II. СНЕГ И КРОВЬ. (1/1)

Прошло три учебных дня, прежде чем я стала немного понимать Форкс. Я все ждала, что кто-то пустит обо мне грязные слухи?— в любой другой школе Финикса по коридорам бы наверняка уже гуляла всякая чушь; но момент все не наступал, и, благодаря этому, должно быть, я даже прониклась местными ребятами. Хоть мне с ними не так много удавалось поговорить, они то поддерживали меня на физкультуре, перехватывая мячи для подачи, то просто спрашивали, как дела. Вчера даже звали съездить к пляжу в конце марта, как потеплеет.Популярность, которой я сейчас пользовалась, однако, была временной, и поддерживать ее не было в планах. Мне нужно было переждать недели две-три. К тому времени меня уже привыкнут видеть в школьных коридорах, и, наконец, все эти сейчас любезные люди поймут, что я такая же серая, как небо в этом городишке. И все-таки это первое время в голову закрадывались тщеславные мысли о том, что кто-то на самом деле считал меня классной. Уже потом я стала думать, что дело всё-таки в отце, ведь он?— главный коп города. Кто рискнет сказать что-то плохое о дочурке шерифа Свона? Или все же все слухи рождались постепенно? Вдруг они только ждут меня в будущем? Самый лучший этому пример?— семья Каллен. Поспрашивав своих новых немногочисленных знакомых, я выяснила, что те, как Джесс и Андж, тоже высказывались о них неоднозначно.Всё зависело от того, о каких именно Калленах я говорила. Жену доктора видели лишь на единственном фото в газете. Самого доктора Каллена все однозначно обожали. Чарли назвал его прекрасным врачом, и был одним из тех, кто восхищался необычной историей семьи.Многим также нравился Эмметт, потому что он был эдакой недосягаемой звездой баскетбола, и с ним команда Спартанцев?— так она у нас тут называлась?— одержала небывалое количество побед за те сезоны, в которых он играл. Парни, метившие когда-то на его место, объективно завидовали его талантам, но уважали. Девушки сходили с ума, ведь он был не только силен, но и по-брутальному привлекателен. Его необщительность не рассматривали как нечто странное, потому как такие мускулистые парни нигде не считались большими умниками. В моей прошлой школе качки были, как какое-то отдельное племя, потому что могли найти общие темы только с другими качками, а с девушками они просто занимались сексом. Тут могло быть то же самое.Близнецы-блондины носили фамилию Хейл. Поразительно, насколько разными о них складывались впечатления, потому что, когда мы слышим ?близнецы?, в голове всегда возникают два абсолютно одинаковых человека, одетых в одно и то же. Они же были разного пола и, скорее, друг друга дополняли, чем копировали. Роуз и Джаспер держались вместе, но при этом Розали была ярким и разрушительным Инь, а Джаспер?— мрачным, но спокойным Ян. Последнего все хоть и считали странным, но все-таки девочки краснели и признавали его милым. Секрет прост: все любят загадки, и Хейл был одной из них. Тихие парни с грустными глазами и резными скулами часто на моей памяти становились предметом воздыхания сверстниц. Но я, например, всегда думала, что такие чаще оказываются наглухо отбитыми маньяками и советовала быть осторожнее. Парни, понятное дело, морщились, потому что одни считали его задротом, а другие?— слабаком. Роуз Хейл же была противоположна ему почти во всем, но мнения о ней были уже вовсе не положительными. Определенно, она была самой красивой девушкой школы в глазах большинства парней, но она официально ни с кем не встречалась и отшивала каждого. Девушки её ненавидели именно за то, что она будто не прилагала усилий к тому, чтобы хорошо выглядеть, когда они, при всех стараниях, всё равно блекли на её фоне. Всегда естественная и безупречная, и, к сожалению, очень напоминающая мне о Саманте Уильямс. Помимо всего, многие жаловались на характер Розмари, называли капризной, а еще упоминали то, что к своей цели она пойдет по головам и всегда возьмет то, что ей нужно. В качестве доказательства упоминали историю Кэндис Форбс. Та вылетела в запасной состав чирлидерш из-за сломанной ноги. Наверное, никто не верит, что она сломала её сама.