6. Эйдон (1/1)
Сид зашёл в ту часть покоев, что была отведена под кабинет. В его кресле расслабленно сидел, закинув ногу на ногу и положив поверх меч в потрёпанных ножнах, молодой мужчина. Его черты были невыразительны, но как будто знакомы, серые одежды?— просты и удобны. Он коротко кивнул и приветливо, но сдержанно улыбнулся.—?Ну здравствуй, брат. Поди, уже и не узнаёшь меня, а? А ведь ты любил в детстве приходить смотреть, как я фехтую. Ну же, неужели не помнишь? —?Сид покачал головой. —?Я Эйдон. Наш отец женился на твоей матери вскоре после смерти моей. Мне было всего несколько месяцев от роду, и поэтому кроме леди Илены другой матери я не знал. Так что в каком-то смысле я тебе скорее родной, нежели сводный. Впрочем, я вижу, время стёрло и пожрало слишком многое, даже нашу с тобой разницу в возрасте оно почти свело на нет. Знаешь, меня ведь тоже давно не было дома, но оттого лишь приятнее снова увидеть тебя в этот мой визит. Я узнал, что ты вернулся, и потому сразу пришёл к тебе.Сид внимательно его рассматривал, и что-то внутри него медленно поднималось. В памяти возникали обрывки фраз, какие-то фрагментарные образы, они перемешивались, ширились и перерастали в более полные картины. Вот его брат, красивый юноша с длинными волосами и озорной улыбкой, передаёт ему пирог на общем ужине. Вот он же, но чуть постарше и гораздо более серьёзный, фехтует с каким-то мужчиной?— отцом? Да, несомненно, это именно он?— на площадке. Вот он сам крутит в руках тяжёлый тренировочный меч и пытается совладать с ним, а брат стоит, прислонившись к стене, взмокший и уставший после тренировки, и показывает, как нужно держать руку.Постепенно всё снова вернулось к нему. Сид вспомнил: Эйдон был единственным ребёнком отца от третьей жены, которую, как поговаривали, он увёл у кого-то из более знатных лордов, чем поднял волну возмущения, в том числе, в собственной семье. После её смерти все успокоились, и даже Двор поутих. Говорили, что на самом деле леди Тару отравили, и исчезновение отца напрямую связано с его расследованием, которому он отдал много лет. Эйдон всегда очень сильно отличался от остальных его братьев и сестёр и был в большей степени воином, нежели дипломатом или заговорщиком. Сид вспомнил: он был единственным?— кроме отца,?— кому он мог полностью доверять. Сид смотрел на него и пытался понять, остался ли его брат тем же, что и годы назад, или ядовитые интриги Хаоса отравили и его.—?И как давно ты здесь?—?Достаточно.—?Значит, ты всё слышал?—?Что-то слышал, что-то?— нет.—?И что ты думаешь?—?Что кто-то ревнует, братец.—?С чего бы Айвин ревновать собственного брата?Эйдон огладил аккуратную бородку.—?Быть может, с того, что её магические способности одни из сильнейших в Хаосе, исключая, быть может, отца, если он ещё жив, и нескольких лордов и леди, приближённых к королю, но её собственные кавалеры?— наша ровня, в то время как ты, младший из всей нашей семьи, ушедший, да что там, почти бежавший, в дальнюю Тень и выросший там, в мире без магии и со своими, отличными от наших, законами, ставший чужаком в родном доме, замахнулся на любимую дочь самого короля? Что скажешь?Сид задумался. С этой стороны он ещё не смотрел на сложившуюся ситуацию.—?Пожалуй, ты прав.—?Если говорю слишком прямо, извини.—?Нет, сейчас так даже лучше. Спасибо, Эйдон. Знаешь, я рад, что ты вернулся.—?И я рад, что ты снова дома. Как минимум один член твоего семейства тебе здесь всегда рад.—?Так что ты думаешь насчёт той карты?—?Я не совсем понял, что это за карта. Меня не было на том балу, о котором все говорят.—?А что все говорят?—?Что ты украл у Зона первый танец с его невестой, а она и рада лишний раз посмеяться над ним. Что потом ты танцевал со всеми подряд, при этом волочась за каждой юбкой, как последний бабник, но какая-то одна девчонка тебе всё-таки приглянулась. Много чего говорят, к тому же, у разных рассказчиков показания расходятся.—?