По душам (1/1)

Хейли улыбается, а слёзы не могут перестать стекать по её щекам. Она начинает шептать мне на ухо: ?Я не могу поверить. Не могу поверить. Поверить не могу!?. Она снова обнимает меня настолько крепко, что прямо больно становится. А потом разрывает объятия ненадолго, расправляет плечи так, что розовый портфель падает на землю, и снова обнимает. А мне хочется стоять так вечно?— вечно прижиматься к её телу.—?Не хочешь зайти ко мне на чай? —?Кленовая листва всё ещё шелестит, небо всё ещё дымчатое, а я всё ещё потеряна, но это предложение вносит какую-то ясность. Никак не могу отказаться.—?Безусловно хочу! —?мой голос звучит не так громко. На самом деле, я повторяю её манеру беседы и говорю полушёпотом.—?Тогда пойдём. —?А мы отправляемся не сразу. Ещё минуту стоим, не в силах оторваться друг от друга. Целую минуту.Целая минута есть на то, чтобы осмыслять своё счастье. И мне тоже хочется шептать о том, что я поверить в это не могу. Действительно, кажется: вот-вот?— и проснусь. Даже вспоминаю, что происходило минуту назад, дабы убедиться, что это правда явь. В фильме ?Начало? герой ведь предлагал такой способ проверки реальности. Минуту назад я оторвалась от её губ, увидела её слёзы, не знала, что делать. Точно. Это не сон. И я всё же решилась на то, на что так долго лишь мечтала решиться. Это ведь повод гордиться собой. Мне стоило разорвать объятия и сказать: ?Пойдём!?.Хейли повернулась в сторону жёлтого забора, перед этим подобрав свой упавший портфель. Мой дом находился рядом. И это давало мне осознание, что нам безумно повезло. Безумно повезло оттого, что мы были одни на улице больше пяти минут. Что не было никого кроме нас в такой интимный момент. Особенно хорошо, что никто из наших из родителей не вышел на улицу. Это ж грёбанное чудо! Потому что я просто боюсь представить, как бы развивались события, если бы нас кто-то увидел. И как после этого не верить в судьбу?Хейли открыла калитку, и мы вошли на террасу. А я подметила цветочный сад у этой самой террасы. Красиво. Моему взору открылись безумно красочные жёлтые нарциссы и безумно холодные белые лилии. И какие садовники этим занимались? Это же невероятный труд! Хейли отворила дверь в дом. Я и она оказались в длинной прихожей, в конце которой была лестница.—?Поднимайся! Моя комната на втором этаже. Я к тебе приду после того, как налью чай.Мне оставалось только повиноваться. Коридор на втором этаже был не таким большим. Наверное, всё дело в месте, занимаемым трубоотводом камина. Хейли, кстати, упоминала, что камин обходится во всех смыслах недёшево даже её семье, которая в целом в достатке. Да и я тогда поддержала её мысль. У меня ведь тоже дома стоял камин, семья моя явно не бедная.Белая деревянная дверь вела к её комнате. Там меня сразу настиг бежевый, наверняка, мягкий ковёр, и это вынудило снять босоножки. По правой стороне видела рабочий стол, а по левой — двуспальную кровать, на которой гладко располагалось жёлтое пушистое покрывало. Решила сесть на стул с колёсиками, стоящий у рабочего стола, закинуть ногу на ногу, находясь в ожидании, и бросить школьную сумку рядом. Солнце, к счастью, не ударяло в глаза из-за жёлтых светоотражающих штор.А на стенах висели её великолепные броские картины с фантасмагоричными образами. В основном я видела на них мельком красивых девушек-волшебниц. Но один рисунок явно отличался от остальных. На нём нельзя было узреть девиц с платьями и крыльями или волшебными палочками, или магическими силами. На нём изображалась… простая гимнастка? И похожа она… на меня? Я рассматривала эту картину вплоть до прихода Хейли и всё больше убеждалась в схожести той девушки со мной. Ну надо же…—?