К Элис все относились, в общем и целом, хорошо. Все, кроме Джессики Стэнли, потому что, до появления в школе Калленов и Хейлов, организацией мероприятий занималась исключительно она. Теперь же Джесс, как бы то иронично ни звучало?— ушла в тень коротышки. Теперь её звали лишь в помощь маленькой и проворной, напоминающей эльфа, Элис. Пожалуй, она была самой общительной и приветливой из всей группы. Единственной ее странностью, наверное, был неизменный аксессуар?— перчатки. Она не снимала их нигде на моих глазах. Кто-то говорил, что у нее боязнь бактерий, а другие утверждали, что у нее обожжены ладони.Вся эта фантастическая четверка больше всего раздражала людей своими размытыми взаимоотношениями. Не знай я, что Эмметт и Роуз живут в одном доме, то приняла бы их за обыкновенную парочку спортсменов, которые поженятся сразу после выпуска. Таких везде было полно. Элис и Джаспер тоже были предметом обсуждения, и все-таки их видели вместе реже: Хейл был в выпускном классе, когда Элис училась в моей параллели. Главным аргументом было то, что они с Хейлом вместе ходили на танцы. Те, кто видел их на сцене, утверждали, что двигаются они совершенно не как брат и сестра. И все-таки никого из них не ловили с поличным. Таким образом, доказательств о том, что они не просто слишком дружные родственники толком и не было. Я же, пока не увижу все своими глазами, слухам не верю. К тому же, они мало меня волновали в сравнении с другим ребенком в этой семье.Это была Эдит, и интересовалась я Калленами преимущественно из-за нее, потому что только с ней и пересекалась на уроках. ?Пересекалась??— ключевое выражение. Мы здоровались на литературе, но, стоило мне сеть за парту, как она двигалась на самый край стола, будто бы демонстративно показывала, что не выносит моего присутствия. Я совершенно не понимала, что ей сделала, потому как грязь о ней не распространяла. Хотя мое взаимодействие со Стэнли может создать впечатление моего участия. Это, однако, было не так, ну, а у Джессики была совершенно очевидная причина испытывать неприязнь?— предмет воздыхания по имени Майк, с которым лично я пока не была знакома. При этом, как я поняла, все-таки, с ребятами из класса у Эдит были нейтральные отношения. Девушка совершенно доброжелательно общалась с местными отличниками?— Ником и Элли. Те сказали мне, что, как и я, считают ее поведение странным. Ник предположил, что девушка просто любит сидеть одна, а с моим приходом такой возможности просто не осталось, потому что класс был переполнен. Я все же не поняла, почему сказать об этом было нельзя, так что эта версия была не слишком убедительна. Вчера же она и вовсе ушла, отпросившись у учителя прямо перед уроком, как только я села за парту.Эрик, Анджела и Джессика, как и ожидалось, стали моей постоянной компанией за это время. Ну, как, у нас просто совпадали предметы, и мы сидели вместе за ланчем в столовой, а я периодически вставляла что-то между болтовней Джесс, которая уже изрядно утомила. У меня уже болела голова от ее однообразных рассказов про Европу. Она сама забывалась порой, как старый склеротик, и начинала рассказывать то, что все уже раз сто слышали. Таким образом, возможно, она хотела казаться всем интересной и скрыть свое одиночество, но эффект, кажется, был совсем противоположный. Жалость к Джессике все-таки не была настолько сильна, потому я решила, что лучше поем сегодня где-нибудь в другом месте, сославшись на то, что у меня болит голова. На самом деле, это было чистой правдой, потому что я чувствовала себя совершенно разбитой из-за недосыпа. Желудок, однако, запротестовал урчащим звуком. На завтрак была горсть медовых звездочек, запитых глотком молока, потому что я проспала.