Глава 24. В преддверии опасности. (2/2)
– Я.. я выходил на балкон, чтобы подышать воздухом, потом увидел кого-то, кто ходит с.. с.. арбалетом. Благо, когда я видел его, он был далеко и не заметил меня, но.. Мин, мне страшно.
– Что? Вот чертовщина.
Ким бьёт ладонями по поверхности стола и открывает шторы, выключая свет, дабы получше видеть творящееся по ту сторону окна. Ничего подозрительного: никакого движения, лишь листья иногда раздуваются ветром, который, порой, вызывает тихий шелест на улице. Больше ничего. Небо всё ещё, как дно пропасти - до безобразия темное. И только точки звёзд помогают не заблудиться в темном пути, сменяющим ночь днём и наоборот.
Внутри Кима противостояние. Одна сторона кричит о том, что такой момент упускать нельзя, и лучше бежать на то место со всех ног, другая же молит о том, чтобы парень остался в здании, вторая сторона кричит об опасности, но в окончательном итоге, первая, тёмная сторона берёт верх, провоцируя Мина выйти на улицу.– Су, сиди здесь, внимательно наблюдай и не включай свет. Если что-то увидишь, то звони мне и не паникуй - это главное. Мы с Бэкхёном идём на улицу, ну, или же я один. Бэкхён, если ты со мной, то, будь добр, возьми фонарик и фотоаппарат. Чувствую, утро сегодня будет добрым. Самым добрым.Брать с собой кого-то не хочется вообще, но осознание того, что Ким пойдёт в опасную зону без свидетелей тоже сладости не придаёт. Брать Бэкхёна - самоуверенно, пожалуй, рискованно.Бен же неуверенно кивает и трясущимися руками хватает со стола источник освещения и фотоаппарат. Последний раз парни глядят вслед запуганному до смерти Кенсу, набирают Чонину смс о том, что ему не помешало бы поглядеть за своим парнем, и оба идут по коридору, справляясь с поворотами.
Каждый шорох, чужой шаг, чужие тени, несильный поток ветра из открытого окна пугает Бэкхёна до состояния, когда колени трясутся, как у пятнадцатилетней девственницы, увидевшей сексуального парня. Сил все ещё нет, поэтому тело еле как справляется с усталостью. Бэкхён с силой переставляет ноги одну за другой и порой хватаясь за углы и перила, идёт следом за Минсоком. В нем видит мотивацию идти - ни за что в жизни не пустит своего мальчика одного к опасности, даже если и будет преодолевать черную грань между сладкой жизнью и смертью, горечью похожей на безответную любовь.Выходя на улицу, где ночь всё ещё властвует и держит день в узде, парни чувствуют несильный поток ночного ветра. Босые ноги касаются холодной земли, создавая под собой шорох и звуки ломающихся веток. Лишний шум лишь создаёт ощущение, что по их следам кто-то умело идёт, крадётся, буквально, поэтому идут Мин и Бэк максимально тихо, порой оглядываясь по сторонам на объект убийцы или других посторонних людей. Хотя, кто знает, кто знает. Любой человек может оказаться тем самым сумасшедшим с ножом, ведь личность его неизвестна.
Честно? Минсоку страшно до дрожи в коленях. Из-за горизонта показывается силуэт, точно устремивший прожигающий взгляд на парней. Оба замирают в немом ступоре, как статуи глазея в одну точку, дыша до невозможности беззвучно. Из одной точки по всему телу страх раскидывает свои щупальца, заползает глубже, чем в сознание, он берёт контроль над всем телом, разумом, управляет тобой, манипулирует, провоцирует. Инстинкт самосохранения давно скрыт под маской тревоги и паники, поэтому один неуверенный шаг вперёд не останавливает Мина, лишь наоборот, им движет что-то, помимо страха. Может быть, чувство уверенности, может быть, он просто самоубийца с самыми непонятными помыслами в голове.