Отличная же у меня теперь репутация. Недели не прошло, как я вернулся домой, а уже прослыл бабником и оскорбил королевского зятя.—?Да, и Зон это так не оставит, он ведь из рода ящеров, а они злопамятны. Эсфире он будет прощать всё?— пока не станет новым королём,?— но всем прочим с рук не сойдёт даже косой взгляд в его сторону. Он мелочен, злобен и мстителен. Даже если история на этом и закончится, не удивляйся, если однажды в конюшне твой конь будет стоять без головы, а потом её подадут к обеду. Или ещё что-нибудь в этом духе.—?Похоже, я влип.Эйдон лишь пожал плечами:—?Это Хаос, брат. Здесь каждый твой вдох встаёт кому-то костью в горле, из какого бы ты рода ни был. Но в конце концов, Зон тоже не бессмертен и может однажды поскользнуться и свернуть себе шею.—?То есть, ты предлагаешь…—?Я ничего не предлагаю и даже не имею в виду, пока не узнаю всей истории. Расскажи мне, что на самом деле произошло на том балу.Сид поведал ему всё так, как запомнил, в мельчайших подробностях, и по мере его рассказа лицо брата менялось, из встревоженного становясь всё спокойнее и задумчивее.—?Значит, ты не уверен, кто именно передал тебе эту карту? Точнее, кто эта таинственная хозяйка. Или хозяин.—?Нет. Тогда мне казалось, что это она, но сейчас я понимаю, что это может быть кто угодно, хоть сам Зон. Я так понял, у него хватит подлости.—?С лихвой. Но всё равно это всё слишком заманчиво.—?То есть, ты бы пошёл.—?Вне всяких сомнений. Но сначала я бы подготовился.—?Как ты себе это представляешь? У меня теперь даже карты нет.Эйдон удивлённо посмотрел на него снизу вверх, выдержал драматичную паузу, а затем раскатисто засмеялся.—?Это с твоей-то зрительной памятью у тебя нет карты? Насмешил же ты меня, Дворкин. Вспомни, как ты по памяти рисовал миниатюрные карты, которые можно носить в кулоне, для наших сестёр!—?Но я не умею рисовать карты.Эйдон прищурил один глаз:—?Тогда почему ты сейчас здесь? Все знают, что ты бежал, оставив свою колоду здесь. Кто-то говорил, что ты пошёл на поиски отца, кто-то?— приключений, но все были абсолютно уверены, что назад ты уже никогда не вернёшься.Сид нахмурился и присел на стол по правую руку от брата.—?Что ты помнишь о моём бегстве? Для меня оно как забытый сон, сколько ни напрягаю память?— ничего.—?На самом деле не так уж много. Помню, что оно было очень поспешным. Где-то за месяц до него отец уехал, сославшись на важные дела и оставив распоряжения на случай своего длительного отсутствия. Дни шли, но он всё не возвращался. Ты приходил ко мне каждый вечер, и мы обсуждали, как ты будешь учиться фехтовать, а наутро, вновь не обнаружив отца дома, мы шли на площадку, и я учил тебя. Надо сказать, схватывал ты на лету, но даже самый маленький из тренировочных мечей был явно слишком тяжёл для тебя. Днём ты приставал к Айвин, если она была в хорошем расположении духа, и она учила тебя магии. После ты бродил по саду с Анари и слушал его рассказы о целебных травах, мазях и заговорах. Всё указывало на то, что ты замыслил путешествие, но никто не верил, что ты решишься: ты был слишком мал для этого. А потом в один из дней ты просто исчез, оставив все свои вещи. Знаешь, тогда я понял, что ты истинный сын нашего отца. Я даже не рассердился на тебя, в отличие от остальных. Фрейя, например, перебила в тот день половину посуды.Сид задумался. Похоже, у него есть способности, о которых он и не подозревал. Он хлопнул в ладоши и поднялся:—?Так, ладно, насчёт моего побега прояснили. Пока я это всё не очень осознал, но некоторые вещи прояснились. Что мы будем делать с приглашением на вечеринку?—?Ты нарисуешь новую карту и пойдёшь туда.—?И всё?—?Конечно, нет. Я пойду с тобой. Если всё хорошо, я просто по-тихому удалюсь.—?А если нет? Вряд ли я вспомню все свои фехтовальные навыки за пару секунд, да ещё и без меча, а только с кинжалом.—?