Меня подняли тревожные звонки, которые раздались по дому в пятом часу утра, и Чарли, едва поспав два часа, в спешке уехал, привычно не оставив никаких посланий о том, куда он направляется. Все эти годы, по всей видимости, основную часть времени он уделял своей работе?— она стала для него настоящим домом. Кажется, нам обоим нужно будет привыкнуть к присутствию друг друга дома. Мне?— к тому, что он в любое время суток может уехать на вызов, ему?— к тому, что он больше не может не сообщать об этом. Здесь было, над чем работать, но, в общем, он старался вести себя, как отец тысячелетия. Возможно, таким образом Чарли пытался как-то наверстать упущенное, потому из сочувствия я согласилась на этих выходных провести с ним время не дома.День был особенно паршивым еще и по той причине, что Чарли подвозил меня каждое утро до школы, пока ехал в участок. Сегодня я впервые ехала на школьном автобусе, и главной проблемой было то, что он шел намного раньше, чем я привыкла выходить из дома. Пытаясь искать во всем плюсы?— так советовала психолог?— я решила, что, раз буду на кампусе в такую рань, то можно будет наконец зайти в офис и спросить по поводу физкультуры. За эти три дня сделать это так и не вышло.Дело в том, что в Финиксе этот предмет последние два года посещали только по желанию, а здесь он был обязательным три года из четырех. Тренер Клапп, конечно, выразила понимание и не стала настаивать, чтобы я приступила к занятиям вот так с порога. Первый день она дала посидеть на скамейке, но уже вчера я надела форму и была отправлена на волейбольное поле. Похоже, тренер думала, что раз я из Аризоны, быть хорошей волейболисткой мне предначертано судьбой. И все-таки прошлая игра показала, что после того печального опыта с выбитым запястьем, который случился в Финиксе пару лет назад, у меня не было шансов. Подавать мяч было тяжело, а принимала я просто ужасно из-за природной грации слона в посудной лавке. Нужно было с этим завязывать, так что, если там будет какая-то альтернатива, я тут же ее возьму.Учеников, ездивших на автобусе, было не так много в это время. Это были либо те, кто ехал на тренировку, либо те, кто исправлял свои грешки, так что я спокойно уселась на одно из пустых сидений и даже на минуту задремала под мерное жужжание двигателя, пригревшись в высоком воротнике парки, как в самом теплом одеяле, пытаясь уловить запах своего дома. Дело было даже не в раннем звонке отцу. Я полагала, что плохие сны у меня уйдут с переездом, но как бы не так. Кошмары продолжали терроризировать сознание даже в Форксе, спать было невозможно. К тому же, всю ночь ледяной дождь барабанил по стеклам так, словно вот-вот их разобьет. Во сне акклиматизация и стресс трансформировали этот звук в тысячи кинжалов. Они все летели в моем направлении из огромных глаз?— черных, как уголь с вкраплениями золота. Они были, как глаза самой Ночи и располагались на горизонте вместо луны или солнца, потому обладателя не было видно. Впрочем, я и так знала, кому они принадлежали.Интересно, будет ли Эдит сегодня на литературе? Если она снова сбежит, я не отстану от нее, пока она не объяснит, в чем дело.Выйти из теплого салона было все равно, что провалиться под лед. Вместо воды тело окутали волны мурашек, и с минуту я просто дрожала, пытаясь понять, куда нужно идти. Вокруг машин пока особо не было. В основном, это были самые обычные подержанные автомобили. В Аризоне, в принципе, было точно также, но новые и дорогие модели там встречались чаще. Здесь же серебристый ?