальчик двигался на север, к Запретным лесам - именно туда, откуда давно уже ушли все нормальные люди. И дело было не только в суровых природных условиях, но и в атмосфере мистического ужаса, окружавшей эти места. Самые древние легенды и поверья оживали здесь, манящими огнями блуждали между разлапистых листьев папоротника, звали из крон могучих дубов-великанов, выглядывали из берлог и нор неведомых зверей. Говорят, в Запретных лесах жили оборотни, и, коли кто забредет в их владения, уже никогда не вернется к людям.Яркой зеленью вспыхнут во мраке глаза, и нельзя оторваться от этого взгляда, избежать его вязкого плена. Так и стоят люди, загипнотизированные, пока не вытянут из них все человеческое: чувства, эмоции, воспоминания, переживания. После этого останется только опуститься на четвереньки и завыть по-волчьи, оплакивая себя и свою прежнюю жизнь. Оборотень засмеется хрипло да исчезнет, а за человеком выбежит из самой гущи леса волчья стая. Новая семья, с которой бегать теперь до самого конца всего сущего... Так говорили и говорят друг другу люди, желая запугать и посмеяться над тем, кто вздумает поверить старым байкам, однако же, лет сто уже никто не ходит в Запретные леса. А рыжеволосому мальчику было все равно. В ушах еще звучали слова, произнесенные умирающим человеком, а путь назад отрезалрухнувший в снопе искр ветхий дом.Все или ничего! Даже если все эти россказни правда, лучше уж так – волком, но свободным и без чувств. И он упрямо шел вперед…Менялся пейзаж вокруг, дорога медленно взбиралась выше – на предгорья, и чахлая растительность тоже преображалась. Она стала гуще и выше, а еще дальше выпрямились во весь свой рост гигантские деревья. Словно воины или безмолвные стражи Севера стояли они плотной стеной, преграждая путь непрошеным гостям. Казалось, низкие здесь облака, как это часто бывает на возвышенностях, путаются в их ветвях, широкой сферой протянутых к небесам.Мальчик застыл на миг, запрокинув голову далеко назад, пытаясь вглядеться в густое переплетение крон. Ни звука не доносилось из сумрачного лесного пространства, словно между человеком и молчаливыми северными гигантами былавоздвигнута невидимая стена. Но стоило переступить эту границу, осторожно шагнув навстречу чему-то невероятно древнему и необъяснимому, как мир наполнился приглушенным пением птиц, шорохом листьев на ветру, скрипом деревьев. В ушах звенело от нереальности этих звуков, казалось, будто все их разнообразие доносится сквозь толщу воды. В какой-то миг рыжеволосый подросток расслышал мерное дыхание волчицы в одной из нор далеко отсюда, писк и шебуршание ее волчат, возившихся в своей игре. В поисках свежей и сочной травы на лесную поляну осторожно вышел молодой и пугливый олень, а где-то внизу своими сильными и ловкими лапами разгребал земную толщу крот…Мир раскрывался мальчику навстречу всем обилием и яркостью жизни, и гость этого загадочного места стоял, не шевелясь, очарованный мелькнувшей перед ним тайной, вспоминая безжизненные и безликие камни города, который еще совсем недавно он считал своим домом.
Застывший в переплетении теней и света рыжеволосый подросток не замечал, что он здесь уже не один: пробираясь сквозь стелющуюся по земле дымку, словно фрегаты по волнам – бесшумно и стремительно, к открытому пространству выходили неясные силуэты. Они были укутаны в меховые плащи, и глубоко надвинутые капюшоны надежно прятали в тени их лица. Но вот они застыли, хищно пригнувшись к земле, а вдалеке раздался леденящий душу волчий вой. Глаза пришельцев зажглись зеленым пламенем, и только сейчас мальчик заметил грозящую ему опасность. Воздух полнился неясным клокотанием и насмешливым шепотом. Тени пришли в движение, с поражающей скоростью перемещаясь в пространстве. Они кружили вокруг, и зеленый свет, исходящий от их глаз, оставлял за собой искрящиеся полосы.
Рыжеволосый подросток не успевал следить сразу за всеми, но этого и не требовалось: один силуэт отделился от остальных и в какой-то миг оказался прямо напротив нарушителя границ, склоняясь над ним так, чтобы их лица были на одном уровне. Странные, пугающие и одновременно притягивающие глаза Оборотня – а кем же еще мог быть обитатель Запретного леса – заглянули мальчику в самую душу. Это вторжение оставило за собой гулкую пустоту. Голова кружилась. Рыжеволосый подросток растворялся в чужой, давящей на него силе, таял и исчезал в сумятице не запоминающихся мыслей. Но на смену этому хаосу пришло смутно-знакомое ощущение, и он ухватился за него, пытаясь вспомнить что-то очень важное…?Нет!? - твердо сказал он сам себе. ?Вам меня не сломить!?
И как уже когда-то было, неконтролируемым потоком рванулась вверх свирепая ярость. Сознание померкло, а когда вернулось снова, все изменилось: тени, плясавшие вокруг него, остановились и подошли ближе. Стоявший рядом с мальчиком человек откинул капюшон, и по его плечам рассыпались густые светлые волосы. После минутного молчания он произнес:- Ты вернулся к Роду. Теперь ты дома…И слова эти утонули в общем хоре голосов:- Вернулся! Дома!