Вообще-то, меч у тебя тоже всегда под рукой. Ты же хвастался в детстве, что можешь силой Узора дотянуться до любого предмета. Почему-то кроме тебя никто больше этого не мог, и все страшно злились и пытались понять, в чём фокус.—?И в чём же?—?Никто так и не понял, но должно быть, в тебе Узор отпечатался ярче, чем в других из нас. Ведь ты проходил его гораздо раньше других. Отец вообще всегда возлагал на тебя большие надежды и представлял всем как своего наследника. Ну и бесились же остальные! Сильнее их раздражало только то, что ты стал самым юным из прошедших Узор и вышел из него живым и с неповреждённым рассудком.—?А ты?—?А что я. Я никогда не гонялся за титулами. Все мои титулы написаны на моём клинке и плечах. Мне довольно того, что я имею. Ну что, попробуешь старый фокус? В случае беды он может спасти тебе жизнь.—?Достать предмет силой Узора?—?Ага.—?Но как? Я не понимаю.—?Ты что-то говорил про то, что он течёт через тебя и помогает перемещать без карт неодушевлённые предметы.—?Я попробую.—?Давай. Возьми что-нибудь из спальни.Сид закрыл глаза и стал вспоминать Узор, живущий в самом сердце Владений Хаоса. При инициации каждый житель Хаоса проходит его и получает от Узора часть его магической силы, и сейчас он в ней нуждался как никогда. Тонкие светящиеся линии возникали перед ним, переплетались и закручивались, и казалось, что этот огненный лабиринт живой, он дышит и излучает тепло. Сид представил свою спальню и книгу, лежащую на кровати, и протянул руку. Когда пальцы коснулись твёрдой поверхности, он чуть не вскрикнул от восторга. Секунду спустя он уже держал книгу в руках, а Эйдон одобрительно качал головой.—?Отлично, брат. Только тебе нужно делать это быстрее. Промедление может стоить тебе жизни. Давай ещё.Вскоре Сид уже брал предметы и клал их на место (брат ушёл в его спальню и проверял точность попадания) так легко и быстро, словно они были у него в кармане. Когда Эйдон наконец стал доволен его навыками, он вернулся в кабинет.—?Теперь следующий шаг. Что было изображено на той карте?—?Тёмная галерея, справа стена, слева что-то, похожее на море.—?Это не во Владениях.—?Ты уверен?—?Да. Здесь нет морей, это только в Тенях. Нарисуй это место, может быть, я знаю его.—?А если не сработает?—?Но ты же как-то попал сюда? Используй тот же приём. Рисовать карты?— это редкий дар, не давай ему пропасть.Сид достал бумагу, кисти и краски и снова представил Узор, но он всё время ускользал от него, распадаясь на светящиеся пятна. Поколебавшись, он начертил на листе бумаги рамку и начал рисовать его карандашом прямо внутри этой рамки, чтобы Узор всё время был перед глазами. Когда последний изгиб был закончен, он взял кисть и быстро и схематично набросал пейзаж утраченной карты. Всё это время стоявший у него за плечом и внимательно наблюдавший за его действиями Эйдон присвистнул:—?Ничего себе местечко! Прирежут, и никто не найдёт.Сид смотрел на нарисованную карту и пытался понять, работает она или нет. Когда пламя снова качнулось, он облегчённо выдохнул и откинулся на спинку кресла.—?Работает. Сейчас сделаю вторую такую?— для тебя.—?Ты точно уверен, что стоит идти?—?Вся моя сущность стремится туда. Ты же сказал, что сам пошёл бы, будь на моём месте.—?Не пошёл бы. Побежал.—?Тем более.—?Но есть одно ?но?.—?Какое?—?Твои знания и навыки только возвращаются к тебе.Сид обернулся. На его губах играла ласковая улыбка. Брат хотел что-то сказать ему, как вдруг лицо Сида подёрнулось рябью, и перед ним возникло его собственное лицо, одежды окрасились в серый. Точная копия его меча лежала на столе поверх листов бумаги. Секунда?— и перед ним снова сидел всё тот же облачённый в красное братец Дворкин. Эйдон отшатнулся:—?Как?!Сид одарил его ещё одной улыбкой, довольный удавшимся фокусом.—?Пусть это будет моим маленьким секретом.Из-за стены раздалось вежливое покашливание.—?Что случилось, Порт?—?Я лишь хотел напомнить вам, хозяин, что скоро полночь.Эйдон кивнул:—?Он прав. Нам стоит поторопиться. А тебе?— ещё и переодеться во что-то более удобное.