Вольво? новой серии выделялся на фоне остальных машин максимально и, скорее всего, принадлежал кому-то из учителей или администрации.Еще на выходе из дома я отметила перемены в погоде, но были они, к сожалению, не в лучшую сторону. Пусть на дворе и был март, он был намного холоднее даже самого сурового января в Аризоне, так что, можно было сказать, что это была моя первая ?настоящая? зима, и она вовсе не была такой, как ее рисуют в рождественских фильмах. Небо было тяжелым, сине-серым и удручающим, будто бы оно вот-вот лопнет, если не пойдет дождь или снег. Зато густой туман, стоявший все эти дни, сошел, и теперь я видела, что заднего двора у школы нет. Рядом с парковкой был заброшенный на времена холодов стадион, а дальше свою пасть размыкал неприветливый сосновый лес, который вчера нельзя было рассмотреть за пеленой тумана. Кажется, он нагонял больший страх, чем неизвестность, потому мне пришлось поторопиться.Входя, я думала, что согреюсь внутри помещения, но воздух, казалось, стал только холоднее еще на пару градусов, когда обнаружилось, что я была не единственной, кто улаживал дела. Ноги едва устояли перед тем, чтобы унести меня подальше отсюда?— у стойки администратора стояла Эдит Каллен. Отливающие бронзой волосы и изящное телосложение я узнала мгновенно. На ней было элегантное серое пальто до голени, и было оно сделано, уверена, из самого дорогого сочетания кашемира и шерсти в этом мире. Я решила дождаться, пока секретарь освободится и тихо вышла, а заодно навострила уши. На уроки она не ходит, зато приезжала в такую рань.Голос Каллен был мягким, а еще поразительно мелодичным. Она бы отлично рассказывала что-то на радио или в телевизоре. Тем не менее, в тоне звучали нотки настойчивости и напряжения:—?Миссис Киттинг, всего один предмет! Я выберу что-то равносильное по академическим часам и сдам все необходимые зачеты в ближайшее время.—?У вас какие-то проблемы с учителем?—?Нет-нет, он прекрасно проводит занятия.То есть, она была здесь за тем же, что и я. Долгие минуты секретарь смотрела что-то в своем компьютере, клацала мышкой, накручивала на палец с острым красным ногтем свои завитые химией кудри, и в тонкой щели, которая была оставлена мной для того, чтобы не хлопать дверью, лицо миссис Киттинг выглядело очень напряженным. В конце концов, она вынесла вердикт и оказалось, что эта женщина была куда строже, чем может показаться на первый взгляд:—?Боюсь, с вашим расписанием придется брать не один дополнительный урок, а несколько других предметов. Биология, химия и даже экология для колледжа требуют другого уровня математики. Также нужна специализации в научном письме, и пересдать все эти дисциплины без посещения часов вам не дадут, даже если вы готовы сделать это здесь и сейчас. Стоило подумать об этом в девятом классе или в первом семестре десятого. Теперь до выпуска осталось меньше, чем полтора года, и, поскольку ваш курс направлен на язык, замена литературы и письма на непрофильные дисциплины сделает всё пройденное время потраченным впустую. У вас не будет достаточного количества кредитов для поступления в колледж.Тут я встала, словно меня током прошибло. Она пришла не просто чтобы сменить второстепенный предмет. Она хотела убрать именно литературу. Тот единственный урок, на котором мы виделись. Ну не может быть, что все дело во мне! Наверняка что-то случилось еще, до того, как я пришла. Недовольство на лице Эдит точно объяснялось чем-то совершенно иным, хотя и версия про учителя уже отпала. Может, она не решается сказать? Сколько учителей пристает к своим ученицам, а они это скрывают, потому что боятся?—?