Блейк, забери поднос! —?послышалось за дверью.Спустя пару шагов тот самый поднос оказался в моих руках. На нём, собственно, стояли две голубые кружки с зелёным чаем, маленькая сахарница и тарелка с кексами. Хейли разбулась и вошла, пока я поставила поднос на стол.—?Поясни на счёт этой девушки,?— мой палец указывал в сторону той самой картины. —?Это ведь я?Художница покраснела и опустила глаза на ковёр. Но спустя пару секунд она снова посмотрела на меня и ответила неуверенно:—?Ну знаешь… Я тебе не могла просто взять и сказать, что твоё тело меня вдохновляет. —?Хейли откашлялась. —?Ты просто очень грациозна… Вот.—?Честно? Мне весьма лестно слышать это. —?И я рассмеялась, а художница начала отходить от своих переживаний, связанных с вопросом по поводу картины. —?Так чего же ты раньше молчала?—?Просто… здесь, как мне кажется, вложено слишком много моего чувства к тебе. —?Она нервно зачесала затылок.А я решила так просто и легко внезапно её обнять. Как она меня тогда на улице. Трудно вот так вот поверить в то, что мне можно будет так делать постоянно. Но верить всё же очень хотелось.—?А можно тебя… поцеловать? —?спросил счастливый голос. —?Просто после кексов такой возможности уже не будет. Ну… ты понимаешь.Я сделала объятия более свободными, чтобы можно было видеть её глаза. И звонко выговорила в ответ: ?Безусловно!?. Но при этом сама впилась в её губы. В них уже не осталось того яблочного вкуса или… почти не осталось. Ведь мною уже всё или почти всё было взято. Но сейчас мне удаётся наслаждаться в разы большим удовольствием: стоять рядом с уже моей девушкой босиком на мягком махровом ковре, мельком слышать биение её сердца и чувствовать осторожные, немного неумелые, но оттого не менее заводящие, движения губ в ответ. Запускаю пальцы в её причёску и позволяю себе маленькое преступление: распускаю низкий хвостик, и шелковистые пряди оказываются в моих руках?— в моём распоряжении. Вероятно, шампунь у моей девушки тоже с яблочным ароматизатором.Хейли отстраняется. Уголки её губ подняты. И слышу от неё лёгкий смешок со словами: ?Это было… Ну знаешь!?. Вероятно, она хотела этого, но не совсем ожидала. Не сдерживаюсь и подушечкой большого пальца провожу по её немного рельефной нижней губе. Взгляд напротив всё ещё лучистый. Да и я сама, скорее всего, расплываюсь в такой же яркой улыбке. А ещё втайне мечтаю как-нибудь в следующий раз спуститься руками к бёдрам. Хм… Надеюсь, будет не слишком дерзко.—?Ну да ладно. Давай пить чай! Мы же этого ещё не делали вместе? —?Хейли отрицательно помотала головой, повернулась к подносу, взяла его, подошла к кровати и положила набор для чаепития.—?Давай! Садись.Послушно устроилась на покрывале. И мы смотрели друг на друга немного. Хотелось рассмеяться от неловкости. Хейли меня в последнем опередила, и я за компанию начала хохотать. Кажется, так люди делают, когда начинают беседу?—?Ну ладно. Всё,?— отрезала я, но при этом не могла остановить свой смех. —?Ладно. Что такое происходило вчера в столовой? —?Возможно, мне стоило выбрать тему потактичней, но слово?— не воробей. Лицо Хейли отобразило большую серьёзность.—?Короче, я с Домиником, Сандрой и Лонни… не уверена, знаешь ты их или нет… Сандру должна знать. Она же в параллели учится. В общем, мы играли в ?Правду или действие?.—?И ты, я так понимаю, в один момент выбрала действие?—?Да, Доминик, очевидно, сказал мне станцевать на вашем столе. В основном потому, что хотел увидеть реакцию Сиенны. Я думала сначала отказаться и выйти из игры, но он убедил меня. Заявил, что это действенный способ прилюдно показать ей свою неприязнь.—?