ГЛАВА VII, в которой планы меняются (2/2)
Какого демона стряслось?
Я схватила на всякий случай посох и выскочила в коридор. В прихожей, у парадной двери я увидела стражника в доспехах, Алджера и моего отца, который почему-то лежал на полу. Мама сидела рядом с ним, Талеан стояла в стороне, комкая в руках какую-то тряпку. Я бегом бросилась к раненому, призывая целительную магию. Не задавая лишних вопросов, я принялась сращивать неглубокий, но длинный порез у папы на груди. Порадовалась, что не боюсь вида крови, а то давно бы уже рухнула в обморок - вся его рубашка была пропитана красным, а в воздухе ощущался запах металла.
- Всю свою жизнь я вас запираю, - пробормотал отец, -а вы все равно меня лечите.Я вздрогнула, но ничего не ответила, пытаясь сконцентрироваться.
- Прошу тебя, Каллен, - тихо сказала мать, - просто помолчи.- Я опять попался, да? - Он через силу усмехнулся. - Ты ведь злишься, да?- Не то слово, - выдавила она.- Доспехи, помнишь?- Помню. Молчи.
Я внимательно наблюдала за тем, как рана затягивается под напором ярко-голубого свечения маны. От потери крови отец сильно побледнел, под ладонью я чувствовала, как сердце его бьется всё быстрее, пытаясь прогнать по жилам ту кровь, что осталась, дыхание также участилось.- Открой глаза, - довольно громко сказала я.Раненый медленно поднял веки и посмотрел мне в лицо.- Видишь меня?- Плохо, - шепнул он, кивнув.
Я стала перебирать в голове названия растений, способствующих скорейшему восстановлению потерянной крови и тех, которые есть у меня в комнате в мешке с лекарственными травами. Эмоций не было. Вместо одной меня появилось будто две Эмбер, одна, хладнокровная и бесчувственная, сидела перед отцом на каменном полу, пытаясь вылечить его, вторая, напуганная до слез, в панике металась по комнате. Последней я изо всех старалась не давать выхода. Крепко сжав зубы я закончила первый этап лечения и поднялась на ноги. Магических сил изрядно поубавилось.- Отнесите его в постель, - обращаясь к парням, произнесла я, - я займусь отварами.
Алджер со стражником синхронно кивнули и, осторожно подняв несмело пытавшегося сопротивляться рыцаря-командора, понесли его в спальню, мать двинулась за ними следом, я же направилась в свою комнату.
***Мы с Алджером сидели друг напротив друга в столовой. Солнечный луч, проникающий в комнату через щель между шторами, медленно полз по столу, в свете плясали пылинки. К завтраку мы не прикоснулись и Талеан просто унесла тарелки с яичницей обратно на кухню.Мать осталась с папой в спальне даже после того, как он, выпив моих восстанавливающих отваров, уснул, ну, а мы перекочевали сюда. Я попросила принести мне кофе и теперь время от времени потягивала темный напиток из чашки. Мой друг от кофе отказался. У меня вообще такое чувство, что во всем мире его пью только я одна. Родители время от времени говорят мне, что пить столько кофе - вредно для здоровья, но в целительстве-то я точно соображаю больше них. Почему я об этом думаю?..- Что теперь? - Хрипло спросил Хоу, похоже, не решаясь прочистить горло.
Я пожала плечами.- Я не могу сейчас уехать, - сказала я. - Иначе я себе сама никогда этого не прощу.
- Но время-то как раз...- Даже не думай об этом, - я нахмурилась. - Тем более, щит до сих пор никуда не делся. Возможно, вам действительно не стоит терять время и проедать родительские деньги в "Висельнике".- Ты хочешь, чтобы мы отправились без тебя?- Не хочу. Но выхода пока другого не вижу. Вполне возможно, вы справитесь без меня. А мне нужно остаться с отцом, пока он не поправится. Может быть, выздоровев, он и снимет щит. Тогда я и присоединюсь к вам. Если еще, конечно, буду нужна.- Ты не против, если я хотя бы сегодня у тебя переночую?Я удивилась.- Я думала, ты захочешь пойти в таверну к Линн.Хоу открыл было рот, но я его тут же перебила:- Но, конечно, ты можешь остаться, если хочешь.