Очень жаль, что ничего нельзя сделать,?— Произнесла Каллен поразительно вежливо, но с ясно различимой досадой. —?Что ж, тогда пусть все будет как есть, прошу прощения за беспокойство.Оказалось, спокойствие ее слов было обманчиво. Я не успела отойти от двери, когда она вылетела из приемной, словно шла по углям. Та задела меня плечом с такой силой, что я отшатнулась к стене. Тогда она обернулась, чтобы посмотреть, кто это был и будто бы хотела извиниться, но тут же передумала. Момент, когда наши взгляды встретились, будто бы длился не секунду, а намного дольше. Я тут же вспомнила сон, потому что ее взор был равносилен тысяче кинжалов. Дело, похоже, точно было во мне.Заворачивая за угол, Каллен столкнулась в проходе и с каким-то несчастным, которого припрягли нести целую коробку папок. Он, понятно, ее не удержал, и большая часть содержимого выпала на пол. Некоторые листы и вовсе разлетелись в воздухе, как конфетти. Эдит даже не удосужилась вернуться, так что, все еще переваривая произошедшее, я на автомате подошла помочь парню, собрала листы в кучу, а затем, подойдя, протянула их ему. Взгляд голубых глаз тут же пронзило узнаванием, стоило ему поднять голову.—?О, привет, Аризона! Это ты!Он даже не сразу взял листы, потому чуть вновь их не выронил. Я нахмурилась такому прозвищу. Кто зовет людей по штатам?—?У нас нет общих уроков, но ты вламывалась к нам на испанский пару дней назад,?— пояснил он и прямо вот так, сидя на корточках, протянул мне руку. —?Майк, Майк Ньютон.Теперь мне было ясно, почему Джессика Стэнли сохла по нему. Он выглядел, как чертов Кен из коробки: светлые волосы прилизаны гелем, одет в спортивную куртку баскетбольной команды и выбеленные джинсы, а еще его кожа не была совсем бледной, на ней еще немного оставался настоящий, а не искусственный загар. Видимо, Рождественские каникулы проводил где-нибудь в теплых местах. Держу пари, что после выпуска парней семьи Каллен, их звание ?король выпускного? достанется ему.—?Белла Свон,?— представилась я, когда опустилась на один с ним уровень, чтобы пожать руку, но тут же поняла, что представляться было глупо.—?Да, вся школа уже знает, ты тут навела шума.—?Не слышу оваций моему топографическому кретинизму,?— язвила я.Он зааплодировал и задурачился, отчего я засмеялась в голос впервые за все пребывание в этом городе. Да и вообще за долгое время.—?Да ладно тебе, Аризона, у всех бывает. Я, вот, на днях зашел не в ту раздевалку, а это уже страшнее. —?Он потряс папками. —?Теперь я в школьном рабстве и ношу коробки в наказание. В общем, я всё хотел с тобой познакомиться, но только вижу тебя, а ты уже испарилась.—?Если ты там искал меня в раздевалке, можешь даже не надеяться.—?Ну нет, это долгая история,?— смеясь, ответил он. —?Но, если вкратце, то меня подставили, и это все неправда.Я будто бы и забыла за разговором с Ньютоном о том, зачем пришла и поняла, что прошло уже достаточно много времени только тогда, когда прозвенел звонок с нулевого урока.—?Ладно, у тебя есть презумпция невиновности, пока я не знаю, что это случилось один раз. Свои оправдания расскажешь потом, потому что я снова исчезаю. Мне надо решить некоторые вопросы с расписанием.Майк сказал, что ему нужно отнести ящик в библиотеку, так что подождет, если освободится раньше.К моей неожиданности, этот парень оказался приветливым и дружелюбным. Пока мы собирали все эти кучи бумаг, так, чтобы они более-менее оказались в нужных папках, он рассказал немного о себе. Оказалось, что Ньютоны тоже переехали когда-то в Форкс, но из Флориды, потому парень скучал по солнцу уже долгие восемь лет. Эта подлинная тоска заставила меня немного проникнуться им и понять, что не таким уж он был придурком, как говорила о нем Джессика. Что-то в нём напоминало мне о Финиксе. Наверное, эта его легкость и солнечность. Он легко бы вписался в мою прежнюю компанию и словно был ее отголоском.