Так они в основном занимаются тем, что ставят палки в колёса Сиенне? —?Хейли сделала глоток чая. А я откусила кекс, и, как оказалось, там достаточно вкусная кремовая начинка.—?Делать им нечего. Они в основном играют в настолки. А если говорить о Сиенне… У Доминика есть теория, что Сиенна привязалась ко мне, потому что сама комплексует из-за неуверенности в своей ориентации: он думает, что наша ?многоуважаемая? Жвачечная Королева влюбилась в Жасмин.—?Знаешь… А может быть он прав. —?Я сделала глоток горячего чая, подняв уголки губ и смотря прямо в глаза Хейли, собирающуюся начать поедать кекс. Этот пацан, судя по словам, показался мне наблюдательным. —?А как тебе вообще ребята?—?Нравятся. Я рада, что наткнулась на их компанию во время очередного трюка Жвачечной Королевы, когда та начала насильно тащить меня на медляк в коридоре. Они после этого меня поддержали.—?Это круто. Мне так жаль, что я мало поддерживаю тебя. Может, мне стоит рассказать о нас? —?Хейли нервно заправила прядь за ухо, и взгляд её был немного поначалу строг, но стал потом мягче; она взяла кружку и сделала большой глоток. Когда поставила чай обратно на поднос медленно и убедительно произнесла:—?Нет! Ты ни в коем разе не должна открываться ради меня и подвергать опасности свою репутацию. Я знаю, что ты к этому не готова.—?Но…—?Никаких но не принимается! Это слишком серьёзно. —?Слушала её, по привычке закусив губу, и понимала, что она права. Пытаясь не задеть поднос и всё, что стояло и лежало на нём, я трепетно взяла её ладонь.—?Это… очень много для меня значит… —?Хейли левой кистью погладила меня по щеке, опустившись пальцами к подбородку. —?А знаешь… Я тебя вчера видела… в полузаброшенном районе, когда ты танцевала в кругу горящих фотографий. —?Мне от чего-то показалось, что это подходящий момент, чтобы сказать.—?Эм… Ну тогда прости… Ты, наверно, видела, что я сожгла и твою. —?Хейли отвела левую кисть от моего лица.—?Ты сожгла мою? —?Напротив мне удалось услышать только приглушённое ?чёрт?. Вероятно, она поняла, что облажалась. Мне, конечно, стало слегка обидно. Но виду я не подала. —?Так что вчера произошло?—?Ну… после того как я с Домиником отмыла столовую, у меня было херовое настроение. И я решила сделать то, что раньше не творила, чтобы успокоиться. Дома распечатала фотки из ваших страниц в соцсетях, взяла несколько рамок и попёрла на район. За рамки не переживай: их ещё много.Я закатила глаза, не зная, как воспринимать только что сказанное и нервно погладила левое колено.—?Ясно.—?А ты как оказалась там, кстати? —?вопрос был задан с лёгким недовольством.—?На самом деле, я гуляю там раз в месяц?— скрываюсь от общества. —?Хейли кивнула.—?А я ведь многого о тебе не знаю. Знаешь, к чёрту чай! Давай просто полежим вместе. —?И мне удалось заметить, что последнюю минуту мы действительно не притрагивались к тем же кексам.—?Хорошо. Давай. —?Неожиданно для себя, я расплылась в улыбке.Хейли поставила поднос обратно на рабочий стол. А потом начала что-то искать в жёлтых ящиках, что как раз находились возле рабочего стола и такого же жёлтого шкафа. Это озадачило. Но я подчинилась судьбе и легла к кровати ближе к стенке, покрытой бежевыми обоями и картинами. Но что Хейли забрала из ящиков и забрала ли вообще что-то, так и осталось неизвестным. Она присоединилась ко мне. Меня интересовало ещё кое-что, хоть и Хейли казалась весьма убедительной несколько минут назад:—?Эм… так что за парни за тобой сейчас бегают? Типо Сиенна говорила, что у неё есть целая группа парней, которые заставляют тебя ?поменять ориентацию?.—?Не бери в голову. Кевин?— настойчивый ублюдок, который третий раз подсовывает мне в шкафчик один и тот же билет в кинотеатр. —?