Парень кивнул.- Я просто подумал, что... ей нужно дать время, чтобы познакомиться с собственным братом.***Мы уже поужинали и пили чай, когда мама вошла в столовую и тихо села рядом со мной.- Что там произошло? - Спросила она у Алджера. - Мне важно знать всё.
Хоу начал рассказывать, иногда мать его перебивала и задавала уточняющие вопросы, лицо её выражало крайнюю озабоченность происходящим. Когда Алджер рассказывал о том, как Освальд расправился с нападающими, я его прервала:- Прости, ЧТО он сделал?
- Ну, - прокашлялся Хоу, - он коснулся того мага, кажется, одним пальцем и тот рассыпался. Просто взял и превратился в кучку песка.
- Я хорошо училась в Круге, но ни о чем подобном даже не слышала! - Я всплеснула руками. - Интересно, храмовник может противостоять такой магии?- Нет, - сухо сказала мать.Мы повернулись к ней и обвели взглядом.- Я знала, - она пожала плечами, - он мне показал. Ему самому было интересно, смогу ли я заблокировать его способность разрушать.- Я хочу, чтобы он научил меня этому, - уверенно заявила я.- Боюсь, это невозможно, - вздохнула мама, - я так думаю, что это скорее его личная особенность, нежели разновидность магии.Я задумалась.
- Отец говорил мне, - начал Алджер, - что мама убила Архидемона и осталась жива благодаря ритуалу, который провела та магесса - Морриган...- Да, ты правильно мыслишь, - перебила его мать. - Освальд - сын Морриган, результат этого ритуала и в него переселилась душа или, если угодно, сущность Архидемона. И эта магия - магия Уртемиэля - древнего бога, превратившегося в порождение тьмы. Морриган говорила, что в детстве её сына мучило что-то вроде Зова, который испытывали Серые Стражи в конце своей жизни, именно поэтому она спасла Андерса...
- Да, мама, - перебила её я, не желая, чтобы она вновь вспоминала эту историю, - мы знаем.- И теперь, - продолжил Хоу, - Архидемон в человечьем обличье собирается сесть на трон Ферелдена.- Не говори так! - Нахмурилась я.- Да, Алджер, Освальд - всё еще человек, - согласилась мама. - И он, возможно, будет лучшим королем, чем была бы Линн.
Золотая львица и Пшеничный волк- Что будем делать? - Спросила принцесса, устремляя взгляд на брата.Освальд пожал плечами. Он продолжал смотреть в ту сторону, куда стражники и Алджер утащили храмовника и откуда сами они пришли, кажется, всего пару минут назад.
- Кажется, Эмбер хотела, чтобы мы её подождали в таверне, - негромко сказал он, - теперь еще и Алджера подождать придется.Линн смотрела на этого человека - высокого, широкоплечего молодого мужчину - своего брата - и думала, что она совсем не знает его. Хотя сейчас она понимала, что ей на самом деле хотелось бы, чтобы они росли вместе, как настоящие брат и сестра, он бы, наверное, заботился о ней и готовился стать королем, а она бы боготворила его и позволяла бы иногда шутить о своих нелепых тонких косичках, или о чем там шутят мальчишки. Она не знала. Не знала принцесса также и того, что брат уже вряд ли шутил бы с ней, ведь у них довольно большая разница в возрасте. И вот сейчас эти два абсолютно чужих друг другу человека должны были начать как-то взаимодействовать, один - потому что отчаянно хотел узнать больше о себе самом и о своем отце, другая - потому что мечтала освободиться от тяжкого бремени власти, которой была наделена по праву рождения. Пока с ними были их друзья, они не чувствовали абсолютно никакой неловкости, но сейчас, оставшись вдвоём на улице большого города под поднимающимся над их светлыми головами солнцем, ни Линн, ни маг не знали, что сказать друг другу. А говорить было нужно, оба ощущали в этом потребность, мучительно сдавливающую где-то в груди.
- Тогда пойдем в "Висельник", - блондинка попыталась улыбнуться и повернула в сторону таверны.
Освальд кивнул и двинулся за сестрой, искренне надеясь, что им найдется, о чем поговорить. Сам он не спрашивал о её семье или её жизни, потому что беспокоился о том, что она не захочет рассказывать, а сам не говорил о себе. Да и о чем он мог поведать принцессе? О том, как жил с эльфами в лесу? Или о том, как убил собственную мать? Нет, нет и нет!
Так, в полном молчании недавно обретенные брат и сестра и направились вглубь Нижнего Города.