Я постучала по деревянной дверной раме приемной, с трудом возвращаясь к вопросам об учебе. Моя ситуация, не была такой странной, как у Эдит, так что я думала, что смогу каким-то образом все исправить, но все-таки мне отказали.—?Мисс Свон, если вы можете предоставить документ, который подтверждает вашу неспособность посещать уроки по предмету, мы постараемся найти альтернативу дисциплине.—?Не могу,?— только и ответила я.Справка о травме запястья была уже лет сто, как закрыта.—?Тогда говорите с преподавателем лично, но я вам так скажу: школа закрыла Вам прошлый семестр ввиду разницы программ, считайте это подарком. В другом месте могли бы поставить дополнительные вечерние занятия.Спорить не было смысла, так что я собралась уходить, потому что видела, что Майк меня ждет и стоит под дверью приемной,?— а я ненавидела, когда кто-то меня ждал. В тот же момент миссис Киттинг задала другой вопрос, решить который я совсем забыла.—?Вы должны были заполнить формуляр по дополнительным дисциплинам, мисс Свон.О, черт.Я села и стала копаться в сумке, чтобы найти этот кусок бумаги и знала, что в поле ?дополнительная дисциплина? у меня пусто, а записаться уже куда-то было надо. Со списком я, конечно, ознакомилась, но помнила смутно, что мне там уже приглянулось. Я назвала, что у меня было в Финиксе:—?Написание сценария.В описании дополнительных предметов было нечто похожее, но менее узконаправленное. Туда точно входило это занятие как подпункт, но я не помнила, как это называлось.—?Драматическое искусство, вы хотите сказать? —?уточнила секретарь.—?Да-да, именно оно! —?быстро ответила я, и тут же вписала его в формуляр, решив, что разберусь как-то потом.—?Спасибо, мисс Свон. Практическое занятие завтра в шесть вечера, не опаздывайте.Вот же ж дерьмо. Я собралась и вышла еще более расстроенной, чем Эдит пару минут назад.—?Чего это тебя так загрузило? —?тут же участливо спросил Ньютон, о существовании которого я уже забыла.Эдит Каллен и ее тупое поведение. Гребаный волейбол, на котором я умру. Чертов кружок, ради которого теперь придется возвращаться в школу по вечерам. Рассказала я о самой нейтральной проблеме:—?Записалась на факультатив, и точно не уверена, что именно там будет.—?На какой?—?Драматическое искусство или вроде того,?— со вздохом ответила я.Ньютон, напротив, лучезарно заулыбался.—?Так тесен мир. Я тоже там буду, так что крепкое мужское плечо у тебя уже есть. Тем более, ты из класса литературы. Сценарии будешь писать или книжки обсуждать. Я в этом не очень силен, поэтому местами чувствую себя глупо.—?Мне казалось, ты спортсмен,?— нахмурилась я.—?Да, я люблю спорт, но больше хотел стать актером. Спорт для тела, актерство?— для души,?— Майк показал бицепс, которого почти и не было. —?Только вот мой отец?— спортсмен, он держит магазин спорттоваров на окраине города, и сказал, что я смогу играть на сцене только если впишусь на баскетбол. Вписался. Только из-за этого качка Каллена ушел в запас месяц назад. Знала бы ты, как старик был зол.История была, конечно, душещипательной, но меня волновало другое:—?Так это что, типа… на сцене играть?У меня аж колени подогнулись. Я хотела писать, а не быть посмешищем в костюме.—?Ну, частично,?— ответил Майк. —?Мы должны в конце марта показать спектакль и задействовать там как минимум девяносто процентов группы. Я думал, вы с Эдит костюм Джульетты не поделили, вот она и разозлилась.Мне не нравилось, куда идет этот разговор.—?Эдит? —?непонимающе переспросила я, чувствуя, как кружится голова. —?Джульетта?—?Она же туда ходит, потому что из вашей секты литературных гениев,?