– Минсок, куда ты?..Выдавливает из себя Бэкхён почти писком. Возможно, поступает, как последний дурак, но делает множество фотографий, пока человек в нескольких метрах от них не начал уверенно настигать. Беном страх завладел без каких-либо усилий. Пошатнувшаяся психика, повышенная нервозность парнишки только на руку самым грязным чувствам. Почему сейчас нет того яркого света надежды, который только и слепит, почему в глазах темнеет от неуверенности и паники?
С детства запуганный страшилками, не раз тронутый родительским ремнём, оглушенный их криком, он боится всего, порой умело скрывая это за злополучной маской, из-за которой у Кима и сложилось о нём самое ужасное мнение. Во всём виновата маска, во всём виноват Бэкхён, который ни о чём не думал, прикрываясь ею, во всём виноват.. страх. Почему что-то держит власть над ним и провоцирует на слёзы, почему он сам не управляет собой? Он понимает, что пора положить этому конец, поэтому..– Прости меня.
Отталкивает младшего в сторону, чтобы не мог подняться ещё секунд пять, сам же идёт туда, к тени, сжимая руки в кулаки. На лице улыбка, не натянутая до ушей, а улыбка человека, который уверен в чем-то, улыбается сам себе и шагает. Кто знает, может идёт прямо к своей смерти, мучительной и едкой, может надеется, что скоро тень растворится в потоке неизвестной темноты..Остаются считанные метры. Сердцебиение ускоряется, кровь в жилах не стынет, нет, наоборот, нарастает уровень адреналина. Бэк останавливает себя на расстоянии пяти метров, и не смея оглянуться, смотрит в чужие глаза, что в темноте светятся нездоровым светом, зелёным, как глаза кошки. Чужая рука поднимается, за собой поднимая мощный арбалет, направляя его точно в точку, где расположено сердце. Человек напротив целится, и даже сквозь тьму можно разглядеть его улыбку, самодовольную, противную, до одури. А Бен всё стоит на месте, неторопливо моргая, дожидаясь того самого, ответственного момента, когда палец нажмёт на курок, давая волю стеле пронзить сердце, остановить его ритм на века. Возможно, стела заключит в себе жизнь парня через считанные секунды, а тёмный и не думает шевельнуться.
Три..Два..Один..Выстрел.Стрела вылетает, касаясь остриём ствола дерева, в то время, как Бэкхён валит противника с ног, наклоняясь, дабы его не задело. И только хочет парень сорвать маску с незнакомца, как чужая рука хватает его за запястье, таща за собой. Минсок, чуть ли не на всех скоростях, включая второе дыхание, устремляется куда-то вглубь леса. Стрелы умело пролетают прямо перед глазами, порой попадая практически в них.
– Не отпускай меня, я знаю, где он не найдёт нас.Ким никогда не доверял Бэкхёну, сейчас же внутренний голос будто молит доверится в кои-то веки. Одного кивка достаточно тёмному, чтобы поменять направление и, огибая ветки деревьев, побежать к заветному местечку на старом кладбище. Под ногами хрустят ветки, хлюпают лужи, все ноги до ниточки промокли. В прочем, всё равно. Банальная простуда не сравнится с той опасностью, что угрожает парням в эту секунду.
Наконец, виднеются могилы, и Минсок глазам своим не верит. Ещё шаг, и парни сидят в яме, прижавшись друг другу. Рука Бена за губах Мина, чтобы тот лишний раз не открывал рот. Чужие шаги прямо над ухом, именно тогда и хочется закричать Киму, он лишь зажмуривается, притаив дыхание. Тишина. Ничем не разбавляемая тишина. Наконец, тот самый таинственный незнакомец в маске уходит куда-то, но парни так и не решаются подняться - боятся.
Рука Бэка поверх руки Мина, пальцы сплетены, взгляды друг на друга.
– Я.. Бэкхён.. я хотел сказать, что принял решение о том, что ты теперь часть нашего детективного общества.– Я тоже хочу сказать кое-что, Минсок.
Полный заинтересованности взгляд устремлён на Бэкхёна. Мин приближается к лицу, сокращая расстояние между их губами. Обратный отсчёт на три секунды и..– Будешь моим парнем?