Хейли выдохнула и погладила меня по волосам. —?Забей. Тебе не нужно в это впутываться. Так будет лучше для нас обеих. Я буду сама по себе, хоть и застряну в конце всех понтовых списков. И да,?— она перешла на шёпот и положила указательный палец на мои губы, фальшиво улыбаясь,?— я как-нибудь выберусь из этого дерьма.Мне пришлось подумать несколько секунд прежде чем ответить. Хотелось уже даже безответственно ?поверить? ей, но та убрала палец с моих губ, тем самым давая зелёный свет, и как только я начала говорить, слова уже как-то сами нашлись:—?Ты можешь быть сама по себе, можешь застревать в конце любого списка, можешь сопротивляться всему этому. Но ты не обязана быть сама по себе; я готова стать для тебя тайной опорой, даже если ты справишься сама по себе?— без моего участия. —?Хейли улыбнулась. На сей раз неподдельно.—?Звучит… многообещающе. Я тебе как-нибудь поною о Сиенне и её мега-отряде. Но не сейчас. Не хочется портить момент. Хорошо?—?Хорошо. —?И тут мне в голову пришло осознание, что мы довольно-таки долго находимся в её доме без намёка на посторонних. —?А… где твои родители?—?Уехали на неделю в Оклахому на похороны моего прадедушки.—?Прими мои соболезнования.—?Принимаю. Но я видела его всего два раза в жизни. Скорбить при таком положении дел тяжело. —?Хейли замолчала на несколько секунд. —?Так уж получается, что я уже четвёртую ночь сегодня одна дома. Хотя… ты можешь остаться. Вернее так… я даже хочу, чтобы ты осталась.Всеми фибрами души хотелось согласиться на её предложение. А тот факт, что сегодня пятница, только делал его более выгодным. Но я думала о предстоящих уроках. И она как бы прочла мои мысли:—?Если переживаешь за домашку, то можем делать её вместе. Частично. Вообще, занимайся своими уроками сколько хочешь, а я буду угощать тебя своими яблочными пирогами.—?Ты умеешь готовить яблочные пироги? —?Я действительно приятно поразилась сему факту.—?Да, семейный рецепт всё-таки. —?Улыбка на её лице вновь появилась и стала хитрее.—?Ну… тогда отказ с моей стороны будет просто преступлением.—?Ещё как! Можешь сходить домой, забрать все нужные манатки прямо сейчас и торчать тут хоть все выходные.Я лениво потянулась, обняла Хейли и произнесла:—?Схожу… но не сейчас. Полежу ещё немного с тобой.—?Хорошо. Как раз я скажу тебе то, что всегда хотела, но момента подходящего не представилось.—?Слушаю. —?Никак не могла отвести от неё глаз и оставалась зачарованной. Она более чем заинтриговала меня.—?Мне всегда не нравились твои наушники.—?Это ещё почему?—?Они для тебя и только для тебя. А я не хочу, чтобы ты постоянно слушала музыку одна. —?Хейли достала свои наушники из кармана шорт (так вот, что она стянула с тех жёлтых ящиков!) и задорно предложила:?— Послушаешь её со мной?—?Не вопрос!Я взяла один наушник и различила знакомую песню. Ту самую, которую слышала раньше в том самом полузаброшенном районе. Не знаю, к чему конкретно Хейли её поставила, но мною это воспринималось как явный жест доверия, что заставило меня лишь обнять её крепче и как можно дольше не отпускать.Если бы мне кто-то, положим, неделю назад сказал бы, что Хейли совсем скоро станет моей девушкой, и я буду лежать вместе с ней на её кровати перед предстоящей ночёвкой у неё же, то я бы лишь покрутила пальцем у виска и вскоре забыла б об этом. Но всё происходило на самом деле: мы обнимались, лёжа на кровати и гладя друг друга по волосам, я вдыхала яблочный аромат её шампуня.А на столе всё еще стоял поднос с недопитым чаем и недоеденными кексами?— всё это лишь ждало своего череда, но сейчас никак не волновало ни меня, ни мою девушку. Ведь впереди у нас ещё целые выходные.