— пояснил Ньютон. —?А ставить по программе будем Ромео и Джульетту.Казалось, хуже этот день быть не мог, но он стал. Только Каллен мне там видеть не хватало! Может, вернуться и умолять переделать формуляр? Ну нет, Миссис Киттинг вздернет меня на своих красных когтях цвета хвоста дьявола. Да и какая была альтернатива? С литературой в списке предметов больше ничего не было связано. Когда я не ответила, Ньютон продолжил говорить:—?Ты прямо бледного словила. А что такого ты тогда сделала Каллен? Пырнула ее ручкой на уроке? Такой сердитой я эту куколку еще не видел.—?Не знаю. Может, ей было плохо. Мы не особо общаемся, она какая-то вся нервная.И это было мягко сказано.—?Да она сто процентов больная,?— Неожиданно взорвался Майк, будто только и ждал этого момента. —?Надеюсь, твое впечатление о здешних не испорчено. Похоже, на этой Аляске у нее что-то перемерзло в голове. Если бы ты была в испанской группе, то я бы уж точно нашел, о чем с тобой поговорить.От этого парня тянуло личной обидой. В голове сразу вспыхнул рассказ Анджелы о том, что Эдит его настойчиво отшивала. Вопрос теперь был в том, сколько же раз она отказывала ему в свидании. И какова была причина? Вроде бы, он вполне себе неплохой малый, даже театром интересовался. С сожалением я услышала звонок, а мы мялись между дверьми наших кабинетов. Ему нужно было в номер двадцать три, а мне?— в двадцать три ?а?.—?Ну, давай погромче скажи, и она тебе даст роль няньки Джульетты.—?Если ей будешь ты, я не против,?— он подмигнул, заставляя меня скривиться.Андж предупреждала, что Ньютон западает на каждый столб, и, моля богов, о том, чтобы мне показалось, что он флиртовал, я отправилась в класс, но ничуть не удивилась, когда обнаружила, что Каллен нет.Домой я приехала обремененная ощущением того, что мне придется завтра переться на факультатив. Ну, возможно, если Эдит больше не явится из-за меня в школу, то это будет не так плохо.Тем временем, Чарли был дома и совсем не спал после раннего вызова и ночного дежурства, как я предполагала. Из кухни доносились мужские голоса, мне сначала показалось, что отец позвал друзей выпить по пиву, но, когда зашла поздороваться, увидела на столе разложенные фотографии. Несмотря на то, что мне не хотелось разглядывать детали, я зацепилась за одно фото. Человеческий мозг?— удивительная вещь. Он собирал шокирующие картинки не сразу и защищал сознание, а затем постепенно собирал всё воедино. Наверное, всё произошло в горах, потому я сначала увидела снег, а после?— рассмотрела и то, что осталось от горла человека. Оно было разорвано, и густая кровь заливала все вокруг, делая общую картину похожей на месиво.Сержант Хилл, который принес все это отцу, ушел лишь к девяти вечера, а на ужин мы заказали доставку из ресторанчика, но я почти не поела?— все еще вспоминала о том, что видела. Чарли был молчаливее обычного: было ясно, что он не прилег ни на секунду. В конце концов, вечером, пока я убирала кухню, вымывая все чашки, во многих из которых был кофе, папа сказал:—?Будь аккуратнее, Белла, в лесополосе либо пума, либо медведь. Нашли много мертвых животных, и погиб турист. Предупреди своих.—?Ох,?— выдохнула я. —?А ребята собираются, как будет теплее, ехать на пляж.—?Это в другой стороне, но я все же думаю, что к концу месяца мы поймаем эту тварь, и вы сможете поехать.—?Наши планы отменяются? —?спросила я, видя, какой он уставший.—?И не надейся. Всё еще в силе. Или тебя уже позвали на свидание?Я улыбнулась, качая головой от того, насколько тупой это был вопрос.—?Нет, хочу, чтобы ты отдохнул,?— ответила я.Мне и самой отдых не мешал. Я вырубилась рано и наглухо от того, насколько сильно была измотана. Сны ко мне сегодня не приходили, и на этом я была благодарна вселенной.